Гусь хрусталю — не товарищ

Легендарный завод полностью остановил производство

9 января 2012 в 18:29, просмотров: 7739

Гусь-Хрустальный и его знаменитый бренд в особом представлении не нуждаются. Почти каждая советская семья держит в серванте сверкающие гранями фужеры, бокалы и штофы – как воспоминания о более зажиточных временах, когда можно было потратиться на хрустальную роскошь.

Как говорится, хорошего понемножку. 10 ноября минувшего года, к вящему огорчению любителей тонкого и изящного, знаменитый хрустальный завод прекратил свое существование. Теперь в новогодние праздники будем звенеть гранеными стаканами, мы люди не гордые…

Гусь хрусталю — не товарищ
фото: Владимир Чуприн
Директор Андрей Ефимов на фоне былого хрустального великолепия.

Длинными декабрьскими ночами завод в Гусь-Хрустальном похож на огромное черное пятно: почти два месяца назад предприятие обесточили — и оно погрузилось во тьму. Но еще страшнее тут тьма экономическая, у завода практически никаких шансов выбраться из кризиса.

...Поминутно спотыкаясь о ящики с металлоломом, идем по территории завода. Он раскинулся аж на 18 га, в лучшие времена тут трудилось почти 7 тысяч человек.

Вот бывший цех № 6, где еще 3 года назад изготавливали тонкостенные стаканы. В городе (хрустальный завод — градообразующее предприятие) его называют домом Павлова — по аналогии со сталинградскими руинами. Ценное оборудование продано на металлолом, а под высокими сводами цеха не живут даже вороны. Все раскурочено и раскопано.

— Настоящий хрусталь — штука достаточно дорогая, — вздыхает директор предприятия Андрей Ефимов. — А сегодня конкуренты из Турции, Китая, братской Белоруссии — с более дешевыми предложениями. Кстати, там государство субсидирует стеклодувам затраты на электроэнергию и сырье. Мы варимся в собственном соку...

Завод загасил печи и полностью остановил производство полтора месяца назад, когда долги по электроэнергии перевалили за 11 млн. рублей, а по газу составили почти 30 млн.

Не сказать, что все это накопилось в один день. Предприятие как могло пыталось уйти от банкротства. Чтобы не растерять уникальные кадры, руководство планировало (и до сих пор планирует) заполучить статус народно-художественного промысла. Да, останется лишь маленькая частица от былого величия, зато не умрет эксклюзив, таинство хрусталя. Ведь как у нас в России? Что имеем — не храним, потерявши — плачем...

— Погасить долги или их реструктуризировать невозможно, — продолжает Андрей Владимирович, который сюда пришел около года назад. — Чтоб окончательно не погибнуть, на базе банкрота мои предшественники регистрировали новое предприятие, изменив форму собственности или «подправив» название. По закону оно освобождается от долгов старого. Чуть поработают — банкротится и оно. Так с народным промыслом ничего не получается, хотя мы вышли на губернатора области, подготовили документы, составили перечень высокохудожественных изделий, утвержденных спецсоветом. Но чтобы получить новый статус, в этом ассортименте нужно проработать не меньше 3 лет. А мы за три года три раза банкротились, долги за энергоносители и сырье накапливались быстрее, чем менялась «вывеска» предприятия. Замкнутый круг, из которого никак не вырваться.

Последние два года жизнь теплилась на маленьком пятачке площадью 15×15 метров в цехе № 4, хотя сам цех занимает площадь больше 36 тыс. кв. метров. Чтобы не транжирить электроэнергию и не тратить время на передачу заготовок по разным подразделениям, все сконцентрировалось здесь: две печи непрерывного действия, тут же «сочетали» разные цвета с бесцветным хрусталем, тут же ютилась и арт-студия, термообработка. В общем, экономика была экономной, в месяц «пятачок» производил около 600 кг высокохудожественных изделий.

Впрочем, не помогли даже эти жесточайшие меры. Как говорится, умерла, так умерла.

фото: Владимир Чуприн
Цех №6 в городе называют домом Павлова.

* * *

После короткой и совершенно безрадостной экскурсии по заводу (все в полуразрушенном состоянии) поднимаемся в кабинет директора. Это единственное место, где еще есть дежурное освещение.

Общее уныние частично разгоняет неожиданная встреча с главным художником предприятия, членом Союза художников РФ Вячеславом Зайцевым. Чтобы поднять наше настроение, он рассказывает бывальщину: как несколько лет назад вручал хрустальный кубок чемпиону России по футболу — им тогда стал «Локомотив».

— Финальную встречу я стоял рядом с нашим кубком у бровки поля и думал, что поседею от переживаний, — вспоминает Вячеслав Сергеевич. — Мячи свистели совсем рядом, как снаряды, и могли попасть в наше хрустальное изваяние...

Но самое интересное было накануне. Когда кубок победителю нужно было отправлять в Москву, с ужасом обнаружилось, что в его подставке, сделанной как единое целое, каким-то образом оказался замурованным живой огромный коричневый таракан. Как он там очутился, на заводе до сих пор не могут понять.

