Ядерная зима российской науки

Почему ведущий физический институт страны оказался на грани развала?

22 декабря 2013 в 20:15, просмотров: 12397

Наивны те, кто все еще верит, что свершившаяся реформа РАН принесет более-менее ощутимые плоды. Разве что горькие... Прежде чем развалить академию, реформаторы наглядно показали всем модель будущих преобразований на примере объединения четырех ядерных физических институтов в НИЦ «Курчатовский институт». Самый известный в мире Институт теоретической и экспериментальной физики (ИТЭФ) спустя два года после той «демо-реформы» науки разваливается на глазах. Из ИТЭФа, который с легкой руки одного американского профессора уже успели окрестить «ГУЛАГ-лайт», вынуждают уходить выдающихся ученых, докторов, обладателей престижных мировых премий. Отчего это происходит, попыталась выяснить корреспондент «МК».

Ядерная зима российской науки
фото: itep.ru

— Почему уходят? — повторяет мой вопрос уволенный недавно с должности заведующего лабораторией физики элементарных частиц, а затем и уволившийся совсем доктор физико-математических наук Андрей РОСТОВЦЕВ. — Из-за упавших ниже плинтуса зарплат, из-за дикого авторитарного режима. Чиновники и кадровики нам, ученым, диктуют теперь, какие направления ядерной физики следует развивать, а какие не следует. Не пускают на порог наших зарубежных коллег, с которыми мы работали годами. И так далее, и тому подобное.

Самому Ростовцеву так и не объяснили, с какой формулировкой он отстранен от должности. Личные счеты? Это было бы еще полбеды. Еще до Ростовцева директор института Юрий Козлов (по словам многих в ИТЭФе, давно забывший, что такое научные исследования, и превратившийся в обычного послушного функционера) распрощался со своим замом Михаилом Даниловым. Никак не мог договориться с мировым светилом! Доктор наук, член-корреспондент РАН Данилов смело защищал науку, говорил о необходимости свободы для ученого, повышения зарплаты, настоящей международной экспертизы в вопросах выбора ведущих направлений в институте. Но директор Козлов услышал только то, что «Данилов создавал в институте атмосферу неприятия реформы РАН» (формулировка директора — Прим. авт.). Впрочем, Козлову не позволили его выгнать, коллеги отстояли светило науки. Многие заявили прямо: если уволите Данилова, уйдем и мы. В итоге обладатель двух престижнейших международных премий — Макса Планка и Карпинского, физик, поднявший ИТЭФ в трудные 90-е годы, остался в родном институте, правда, в качестве рядового сотрудника. Он не уходит, потому что не может бросить свои научные группы, своих аспирантов, потому что, кроме Данилова, координировать их работу просто некому.

С 1945 года флагман ядерной физики в стране, ИТЭФ был вторым по значимости в так называемом Атомном проекте СССР после Курчатовского института. Все высокие технологии военно-промышленного комплекса генерировались именно в этих стенах. Без теоретической физики в таких вопросах никуда. Так было вплоть до развала Советского Союза. Потом, увы, на науку махнули рукой.

Михаил Данилов — экс- заместитель директора ИТЭФ. Фото из личного архива.

Когда в 2010 году сотрудникам института объявили об интеграции с НИЦ «Курчатовский институт», все в ИТЭФе решили, что кончилось безвременье, стране снова потребовались мозги физиков-ядерщиков и потому (а для чего же еще?) их и собирают в мегакомплекс. Курчатовский институт, ИТЭФ, Институт физики высоких энергий в Протвине и Петербургский институт ядерной физики слились в одном большом центре. Ну чем не возрождение прежнего советского ядерного проекта?! Да еще под руководством Михаила Ковальчука — брата миллиардера и бывшего председателя совета директоров банка «Россия» Юрия Ковальчука, которого многие называют другом Владимира Путина. Вот только уровень административных способностей Ковальчука у многих вызывал сомнение. «Михаил Валентинович, я бы сказал так, вполне успешно может заниматься определенным кругом вопросов: в определенном кругу вопросов он квалифицирован. Но руководить большими кустами науки, мне кажется, для него трудно», — сказал в свое время в интервью «Газете.ру» нобелевский лауреат по физике Жорес Алферов, добавляя, что Ковальчук плохо знает направления, необходимые для возрождения высокотехнологичных отраслей промышленности.

