Торчсоюз

Наркоманы всех стран объединились!

16 июля 2012 в 18:04, просмотров: 6060

Во-первых, 21 июля весь мир отмечает День памяти жертв войны с наркотиками. Это для информации.

А во-вторых, почти в преддверии этой даты под Киевом прошел Форум наркопотребителей и участников программы заместительной терапии под названием «Мы сделаем все, чтобы нас услышали!». И сделали: создали Евразийскую сеть людей, употребляющих наркотики (ЕСЛУН), в которую вошли и россияне.

Можете перечитать последнюю фразу еще раз — я сама не сразу поверила, что такое возможно.

Торчсоюз
фото: Кирилл Искольдский

Вообще-то форум был приурочен к очередной конференции по СПИДу, которая на днях будет проходить в Вашингтоне. Но лично мне западные мероприятия уже малоинтересны. А вот создание, как сказали бы в России, «профсоюза наркоманов» — это да, это вещь.

Для России это, кстати, не первый опыт. В Москве несколько лет назад была такая самоорганизация наркопотребителей «Колодец». А в цивилизованном мире уже много лет существует Международная сеть наркопотребителей (INPUD), в которую входят сети региональные — азиатская, австралийская и африканская. Во всем должен быть порядок! И теперь вот появилась и евразийская, объединившая наркопотребителей, живущих в странах бывшего Союза. Застрельщиками стали шестеро смелых из стран с самой жесткой наркополитикой — России (два человека), Белоруссии, Узбекистана и Грузии, — которых все достало и которым уже нечего терять.

Причем задача создания сети — вовсе не «собраться вместе и покурить», как можно подумать, а объединиться для решения общих проблем. И если вы считаете, что проблема у наркозависимого человека одна — пролечиться, то все гораздо сложнее. К примеру, в России человеку с наркозависимостью негде пройти реабилитацию, его выставят с температурой из туберкулезной больницы, к нему не приедет «скорая», от него отвернется хирург. Единственная услуга, которая ему доступна, — сесть в тюрьму лет на 7 за хранение наркотика, который он только что купил, чтобы прекратить ломку.

Чем конкретно будет заниматься сеть, как говорится, покажет время, а пока — несколько мнений по поводу ее создания. Это не манифесты, а скорее размышления людей, которые пришли к выводу, что спасение наркозависимых в России — исключительно их собственное дело.

Это Ирина Теплинская,

Фото: Иштван Габор Такаш

застрельщик от России. Ира — героиня моего материала «Унесенные морфием». Год назад она подала в Европейский суд жалобу на Россию за то, что в нашей стране ей недоступна заместительная терапия. Тогда же она прошла отличную трехмесячную реабилитационную программу в Киеве. Но 30 лет употребления наркотиков — это 30 лет. Весной Ира неожиданно сорвалась в ужасный торч, потеряла работу, бросила терапию для ВИЧ, и уже в полумертвом состоянии друзья вывезли ее на Украину. Сейчас она — участник тамошней программы заместительной терапии.

— Уже месяц я на Украине получаю метадон. Мне не нужно весь день тратить на то, чтобы искать деньги и наркотики. Я вернулась в работу, все успеваю, у меня комфортное состояние, слежу за своим здоровьем. Живу обычной жизнью с той лишь разницей, что с утра выпиваю АРВТ — жизненно необходимое лекарство для лечения ВИЧ, а потом метадон — лекарство для жизни с наркозависимостью. Вот и все.

Я сейчас уже не преступница, не уличный наркопотребитель. В этой стране я — официальный пациент на лечении. И мне возвращаться в Россию — это опять переходить в статус преступника. А ведь очень многие люди в России так и живут преступниками только из-за того, что больны наркоманией.

Мы обладаем теми же правами, что и остальные граждане. И нигде у нас в Конституции я не видела оговорку, что наркопотребитель не имеет права на труд или здоровье. Но для наркопотребителя доступ к лечению затруднен: лечить ВИЧ или туберкулез в связи с наркозависимостью практически невозможно!

— Да, вылетит из больницы на второй день...

— Да... И эту ситуацию надо менять. В прошлом году на конференции по снижению вреда в Бейруте я познакомилась с членами Международной сети наркопотребителей. Их съехалось около 60 человек, и это все были такие респектабельные мужчины и женщины в возрасте и по 50, и по 60 лет. Это были потребители с громадным стажем, но по ним этого было нельзя сказать. А мы — наркопотребители стран бывшего Союза — очень отличались от них. Они себя хорошо чувствуют в обществе. А нас общество до такой степени превратило в изгоев, что мы сами себя перестали любить и уважать.

Конечно, для нашего совкового менталитета — это из области фантастики. «Люди, употребляющие наркотики, — да кто они такие?» А вот — такие...

