Дедушка без адреса

В Дмитровский «бомжатник» хотят попасть бездомные со всей России

13 марта 2012 в 18:58, просмотров: 2815

— Анна Васильевна, что опять случилось?

— Сын напился, буянит — не дает уснуть! — жалуется пожилая женщина.

— Ну что ж, проходите. Ваша кровать свободна.

В ночлежке для бомжей чистенькая бабушка в домашнем халатике и пижаме смотрится весьма экзотично. Но, как ни странно, Анна Васильевна в Дмитровском центре социальной адаптации — частый гость. Здесь ей спокойнее, чем дома с сыном-пьяницей. Специалисты утверждают: социальный портрет бездомного сильно изменился в последние годы. Нередко это человек совсем непьющий, интеллигентный, с высшим образованием, как говорится, совсем не от мира сего.

Дедушка без адреса
фото: Геннадий Черкасов

Считается, что ночлежка для бездомных — это вонь, грязь, криминал... Одним словом, социальное дно. Ниже катиться уже некуда! Поэтому и жить здесь согласны лишь те, кто совсем опустился. Однако на практике не все так мрачно и безнадежно.

Дмитровский центр социальной адаптации — это, конечно, не центр развлечения и отдыха. Помещение маленькое, ремонт давно требуется, сотрудники друг у друга на головах сидят, но в палатах чисто и постельное белье свежее. И, несмотря на сложный контингент, сотрудники местной полиции гарантируют безопасность и порядок, у них здесь круглосуточный пост организован. За здоровьем постояльцев не менее строго следят медики, новеньких сначала отправляют на санобработку, потом в обязательном порядке проверяют на туберкулез и другие инфекции. Может, поэтому среди постояльцев центра встречаются не только традиционные лица бомжей, но и вполне добропорядочные граждане.

— Я здесь живу уже второй год, — поясняет Александр Вадимович. — Не пью, слежу за своим здоровьем. Со мной в комнате — мы называем ее вип-палата — живет еще один сосед. Он здесь поселился еще раньше моего.

Когда-то у Александра Вадимовича была престижная работа и надежды на благополучную старость под собственной, а не казенной крышей. На работе обещали дать служебную квартиру, поэтому после развода он оставил свою жилплощадь жене. Но фортуна вдруг повернулась к нему спиной: перед самым распределением ордеров его неожиданно уволили. Потом суд признал увольнение незаконным, но все квартиры уже к этому моменту были распределены. Из-за свалившегося на него несчастья он перенес инфаркт, пришлось раньше срока выйти на пенсию, оформить инвалидность.

фото: Геннадий Черкасов

— Теперь вот живу здесь и пытаюсь отсудить у своих бывших работодателей компенсацию за сломанную жизнь. Дошел до Страсбургского суда, жду теперь решения, — раскрывает карты вип-бомж.

Конечно, далеко не все задерживаются в Дмитровском центре социальной адаптации так долго, как Александр Вадимович и его сосед. Ведь бесплатно человек может здесь жить только 30 дней в году. А кто остается на больший срок, должен уже платить по 120 рублей в сутки, в месяц получается меньше 4000 руб. — снять за такие смешные деньги жилье в Подмосковье невозможно. Но для большинства бездомных даже такая плата оказывается не по карману. Поэтому сотрудники центра ищут для них спонсоров, чтобы оплатить оформление новых документов, покупку билета на родину или проживание в центре сверх положенного срока. Среди постояльцев центра есть как местные жители — это чаще всего погорельцы, — так и приезжие, в силу каких-то драматических обстоятельств оказавшиеся без денег и документов в столице.

«Жизнь порой складывается таким образом, что даже вполне успешные люди могут в один момент оказаться без работы, дома и семьи. Куда тогда человеку деться? Вот и идут к нам, — объясняет зигзаги человеческих судеб Татьяна Тупакова, директор ГБУ СО МО „Дмитровский центр социальной адаптации“. — Наша задача — помочь людям справиться с их бедой, адаптироваться к новым обстоятельствам и вернуть их к прежней нормальной жизни».