Выручила старая добрая традиция. Любое художественное произведение хрустального искусства на предприятии исполняется в 2 экземплярах, второй — в музей, так сказать, для истории. Таракана (он жил еще недели две) отправили в музей, а «Локомотиву» — чистый, без всяких «примесей» хрусталь.

Возвращаемся в день сегодняшний, спрашиваю: что даст предприятию статус народно-художественного промысла, если паче чаяния власти пойдут навстречу работникам и выделят на возрождение производства 75 млн. рублей?

Льготы и субсидии в оплате энергоносителей. Сегодня (понимай уже не первый день и не первый год) тарифы душат производителей. Схема стара, как сама российская перестройка. Тарифы монополистов постоянно растут, значит, и увеличивается себестоимость продукции. Чтобы окупить затраты, поднимаются цены на товар. А наши зарплаты увеличиваются только по статотчетам, на самом же деле покупательная способность населения падает, и предприятие пашет на склад, получая тем самым сплошные убытки.

По такому пути пошли по миру тысячи заводов и фабрик в России, Гусь-Хрустальный тут не исключение, а скорее золотое правило.

— Если будет оказана господдержка, мы сумеем сохранить кадры, преемственность, — говорит директор. — Конечно, 18 га нам не понадобится, остальные цеха перепрофилируются под другие цели. А «на хрусталь» можно водить экскурсии, туристов — как во всем мире.

Чтобы найти необходимые средства под госгарантии, с августа здесь была введена новая должность, называется она «управляющий партнер», задача которого привлечь инвесторов, спасти и сохранить хоть что-то. Должность эта никак не оплачивается, на общественных началах, но это вовсе не означает, что «партнер» занимается отбываловкой, для проформы. Ведь им стал известный и уважаемый в Гусь-Хрустальном Юрий Клегг — потомственный стекловар, имеющий хорошие связи в деловом мире.

О результатах своей кипучей деятельности Юрий Джимович пока не распространяется. И вот по какой причине. Можно найти и 10, и 100 инвесторов, вытащить предприятие из долговой ямы. Но какова дальнейшая перспектива у производителей в России? Все у нас поставлено с ног на голову, как только захотим сделать лучше, обязательно получится как всегда.

фото: Владимир Чуприн

Монополия — плохо, с этим никто не спорит. Федеральные власти частично размонополизировали РЖД, создали в ней несколько грузовых компаний, как тут же... закончились грузовые вагоны! Сырье предприятие везет за 4 тыс. верст из Стерлитамака... автотранспортом. Какая экономика выдержит эту нагрузку? Ладно, они, производители, мелкие сошки, не им тягаться с железной дорогой. Но и всесильный «Газпром» не может возить по ж/д сжиженный газ — нет цистерн. Были — и нету!

Еще раньше, опять же в свете реформ, страна размонополизировала другого монстра: РАО «ЕС России». Тоже ведь, падла, по три шкуры драл с производителя, а все потому, что не было ему конкуренции.

Создали несколько компаний: производящих и продающих электроэнергию. И... стало еще хуже! То РАО ЕС в одиночку накручивало маржу. Теперь все «несколько компаний», передавая киловатт-часы друг другу, как мешки с картошкой, накручивают маржу каждая по отдельности. И на завод электроэнергия поступает еще дороже, чем прежде. Продавцы цветут и пахнут, а производитель загибается. Куда ему, бедному, податься?

Для человека, далекого от производства, все эти проблемы могут показаться надуманными. Ведь Кремль только и заверяет нас о достигнутой стабильности, о том, что Россия по экономическому потенциалу уже 6-я в мире.

Но все это маниловщина — про экономический потенциал. Юрий Клегг весьма к случаю вспоминает, как директора крупных промпредприятий области года четыре назад выполняли поручение Президента РФ, разрабатывали бизнес-план, чтобы уже к 2020 г. удвоить ВВП, т.е. сотворить большое экономическое чудо.

На Владимирщине к делу подошли основательно. Поскольку пророка в своем Отечестве нет, над программой работали не руководители предприятий, а ученые московского НИИ, за труды свои тяжкие заломившие не один миллион рублей.

На бумаге чудо произошло: к 2020 г. область не просто выполнит предначертания президента, но и значительно их перевыполнит!

— А я сказал, что мы рухнем в 2011 г., и как в воду смотрел, — рассказывает Юрий Джимович. — Народ нищает, а цены на сырье растут. «Разрыв» и должен был состояться в 2011 г. Спрашиваю разработчиков, какую они «загнали» инфляцию на сырье? Никакую! На электроэнергию, оборудование? Снова никакую! Исходили из того, что с 2007 по 2020 г. цены не вырастут ни на копейку. Такая была программа экономического скачка, она и сейчас где-то лежит... А завод стоит, как и было сказано.