А это Алексей Курманаевский,

Фото: Иштван Габор Такаш

еще один из идеологов и основателей сети. Сколько раз он обращался к наркологам за помощью — столько не живут. И, скорее всего, продолжит и впредь, к сожалению. Кроме того, Леша — юрист и последние годы серьезно занимается правовой помощью наркозависимым. Так что человек в теме со всех сторон. Когда я спросила его: «Как это ты рискнул открыто в России сказать, что ты — наркоман?» — он усмехнулся: «А я же состою на учете в наркодиспансере! Так что все официально».

— Потребители наркотиков в России существуют, и это ни для кого не секрет. И у них существуют проблемы, с которыми что-то надо делать. Но та политика и те меры, которые проводит Правительство России в отношении людей, употребляющих наркотики, и в сфере ВИЧ, приводят только к растрачиванию бюджетных средств, усугублению ситуации, нарушению прав людей, дискриминации, разрушению судеб. И измениться ситуация может только в том случае, если сами люди, у кого эти проблемы существуют, начнут активно и открыто доносить свою позицию. И так как война с наркотиками все-таки признана бесполезной и проигранной, то в конце концов нужно попробовать собраться и построить долгожданный диалог с правительством и обществом.

— Ты хочешь сказать, что вы пойдете к чиновникам и они вас будут слушать?

— А нас уже много — тех, кто смело заявляет свою позицию. В том-то и весь секрет. Чем сильнее голос сообщества, тем менее эффективна политика репрессий в их отношении. Я считаю, что на сегодня говорить от имени сообщества, от имени сети наркопотребителей — это единственно возможный вариант обезопасить себя и обезопасить выражение собственного мнения.

— А что вы можете предложить, чего будете добиваться?

— У нас есть все инструменты для того, чтобы добиться нашей цели, — декриминализировать наркопотребителей, узаконить лечение, рекомендованное ВОЗ, и внедрить эффективные меры профилактики среди людей, употребляющих наркотики, на уровнях стран. Заместительная терапия, обмен игл и шприцев и соизмеримость наказания по преступлениям, связанным с наркотиками, — вот основное, чего мы хотим добиваться. А в этом процессе нам помогут международные и внутренние правозащитные механизмы. Евразийская сеть потребителей наркотиков объединит в себе членов из всех стран бывшего СССР на едином информационном и правовом пространстве. У нас есть поддержка международного сообщества, правозащитников, СМИ, профессиональных врачей и экспертов. И самое главное — желание добиваться равноправия для каждого члена общества независимо от его диагнозов и привычек. И мы сделаем все, чтобы нас услышали.

А этот шикарный мужчина — Элиот Росс Алберс,

Фото: Ольга Беляева

исполнительный директор Международной сети наркопотребителей. Между прочим, имеет докторскую степень, преподавал в университете философию. Является участником программы заместительной терапии.

— Вы рады, что у российских наркопотребителей появилась своя сеть?

— Я очень рад, и это очень важно, потому что как раз в России основным движущим фактором эпидемии ВИЧ является потребление инъекционных наркотиков. И при этом там наблюдаются репрессии в отношении наркозависимых людей. Кстати, очевидно, что люди начинают объединяться именно в ответ на репрессии и ограничение их прав.

— Но вы подозреваете, что в России эта идея выглядит... м-м-м... непривычно?

— Я в этом уверен. И могу сказать, что и в западных странах идея по поводу объединения людей, употребляющих наркотики, тоже не считается абсолютно нормальной. Даже в США и в Соединенном Королевстве считают, что потребители наркотиков — это люди ограниченные, недалекие, эгоистичные, которые абсолютно не могут самоорганизоваться.

И я в восхищении, что люди из такого региона, как Россия, находят в себе мужество открыто признаваться в том, что они употребляют наркотики, и открыто заявлять о своих правах.

А вообще у потребителей наркотиков, не важно, из какой они страны, всегда есть много общего. И одна из вещей, которая объединяет, — это недостаток уверенности в себе. Недостаточная самооценка.

— Разве Великобритания — это не рай для наркозависимых людей?

— Нет! Совсем нет! Это же касается и США, которые являются одним из эпицентров «войны с наркотиками». Там очень тяжелая ситуация. Я бы это описал как «войну с людьми, которые употребляют наркотики». Это попытка на системном уровне подорвать уверенность людей в себе, ограничить их права, ограничить возможность выбора. Попытка криминализовать их поведение и подорвать самооценку. Это далеко не рай.

— Чисто технически, что вы делаете?

— Мы — международная сеть. У нас есть члены на всех пяти континентах. Мы проводим кампании в сфере общественного здравоохранения — в вопросах, связанных с ВИЧ-инфекцией, вирусными гепатитами, а также в сфере изменения законодательства в сфере наркополитики, поскольку мы понимаем, что основная причина многих проблем, с которыми сталкиваются наркопотребители, это как раз запретительная политика.

— Получается, ваша сеть является сетью людей, которые больше понимают в этих вопросах, чем многие чиновники?