Но бывает, что их подопечные так вживаются в роль опекаемых, что категорически отказываются покидать гостеприимный Дмитров.

фото: Геннадий Черкасов

Успешный эксперимент

«Недавно у нас в центре жил мужчина из другого региона России, мы ему помогли документы восстановить, деньги на дорогу собрали. А как пришло время уезжать, он: „Не поеду, и все! Мне нравится Дмитров, хочу здесь остаться. У вас тут фонтаны, каналы, кормежка бесплатная на вокзале, и подработать можно. Чего мне еще нужно на старости лет?“ Получается, из-за того, что мы хорошо работаем, процент бомжей в Дмитрове не уменьшается, а увеличивается, — сетует Татьяна Тупакова. — Как это люди не понимают, что Дмитровский район не может принять на постоянное жительство всех бездомных России?»

Десять лет назад Дмитровский центр создавался в порядке эксперимента на базе городского медвытрезвителя, и планировалось, что он будет работать только для нужд своего района. Но потом учреждение перешло в подчинение областного министерства соцзащиты, и пришлось дмитровским соцработникам заниматься проблемами бомжей всего Подмосковья. В особо суровые зимы, два-три года назад, центр с трудом справлялся с наплывом бездомных: приходилось размещать их в палатах медвытрезвителя и ставить дополнительные раскладушки в коридоре. В декабре прошлого года открылся еще один центр социальной адаптации «Бабайки» в Клинском районе. Там организовали уже 15 коек для бомжей, так что сейчас проблема ночлега бездомных стоит не так остро, как прежде. Зато у сотрудников центра с каждым годом прибавляется работы с социальной защитой населения. Защищать граждан чаще всего приходится от их собственной глупости, наивности и жадности.

фото: Геннадий Черкасов

Путь на улицу

Каждое утро Оксаны Будилиной, соцработника Дмитровского центра, начинается с того, что она знакомится с новенькими, поступившими за ночь в центр. Во время ознакомительной беседы Оксана выясняет, почему человек оказался на улице без жилья. У каждого, конечно, своя трагическая история, но в главном все сюжеты похожи: люди теряют свое жилье по нескольким причинам — одни очень доверчивы, этих нагло обманывают родственники или риелторы. Другие становятся жертвами собственной алчности, в поиске легкой наживы они ввязываются в различные сомнительные сделки с недвижимостью, а в результате остаются и без жилья, и без денег.

Виктор до недавнего времени работал в Дмитрове оператором. Никогда не пил, вел обычный для большинства людей образ жизни: дом—семья—работа. И вдруг жена подала на развод, привела в их квартиру нового мужа. Виктор не вынес стресса, начались проблемы со здоровьем, нервные срывы, в конце концов он потерял работу и интерес к жизни вообще. А когда в квартире поселился соперник, он и вовсе ушел из дома.

«Виктор — такой милый, добродушный, чистюля, — нахваливают его сотрудницы центра и тут же добавляют: — Но не боец. Недавно узнали, что жена уговорила его подписать на себя генеральную доверенность на продажу квартиры. Уж как мы его отговаривали: не делайте этого, она же вас без жилья оставит! А он одно твердит: значит, у меня судьба такая. Депрессия, а может, чего и похуже у мужика с головой! Хорошо хоть у него есть сестра в Питере, ей брат не безразличен, может, вместе нам удастся отстоять его права на жилье».

Сотрудникам центра нередко приходится отстаивать права своих клиентов в судах, когда дело касается жилья, особенно если речь идет о людях неблагополучной судьбы. Большинство родственников заключенных всеми правдами и неправдами стараются выписать своих сидельцев из квартиры, пока те отбывают срок. Не лучше обстоит дело и с алкоголиками. Дмитровские соцработники до сих пор вспоминают случай, когда пожилую женщину с ампутированной ногой дочь и внучки не пускали в дом, потому что та в молодости вела разгульную жизнь, а ее дочку воспитывала бабушка. В результате инвалидку все равно пришлось оформлять в психоневрологический интернат — даже вмешательство милиции не помогало. Стоило только стражам порядка покинуть квартиру после очередного скандального вселения, как бабка тут же оказывалась на помойке вместе со своими вещами.

