Во время езды на автомобиле запрещено разговаривать, курить и кланяться кому-либо, снимая головной убор

Такие правила для водителей существовали еще до появления Госавтоинспекции

03.07.2014 в 13:10, просмотров: 2940

Сегодня в России отмечается День ГАИ. – Для кого-то профессиональный праздник, для кого-то – «праздник со слезами на глазах».

Во время езды на автомобиле запрещено разговаривать, курить и кланяться кому-либо, снимая головной убор
фото: Геннадий Черкасов

Эта «красная дата» отмечается в стране уже в шестой раз, – с 2009 года, когда вышел соответствующий приказ тогдашнего Министра внутренних дел РФ Рашида Нургалиева, и приурочена она к годовщине образования этого подразделения МВД: Госавтоинспекция была образована 3 июля 1936 года.

Однако сама история отечественного «дорожно-транспортного надзора» началась гораздо раньше.

Решать «автомобильные» проблемы сотрудникам полиции в Российской империи пришлось уже вскоре после того, как на улицах-дорогах страны затарахтели первые неуклюжие «керосинки». На рубеже XIX и XX веков, когда эти чихающие едким дымом самоходные агрегаты были еще большой редкостью, дорожно-транспортные происшествия с их участием стали все чаще попадать на страницы полицейских протоколов и газетных хроник.

«24 сентября лошадь извозчика Афанасия Захарова, проезжавшая по проезду Никитского бульвара, испугалась автомобиля, бросилась в сторону, опрокинула пролетку и помчалась к Никитским воротам. Стоявший здесь околоточный надзиратель бросился к лошади, поймал ее за вожжи, но был сшиблен с ног, лошадь же, запутавшись в упряжи, упала. Околоточный надзиратель получил значительные ушибы, так же как и Захаров. Это, кажется, первый в Москве автомобильный инцидент.» («Циклист». Сентябрь 1900 г.)

«Московский градоначальник А. А. Адрианов приказал подвергнуть аресту на два месяца шофера М. Сколыша за большую скорость, шум и треск, производимые его автомобилем.» («Московский листок» 26 сентября 1909 г.)

Давать волю шустрым «бензиномоторам» никто не собирался. В правилах движения для них, составленных Министерством путей сообщения, было указано, что водителю авто при встрече с конным экипажем следует – ради заботы о лошадином спокойствии, – сворачивать на самую обочину шоссе. В Москве местные власти узаконили еще большие строгости: автомобилям было разрешено «мчаться» по городу с максимальной скоростью, равной 12 верстам в час!

Все увеличивающееся количество «транспортных единиц» в Первопрестольной привело к возникновению грандиозных «пробок» на главных площадях и перекрестках города. Проблема эта наметилась еще в дореволюционное время, а при Советской власти окончательно созрела. Специальным Декретом Совнаркома «Об автодвижении по городу Москве и ее окрестностям», который подписал в 1920 году лично товарищ Ленин, на сотрудников рабоче-крестьянской милиции были возложены – помимо борьбы с бандитами, ворами, хулиганами, – еще и обязанности следить за движением на улицах.

Пару лет спустя, в ноябре 1922-го, свершилось эпохальное событие: в руках у «прадедов» нынешних сотрудников ГАИ появилась специальная палочка. По этому поводу была опубликована «Инструкция постовому милиционеру о порядке пользования жезлом». Один из пунктов ее гласил: «...В целях правильного урегулирования уличного движения всем постовым милиционерам вручаются жезлы длиной около 11 вершков красного цвета с желтой рукояткой...»

Однако сотрудники сформированного в 1925 году Отдела по регулированию дорожного движения быстро убедились, что на самых оживленных городских перекрестках с одним лишь жезлом порядок навести трудно. Требовался какой-то более внушительный сигнальный элемент, который было бы лучше видно водителям.