— Да, я считаю, что голос людей, употребляющих наркотики, которые затронуты эпидемией ВИЧ, должен быть обязательно услышан во всех дебатах, во всех спорах и дискуссиях, посвященных политике в этой сфере. Мы — те самые эксперты в вопросах и проблемах, с которыми сталкивается наркопотребитель.

А это Макс Малышев

Фото: Максим Малышев

Несколько раз в неделю Макс набивает рюкзак шприцами, бинтами, стерильными салфетками и вместе с друзьями идет к одной из станций московского метро работать с наркопотребителями. Они помогают перевязать раны, если надо — устроят в хирургию или наркологию, проконсультируют по инфекционным заболеваниям. Короче, делают что могут в ситуации полного отсутствия государственной программы профилактики ВИЧ среди наркозависимых. Макс — один из первых членов ЕСЛУН в России.

— Макс, не страшно? Как ты будешь выступать от сети наркопотребителей, само существование которой в России весьма странно?

— Еще много лет назад я задумался о том, что должно быть сообщество людей, которые употребляют наркотики и которые должны как-то отстаивать свои права, свои интересы, свое достоинство. Но в то время я очень сильно употреблял наркотики и реально понимал, что если я буду что-то там вякать — меня в любой момент можно будет, не напрягаясь, посадить в тюрьму. И причина для этого есть: как любой наркопотребитель я был вынужден совершать какие-то противоправные действия...

Но в моей жизни произошло то чудо, что уже три с половиной года я не употребляю наркотики. И на сегодня я понимаю, что могу что-то делать, уже особо не боясь за последствия. Я хоть и не употребляю наркотики — считаю себя таким же, как и они. Просто они колются, а я нет. Но мы наркозависимые...

— Ты сказал «права и интересы». Но в России считается, что у наркомана должен быть только один интерес — бросить наркотики. А права на здоровье вообще нет, раз он его сознательно гробит.

— Когда человек употребляет наркотики, у него нет цели гробить здоровье. Это не цель, это следствие. Но у него есть риски заболеть теми или иными заболеваниями. И общество берет на себя обязанность предотвратить то, что с ним может случиться. Все упирается в мысли, царящие в умах наших обывателей. Что наркоман — это не человек. А раз так, значит, его можно поймать, насильно вылечить и так далее.

А наркопотребители — это даже не «такие же люди, как мы». Они — люди...

Жан-Эли Малкин — чиновник

И.о. директора регионального офиса ЮНЭЙДС (Объединенной программы ООН по ВИЧ/СПИДу) в Восточной Европе и Центральной Азии. Господин Малкин также принимал участие в форуме, и мы обсудили с ним парадоксальную на первый взгляд идею: российским чиновникам просто необходимо работать с сетью наркопотребителей!

— Уже доказано, что самоорганизации очень важны для решения тех проблем, с которыми сталкиваются сами потребители. Потому что без них самих ничего сделать нельзя.

— Но в России считается, что у них есть только одна проблема — зависимость.

— Я знаю, что думают в России. Тем не менее это официальная стратегия ЮНЭЙДС: очень важно вовлекать в работу само сообщество, потому что без этого никаких сдвигов не произойдет. В России есть люди, которые думают более открыто, но они вынуждены работать согласно официальным процедурам и нормам. Наша задача — показать людям, принимающим решение, что взаимодействие с НПО в решении вопросов общественного здравоохранения — это не просто эффективно, но и имеет смысл с точки зрения экономики — это выгодно.

Это непросто, но возможно. Посмотрите: здесь, в Украине, несколько лет назад не было практически ничего, а сегодня по всей стране работает, и уже достаточно успешно, заместительная терапия.

— Вы хотите сказать, что самоорганизации наркопотребителей участвовали в этом процессе?

— Конечно! В этом поле невозможно работать без организаций, которые объединяют самих потребителей. Потому что единственный способ найти этих людей, достучаться до них — только через них.

— Такое чувство, что вы видите одних наркопотребителей, а наши чиновники — других. У них идеи работать с наркопотребителями не возникает.

— Мы пытаемся работать с чиновниками во всех странах региона и предлагать такие подходы. И в то же время работаем с НПО, которые имеют непосредственный выход на наркопотребителей, и самоорганизациями потребителей. Только через них и доверие к ним можно улучшить доступ к услугам здравоохранения, включая услуги по профилактике ВИЧ для людей, употребляющих наркотики.

— То есть наркопотребители — это люди, с которыми можно и нужно работать, они понимают свои проблемы, понимают, как их решать. А как можно продвигать их в России, чтобы чиновники могли с ними общаться?

— Убеждать на основе научно доказанных фактов, показывать эффективность и экономическую целесообразность таких подходов на практике — я имею в виду работу с самоорганизациями потребителей, — и, кстати, не только в сфере общественного здоровья, но и в правоохранительной.



Партнеры