фото: Геннадий Черкасов

Но часто бывает и так, что человек никому из родни зла не делал, а квартиры все равно лишился. И вся его вина лишь в том, что он или она оказался слишком доверчивым или юридически безграмотным, и этим воспользовались мошенники.

В большинстве случаев такие люди обращаются за помощью к профессионалам, когда помочь уже ничем нельзя. Квартира или дом давно проданы, а деньги исчезли вместе с аферистами. Такова история Галины. Когда-то у нее был собственный дом в Балашихе, но семейная жизнь у женщины не сложилась. А семьи хотелось. И вдруг уже на закате жизни она встретила мужчину, который легко подобрал ключик к ее одинокому сердцу, а заодно и к ее недвижимости.

Убедил доверчивую женщину, что дом нужно продать, обещал, что они получат за него миллионы. Часть вырученных денег предлагал потратить на покупку новой квартиры, а на остальные, мол, будем жить без забот. Все хлопоты с куплей-продажей жилья Галина доверила сожителю. В результате дом он продал и скрылся с ее деньгами, а Галина оказалась на улице. После долгих мытарств попала в Дмитров в центр социальной адаптации, где ей помогли получить путевку в интернат, там она и скончалась вскоре — пережитая трагедия подорвала и без того слабое здоровье женщины.

«Рано или поздно в интернате оказываются все бездомные, к сожалению, это неизбежно, — подводит горестный итог Татьяна Тупакова. — Пока человек работает, он еще может снимать жилье. Но всю жизнь арендовать квартиру невозможно, тем более на пенсию...»

фото: Геннадий Черкасов

Неженская работа

Как правило, бомжи находятся в центре социальной адаптации с 8 вечера до 8 утра. Утром большинство из них уезжают на работу в Москву. Там они разносят газеты, расклеивают объявления, работают грузчиками в магазинах и общепите. В Дмитрове тоже можно найти работу, соцработники занимаются и трудоустройством своих клиентов, но предложение поработать дворником за 7000 рублей в месяц те встречают скептически.

«И неудивительно, — усмехаются сотрудницы центра. — Вечером, когда они приезжают с „добычей“ и садятся чай пить, у них тут и колбаска сырокопченая лежит, и банки икры стоят. Спрашиваем: „Откуда богатства?“ — „Списанный товар“. На нашу зарплату такие деликатесы не купишь».

В Дмитровском центре социальной адаптации работают 20 женщин и только один мужчина — водитель. По-видимому, женский состав коллектива определяется невысоким уровнем зарплаты. Потому что специфика их работы, как и контингент центра, носит сугубо мужской характер. Но, как ни странно, женщины со своими строптивыми, а порой и буйными клиентами управляются очень умело. И даже пьяных в медвытрезвителе, а он по-прежнему существует под одной крышей с центром социальной адаптации, умудряются усмирять, причем не матом, а лаской и женской хитростью.

фото: Геннадий Черкасов

«Мужики, когда пьяные, буянят. А как проспятся, то благодарят, что не оставили их на улице замерзать, один недавно даже шампанское принес в знак благодарности. Но есть и такие, кто по 20 раз у нас бывает за месяц — пьют не просыхая. Вот и сейчас такого привезли. Он уже в этом году трижды здесь побывал, все стены нам переломал», — возмущается Татьяна Тупакова.

«Я когда только пришла сюда работать, в шоке была от того, как мои коллеги с этими забулдыгами воркуют: „Ты мой дорогой, золотой, ну раздевайся, ложись в постельку...“ А потом сама поняла: с пьяными мужиками только так и нужно. Правда, на самых отъявленных хулиганов лучше всего действует суровое присутствие сотрудника полиции, — добавляет заместитель директора центра Марина Шеренкова. — Но однажды и мы помогли нашей доблестной полиции — задержали двух преступников, объявленных в федеральный розыск. Они к нам переночевать попросились, предъявили паспорта, а мы пробили их по базе — вот они и попались».

