Быков назвал лауреата Нобелевки Модиано «неконъюнктурным»

Нобелевку дали «изобразителю беспамятства»

09.10.2014 в 19:47, просмотров: 20053

...В четверг в три часа дня по Москве Нобелевский комитет объявил нового лауреата премии по литературе: им — совершенно непредсказуемо и убийственно для букмекеров — стал известный в мире (но не очень — у нас) французский писатель, драматург и сценарист Патрик Модиано, «выявивший невероятные человеческие судьбы и раскрывший внутренний мир человека во времена оккупации». К сожалению, ситуация из года в год повторяется: звоним десятку наших известных писателей — никто о Модиано и слыхом не слыхивал; опять выручает Дмитрий Быков, сразу ставящий автора в нужное место в системе литературных координат.

Быков назвал лауреата Нобелевки Модиано «неконъюнктурным»
фото: AP

Звонок Быкову:

— Дмитрий, в этом году выбор оказался не политический?

— Патрик Модиано — автор достойный. Выбор — эстетический. Как всегда, очень неожиданный и приятный. Модиано достаточно известен в России. Во всяком случае, начиная с 1970-х его здесь переводили.

— То есть он издавался у нас?

— Да. Приятно, что, хотя он и вращался в кругах сюрреалистов довольно долгое время, тем не менее он реалист в европейском смысле. Он вскрывает военные травмы. Есть несколько замечательных произведений у него: великолепная повесть «Несчастье в ночи»; сравнительно недавно у нас выходил его «Горизонт»; издавалась у нас и его «Улица темных лавок».

— Выбор пал на автора, который много писал о Второй мировой войне, об оккупации Франции. Как вы думаете, что это значит для нашего времени?

— Здесь нет связи с мировой войной. Он в самом деле, и в этом его преимущество, автор хорошей психологической прозы. Достаточно сложной. Он сильный изобразитель. Близок к Ромену Гари (французский писатель литовского происхождения, литературный мистификатор, кинорежиссер, военный, дипломат, дважды лауреат Гонкуровской премии. — Авт.). Единственная метафора, которая соответствует сегодняшнему дню, прослеживается в романе «Улица темных лавок». Главный герой теряет память, сквозь амнезию он пытается вспомнить оккупацию. Здесь можно уловить какие-то аналогии — Европа потеряла память. Но это роман настолько старый, что, ей-богу, это совершенно не конъюнктурное награждение.

— После награждения Нобелевской премией имя Патрика Модиано станет более известным в России? Его бросятся издавать?

— Обязательно станет более известным. Но я хочу сказать о другом: для Франции капитуляция — это серьезная родовая травма. И то, что они ее преодолевают, то, что они пытаются избыть национальный позор благодаря Модиано, — это очень важно. Они пытаются себе объяснить, почему страна оказалась не на высоте своего исторического вызова. Это как раз здорово. Потом, он блистательно описывает эти вещи, предметы, странно всплывающие в его сознании. Он сильный продолжатель Гари в том смысле, что разбирается с собственным комплексом вины. И вообще пишет увлекательно, этого не отнять. Не случайно свою первую крупную премию, а это была Гонкуровская премия, он получил в 32–33 года. То, что я у него читал, всегда вызывало у меня большое тепло.

...Не остался равнодушным к выбору Нобелевского комитета и поэт Андрей Дементьев:

— Разумеется, я слышал об этом большом писателе, но от себя хотел внести предложение: жаль, что дают всего одну Нобелевскую премию в год... Будет лучше, если Нобелевский комитет увеличит количество премий хотя бы до трех. Хотя бы. Как полушутя говорил один мой хороший друг, «у каждого писателя висит в шкафу свой фрак для торжественной церемонии в Стокгольме». Возьмите того же Евтушенко — это поэт международного класса. И я думаю, что мы дождемся момента, когда кто-то из наших возьмет Нобелевку...

— Так в этом году и выдвигалась белорусская писательница Светлана Алексиевич, она была одним из фаворитов...

— И это неудивительно: она невероятно популярна после выхода книги «У войны не женское лицо». Что говорить — прозаики есть очень хорошие.

■ ■ ■

Итак, Модиано, чья писательская карьера началась в 1968 году с выходом романа «Площадь Звезды», свое творчество концентрирует в основном вокруг темы оккупации Франции в годы Второй мировой войны. Следующие за «Площадью Звезды» творения Модиано лишь укрепляли его репутацию — так, например, работа 1978 года «Улицы темных лавок» была удостоена Гонкуровской премии.

Помимо работы над романами Модиано пишет сценарии для кинофильмов, а также стихи, которые были переложены многими французскими исполнителями на музыку и изданы в виде песен.

Нобелевская премия Модиано была вручена, как гласит официальное заявление, за «искусство памяти, с которым он воскресил наиболее неуловимые человеческие судьбы и мир жизни в условиях оккупации». Сам автор не раз заявлял в своих интервью, что его действительно гораздо более настоящего интересует прошлое его страны времен Второй мировой войны — «постыдная эпоха оккупации», как назвал он этот период.

Напомним, нынешняя церемония вручения премии по литературе стала уже 107-й по счету с 1901 года (в годы Второй мировой войны награда не вручалась). Букмекеры, принимавшие ставки на очередного лауреата, отдавали предпочтение кенийцу Нгуги ва Тхионго (коэффициент в его случае составлял 7/2, то есть по 2 доллара/рубля/кроны выигрыша на 7 поставленных). Харуки Мураками, по ожиданиям букмекеров, был вторым кандидатом на премию — ставки принимались с коэффициентом 9/2. Очевидно, роль сыграл тот факт, что Мураками уже не первый раз выдвигался на премию — в прошлые годы букмекеры так же высоко оценивали его шансы, что, однако, не мешало ему уступать награду другим авторам. Модиано же в большинстве букмекерских списков и вовсе отсутствовал.

Из романа «Улицa Темных Лaвок» — одного из самых известных произведений Патрика Модиано:

«Я мaшинaльно вынул из кaрмaнa фотогрaфии, которые хотел покaзaть Фредди, — среди них был и снимок Гэй Орловой в детстве. До сих пор я не зaмечaл, что онa плaчет. Я понял это по ее нaсупленным бровям. Нa мгновение мысли унесли меня дaлеко от лaгуны, нa другой конец светa, в курортный городок нa юге России, где былa сделaнa этa фотогрaфия, тaк бесконечно дaвно. Мaленькaя девочкa вместе с мaтерью возврaщaется в сумеркaх с пляжa. Онa плaчет, в общем-то, без причины, ей просто хотелось еще поигрaть. Онa уходит все дaльше. Вот онa уже зaвернулa зa угол… И нaши жизни, не рaссеивaются ли они в вечерних сумеркaх тaк же стремительно, кaк детскaя обидa?» 



Партнеры