Словно в подтверждение этих опасений высшее руководство Курчатовского центра начало «реформу» не с увеличения финансирования ведущего института, а с сокращения главных научных направлений ИТЭФа: теоретической физики, астрофизики и экспериментальной физики элементарных частиц. А ведь именно они составляли гордость института, за них получали премии и высокие индексы цитирования две трети сотрудников. В итоге многим пришлось покинуть родные стены, перейти в другие институты.

— Мы боролись и все-таки смогли вернуть в институт теоретическую физику, но астрофизики мы все-таки лишились, — рассказал нам Андрей Ростовцев. — Нас покинули три крупнейших дарования в этой области: член-корреспондент РАН Владимир Имшенник, Павел Сасоров и Михаил Баско.

— Какие же направления стали ведущими?

— Физика тяжелых ионов и протонная терапия. Нельзя сказать, что они малозначительны — до 2011 года в нашем институте лечилась шестая часть всех онкобольных в мире. Однако сразу после перехода института в НИЦ «КИ» ускоритель тяжелых ионов, благодаря которому и происходило лечение, вдруг... сгорел. И никто не сказал нам причины пожара. Все тихо замяли, о восстановлении — ни слова.

Андрей Ростовцев — бывший зав. лабораторией физики элементарных частиц ИТЭФ. Фото из личного архива.

Но и это еще не все «сюрпризы». Летом 2013 года у всех научных сотрудников упала заработная плата. Точнее, их лишили всех надбавок и премиальных. Старшие научные сотрудники остались с 10 тысячами в месяц, доктора — с 20 тысячами. Для справки: дворник получает в Москве 30 тысяч рублей... При этом надо отметить, что сотрудники ненаучных подразделений института по-прежнему получают и надбавки к зарплате, и премии. Особо изощренное издевательство над учеными...

— На вопрос о причине снижения заработной платы в дирекции нам ответили просто: денег в ИТЭФе на науку нет, — продолжает Ростовцев.

Секундочку, и это говорят в передовом научном центре, стоящем на особом счету у правительства. На что же идут вкладываемые в него средства?

Конечно, можно резонно возразить: ИТЭФ у Курчатовского центра не один. Львиная доля уходит на строительство установки мегакласса — реактора ПИК в Гатчине (там находится Петербургский институт ядерной физики). Кстати, что означает ПИК, никто до сих пор толком не знает. Одни утверждают, что это аббревиатура, связанная с фамилиями главных специалистов — Петрова и Коноплева, другие полагают, что это «Пучковый исследовательский комплекс»... Или же проект по созданию термоядерного реактора IGNITOR, разработанный итальянцами в 70-х годах. Реактор хотели построить в Троицке (там находится Троицкий институт инновационных и термоядерных исследований). В прошлом году назывался даже срок ввода его в эксплуатацию — 2016–2017 годы. Однако многие специалисты сомневаются в реализуемости проекта.

А для ИТЭФа аналогичного громкого, пусть и сомнительного, но «мегапроекта» не нашлось, а потому, получается, и кормить ученых незачем. Здешним сотрудникам очень трудно выехать в командировку. Два месяца назад это произошло как раз с Михаилом Даниловым, который вместе с девятью нобелевскими лауреатами должен был в качестве одного из основателей большого физического центра во Вьетнаме его открывать. В командировочных из средств его же гранта ему было отказано с формулировкой от директора ИТЭФа Козлова: «Я не вижу смысла».

Данилов в итоге поехал во Вьетнам за свой счет — профессорам МФТИ (коим он также является) еще платят нормальную зарплату. Поехал потому, что наука — это дело всей его жизни, потому что за ним — молодые ученые, которых он не имеет права подводить. Если он плюнет и уйдет из института, в котором он по сути уже никто, то молодежь окажется брошенной.