* * *

Продукция Гусь-Хрустального у властей всегда была на виду, мало кто из сильных мира сего не получал отсюда памятный сувенир. Так, лет 30 назад к юбилею Брежнева управделами ЦК КПСС заказало на предприятии огромную хрустальную вазу с портретом Леонида Ильича во всем его облачении, т.е. с тремя звездами Героя Советского Союза.

Все было исполнено в лучшем виде, но в тот самый день, как функционеры приехали забирать вазу, генсеку присвоили четвертую звезду Героя! Хрустальных дел мастер вместе с вазой и сопровождающими ее лицами отправился в Москву и по дороге сумел-таки «прицепить» новую награду — благо место на пиджаке генсека оставалось.

фото: Владимир Чуприн
Главный художник Зайцев помнит и лучшие времена.

Виртуозную работу выдувальщики демонстрировали и в постсоветское время, был еще порох в пороховницах. Легендарная хрустальная сова из клуба знатоков «Что? Где? Когда?» — их рук дело. По заказу ФСО к 50-летию Владимира Путина в Гусь-Хрустальном отлили уменьшенную копию Царь-пушки — даже с калиброванными хрустальными ядрами.

В 2007 г. ВВП лично посетил предприятие, осмотрел единственный цех (в то время он уже единственный и работал!) и оставил трогательную запись в книге почетных гостей: «Удивительный город! Удивительные люди!»

И вот спустя 4 года «удивительный город» сел на голодный паек. Вряд ли можно считать достойным подпольное производство хрусталя в гаражах и ванных комнатах, куда ушли потомственные мастера, — именно такой «бизнес» теперь процветает в Гусь-Хрустальном. Редко в каком сарайчике не найдешь производство некогда знаменитого хрусталя.

— Из Турции и Китая к нам хлынули заготовки, а уже мы в домашних условиях на самодельных кругах придаем им более-менее достойный вид, — честно признается бывший полировщик, которого я повстречал в городском «Салоне хрусталя». — Как и в прежние времена, за бокалами, фужерами россияне едут сюда, в выходные дни на нашем рынке от туристов не протолкнуться. Самому противно заниматься таким ремеслом. Но концы с концами сводить надо, а больше я делать ничего не умею, отец у меня тоже был полировщиком. Что мне — в Москву ехать, охранником устраиваться? А как же профессия, кому ее передать?..

«Салон хрусталя», куда мой собеседник зашел полюбоваться настоящим искусством (ностальгия — понимаешь!), доживает в городе последние деньки. Продавцы рассказали «МК», что «дорабатывают» остатки из заводского склада. «Скоро и мы закроемся», — безутешно говорят они.

* * *

Ситуация в городе тоже мрачная. Нет митингов протеста или демонстраций. Да и зачем они сегодня, если отношение к властям можно выразить свободным и тайным голосованием? На минувших выборах в Госдуму, как утверждают местные жители, все голосовали против «Единой России» — хотя потом неожиданно выяснилось, что партия власти заняла-таки у них 1-е место.

— У нас «голосовали» даже давно умершие, — говорят в городе. — Приписки и манипуляции были жуткие.

Решительное «нет» властям многие намерены сказать на предстоящих выборах в марте. Ведь это только кажется, что древний город, входящий в Золотое кольцо России, пребывает в глубокой спячке и что никто ничего не понимает. Понимают. Что власть преднамеренно (или по недомыслию) душит отечественного производителя. Что чем дальше в реформы, тем меньше порядка, Россия по кусочкам лишается своего наследия. Самолетостроение, судостроение, освоение космоса... Теперь вот и хрусталь стране оказался не нужен. Зачем он нищему народу? Наконец, понимают, что еще 2–3 года таких «экономических преобразований» — и на заводе просто некому будет работать, даже если предположить, что он вдруг возродится.

Уже сегодня мужское сословие нашло себе теплые места охранников в Москве. Работа там не бей лежачего, сутки через трое, целый день смотри телевизор — и 20 тысяч зарплаты. Плохо ли?

В городе пока еще действуют два предприятия по производству изделий из обычного стекла с самым современным в Европе немецким оборудованием. Немецкие прессы закупались прямо с выставки в единственном экземпляре — детище этого самого управляющего партнера Юрия Клегга. Ну так вот, при полном соцпакете там зарплата по 40–50 тысяч рублей в месяц, хотя за такие деньги, конечно, нужно и вкалывать, и соблюдать строгую дисциплину, и культуру производства.

Поколение next увольняется оттуда косяками, лучше швейцарами стоять в московских забегаловках, чем сверять жизнь по заводскому гудку!

Руководство заводов часть суперсовременного оборудования уже продало французам и рассматривает планы сворачивать производство. Даже иностранцы, побывавшие в городе и ознакомившиеся с нашенскими экономическими условиями, признали, что в России работать бы не смогли. У них, во Франции, цены на сырье, газ, электроэнергию для производителей не меняются десятилетиями. А у нас — пару раз в год, да еще и на 20–30%.

Такие, понимаешь, времена...



Партнеры