Но бывает, что с постояльцами центра связаны не только криминальные, но и смешные ситуации. Так, недавно здесь жило целое семейство бомжей: муж, жена и целых 5 их кошек. Причем если с людьми проблем особых не возникло, то кошки своей вонью достали всех: и постояльцев, и сотрудников центра.

«Они тут всех „забодали“ своими кошками, — вспоминают счастливое семейство сотрудницы центра. — Кошки жили в сумках-переносках. Там и ели, и гадили. Вонища стояла жуткая, да еще кричали дикими голосами. Мы хозяйку, Марину, уговаривали: оставь переноски с кошками на улице, а она ни в какую. Еще и угрожала нам: „Заберете у меня кошек, я под поезд брошусь“. Пришлось нам в срочном порядке искать им деньги на билеты и отправлять на родину, в Амурский край. Муж, более нормальный, сразу согласился, а жену пришлось еще уговаривать. Наше местное УВД выделило для них „Газель“ и полицейского в сопровождение, так парень чуть не задохнулся, пока с ними ехал на вокзал. А там новая проблема: проводники отказывались пускать их в вагон с кошками, еле-еле уговорили, посадили, отправили и еще 6 суток, пока шел поезд, звонили по мобильнику старшей проводнице, чтобы убедиться, что их не высадили по дороге. А Марина нам на прощание пообещала: город ваш нам очень понравился, так что ждите — мы сюда обязательно вернемся!»

фото: Геннадий Черкасов

ОБЛАСТЬ ГОТОВА ПОТРАТИТЬ НА БОМЖЕЙ ДО 2016 ГОДА БОЛЕЕ 70 МЛН. РУБЛЕЙ

О том, что еще планирует сделать правительство Московской области для людей «с улицы», «МК» рассказал Евгений Ермилов, начальник управления социальной защиты Московской области:

— Дмитровский центр социальной адаптации был создан 10 лет назад и долго оставался единственным учреждением подобного типа в области. Но сейчас такой работой занимаются в каждом районе Подмосковья. Сотрудники местных управлений социальной защиты помогают бездомным и освободившимся из мест лишения свободы восстановить утраченные документы, найти работу или получить новую профессию и т.д. Мы работаем в контакте с администрациями колоний, они нас уведомляют за полгода до того, как человек освобождается — этого срока достаточно, чтобы подготовиться к его приезду.

— А ночевать бомжы по-прежнему должны ездить в Дмитров?

— В конце прошлого года в Клинском районе открылся еще один центр социальной адаптации «Бабайки» на 15 мест. В отличие от Дмитровского центра в «Бабайках» — целая усадьба, ухоженная зеленая территория. Кроме того клиенты центра смогут там находиться до 6 месяцев. За этот срок они смогут полностью реабилитироваться в социуме, либо мы поможем им с устройством в интернат. В любом случае в беспомощном положении, без крыши над головой их никто не оставит. В прошлом году путевки в интернат получили все нуждающиеся. Другое дело, что далеко не все хотят там жить. Люди предпочитают жить на улице, заниматься бродяжничеством, пить, общаться с такими же компаниями. Вернуть их насильно в здоровый социум мы не сможем.

— А социальные гостиницы область больше строить не собирается?

— Напротив, мы планируем в 2012–2013 гг. открыть социальную гостиницу на базе Солнечногорского центра социального обслуживания населения. Количество мест там еще не определено, но, безусловно, пропускная способность у нее будет намного больше, чем в центре социальной адаптации.

Кроме этого в рамках комплексной областной программы по оказанию помощи в социальной реабилитации лицам, освободившимся из мест лишения свободы и оставшимся без определенного места жительства, мы планируем внедрять индивидуальные программы реабилитации, которые будем составлять под нужды каждого конкретного человека. Это наше ноу-хау.

— Сколько на это потребуется денег?

— Более 70 млн. рублей, которые планируется выделить из бюджета московского областного правительства, программа будет реализована до 2016 года.





Партнеры