— Вот вам яркий пример обращения нашего руководства с талантливейшими молодыми физиками, — говорит Андрей Ростовцев. — Есть у меня один аспирант, который, закончив с красным дипломом Физтех в Долгопрудном (тот самый, элитный, который когда-то заканчивал сам президент РАН Владимир Фортов), пришел устраиваться в наш институт на работу. И что, вы думаете, ему предложили? Зарплату в 1300 рублей. Прошу заметить — не в день, а в месяц! А этот парень, несмотря на свой молодой возраст, имеет уже десятки публикаций в престижнейших физических журналах. Это топ-класс физиков в нашей стране!

— Он, конечно же, ушел в другой институт?

—Нет. Ему надо защищаться, а поскольку он состоял в моей группе, он должен был это сделать именно в ИТЭФе. Теперь, после моего увольнения, скорее всего защититься ему не дадут.

А вот другой случай, о котором нам поведал доктор физико-математических наук из ИТЭФа Александр Горский. В этом году на работу в институт не приняли лучшего выпускника физфака МГУ им. Ломоносова. «Его дипломная заняла первое место на конкурсе дипломных работ (!), но его в ИТЭФ не взяли — парню пришлось поступать в аспирантуру в Англии», — негодует в интервью «МК» его научный руководитель.

Количество опубликованных теоретических статей, подписанных авторами из ИТЭФ, и без того за последние годы упало в разы. Это, по мнению Ростовцева, важный показатель, демонстрирующий отношение руководства к ученым. Хотя — вот курьез! — число статей, написанных итэфовцами совместно с авторами из других институтов, возросло! Специалисты объясняют это, в частности, участием ученых ИТЭФ в испытаниях Большого адронного коллайдера в Швейцарии. Там постоянно рождаются научные сенсации, а значит, и публикаций об открытиях очень много. Но вклад итэфовцев на фоне нескольких тысяч соавторов все равно ничтожно мал. 

Кстати, о загранице. В институте ввели запрет на свободное посещение территории ИТЭФ иностранными физиками и математиками. Эту информацию подтвердили доктора физико-математических наук Александр Горский, Алексей Морозов и Павел Пахлов. Однажды не пустили на порог приехавшего из Стэнфордского университета авторитетнейшего американского ученого Стэнли Бродского. «Хотя он неоднократно посещал институт начиная с середины 70-х годов, — поведали ученые, — на этот раз его впервые не пустили на территорию ИТЭФ, чтобы прочитать лекцию, а в качестве «компенсации» предложили провести несколько часов в помещении бывшей проходной, запретив при этом пользоваться Интернетом».

— В итоге Бродский и дал новое определение ИТЭФу, произнеся с досадой: «GULAG–Light». В финансовом смысле, — говорят ученые, — нынешний ИТЭФ хорошо вписывается в определение концлагеря, где охрана получает больше, чем работающие внутри люди.

Почему же ИТЭФ попал в немилость? Не хочется в это верить, но сотрудники института реально опасаются, что здание их института (усадьба XIX века) и ценные 37 гектаров земли на юго-западе Москвы кто-то уже видит в виде объекта для сдачи в аренду или выгодной продажи. Оттого и не церемонятся с научным коллективом. Словно забыли все, включая директора центра Михаила Ковальчука, что это был за институт.

Сотрудники оставшихся не охваченными Курчатовским центром физических институтов уже в ужасе схватились за голову. Институт кристаллографии им. Шубникова РАН, Институт прикладной физики РАН, Институт ядерных исследований РАН, Объединенный институт ядерных исследований (Дубна), Институт ядерной физики им. Будкера (Новосибирск)... Они явно не хотят повторения судьбы ИТЭФа. А как раз о присоединении их к НИЦ «КИ» шел разговор еще летом. «Это какое-то победное шествие Михаила Ковальчука по остаткам российской физики, который как бы спрашивает сам себя: «Курчатов я или не Курчатов?» — пишут ученые в блоге «Cпасите ИТЭФ!».

«МК» обратился с просьбой прокомментировать происходящее в ИТЭФе к самому Михаилу Ковальчуку. Ответа, увы, не последовало.



Партнеры