В 1927 году в Москве на перекрестке улиц Кузнецкий Мост и Петровка состоялся дебют «механического регулировщика движения». Посреди проезжей части стоял на переносной подставке полосатый столб трехметровой высоты, с прикрепленными наверху крыльями-указателями – как у железнодорожного семафора. Дежурный милиционер поворотом рукоятки менял их положение, давая тем самым запрещающий или разрешающий сигнал потокам автомобилей и повозок. – Красота! Простота!.. Времена тогда были вообще простые. – Если постовому требовалось отлучиться с перекрестка (ну, скажем, чтобы разобраться в очередном ДТП), он, согласно инструкции, вполне мог доверить манипулирование уличным семафором... дворнику из любого ближайшего дома! Тот отставлял в сторону метлу и – гордый собственным величием, – сосредоточенно ворочал механическими «руками», направляя движение на перекрестке.

Впрочем век этого «чуда техники» оказался не долог. Уже в декабре 1930-го на том же самом пересечении Петровки с Кузнецким Мостом москвичи могли полюбоваться уже на «электрического постового» – жестяную коробку, мигающую поочередно тремя разноцветными фонарями. Назывался сей прибор светофором. Понадобилось время, чтобы пешеходы и водители «на зубок» выучили азбуку цветовых сигналов. Эту премудрость поначалу активно растолковывали в газетных публикациях, в школьных учебниках, на специальных плакатах, которые вывешивали на стенах домов, в учреждениях, на фабриках...

Еще в «доавтомобильные» времена, в 1879 году московские власти издали первое специальное «Постановление о мерах безопасности и порядке при движении по улицам». С тех пор подобного рода «литературные произведения» появлялись неоднократно. Менялись времена, менялись и правила дорожного движения. Некоторые пункты в них только лишний раз подчеркивают специфику каждого исторического момента. Вот, например, несколько любопытных фрагментов из «Правил...», утвержденных Президиумом Московского совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов в марте 1927 года:

«...Лица, управляющие экипажами, обязаны уступать дорогу: а) пожарным командам, б) санитарным экипажам, в) партиям арестованных, ... д) воинским частям...

...Воспрещается движение по городу экипажам механического транспорта, приводимых в движение пропеллером (то есть аэросаням – ред.).

...Движение грузовых конных подвод, а также танков, тракторов ... общим весом более 15 тонн по всем мостам допускается только с особого разрешения от Москоммунхоза.

...В случае обнаружения порчи дороги, шофер автобуса обязан, отъехав от поврежденного места метров 6, остановить автобус и послать кондуктора предупредить следующий автобус о том, чтобы обойти поврежденное место. Лишь после прихода второго автобуса первый может отправиться в путь, а шофер второго автобуса остается на месте, чтобы предупредить следующий за ним...»

В свете столь явно заметного ныне разгула водительских «разборок» на дорогах особенно восхищают в этих старых ПДД формулировки, помещенные составителями в раздел «Руководство для шоферов»:

«...Во время движения машины воспрещается: разговаривать, курить, пить, есть, кланяться кому-либо, снимая головной убор... В обращении с публикой и между собою шоферы обязаны сохранять спокойствие, вежливость, не допускать бранных слов...»

Конечно времена такой дорожной экзотики давно миновали. Однако забот у современных сотрудников ГАИ не убавилось. Ситуация на дорогах даже с появлением самых современных средств для контроля и управления транспортными потоками остается крайне напряженной. Вот и получается, что работы у сотрудников Государственной автомобильной инспекции в обозримом будущем меньше отнюдь не станет. А, значит, эти «люди в погонах» тем более заслуживают своего профессионального праздника.

P.S. «В Москве уличное движение происходит при совершенно исключительных условиях. Этих условий нет нигде, ни в каком другом городе... В Москве обыватель всегда чувствует себя в известной опасности: некультурность извозчиков... и полная невозможность их обуздания... делают московские улицы местом очень опасным.» – Если заменить слово «извозчик» словом «водитель», то и сейчас, в начале ХХI века, вполне актуально выглядит эта заметка, опубликованная в «Московском листке» осенью далекого 1903 года.



Партнеры