Буря в стакане воды министра Мединского

Реплика Александра Мельмана

31 января 2016 в 18:07, просмотров: 8439

Министр культуры РФ Владимир Мединский приехал в Польшу, в концлагерь Собибор. Там во время Второй мировой войны было уничтожено 250 тысяч евреев. Министр культуры Владимир Мединский возложил венки к кургану памяти в Собиборе, а в Международный день памяти жертв холокоста дал интервью польскому телеканалу TVP.

Буря в стакане воды министра Мединского
фото: Кирилл Искольдский

Это факты, которые не обсуждаются. Здесь нет и не может быть вражды, взаимной злобы. Высокий российский чиновник все правильно сделал, исторически правильно. Иначе мы так никогда не договоримся.

Однако интервью имело последствия. Сообщается, что ведущая Мария Пшеломец вела себя нагло, то и дело перебивала г-на Мединского, не давала ему говорить. Притом показала еще и свое невежество. В итоге продюсер телеканала Марек Чункевич написал покаянное письмо в наше Министерство культуры с извинениями за поведение Марии Пшеломец: «Мы подготовились максимально хорошо и добросовестно. К сожалению, есть человеческие слабости, на которые мы не можем влиять. Это станет поводом несколько изменить подход к нашей деятельности». После чего руководство TVP уволило продюсера Чункевича и заявило, что его извинения не являются официальной позицией канала. Ну а затем уже наш Минкульт предложил работу невинно пострадавшему.

Это тоже факты, но совершенно другие. Они-то как раз продолжают «военные действия», хотя и другими средствами. Они нас разделяют, а не примиряют. Давайте разберемся.

«Сейчас такое время, никому верить нельзя, даже себе. Мне можно» (папаша Мюллер, «Семнадцать мгновений весны»). Да, всё надо проверять, точно узнавать — а был ли мальчик? Ведь мальчики могут быть распятыми, а потом окажется, что их и не было вовсе.

Поэтому я взял три источника, три составных части: наши СМИ, интервью польской журналистки «Радио Свобода», ну и сам тот убойно-злополучный эфир (хронометраж — 23 минуты).

И вот какие выводы сделал. Это замечательное интервью! Прямое, жесткое, профессиональное, динамичное, в стиле рэп! Никто нашего министра не перебивал, кроме того самого хронометража. Профессионалы понимают, о чем я говорю: да, иногда надо спешить.

Высокие разговаривающие стороны обсудили ряд весьма непростых вопросов: о пакте Молотова–Риббентропа, о расстреле польских офицеров в Катыни, о судьбе героя восстания в Собиборе Александра Печерского, о польских и украинских коллаборационистах, охранявших лагерь и участвовавших в подавлении восстания, о судьбе советских маршала Рокоссовского и генерала Черняховского, о памятниках советским воинам… Взгляды у министра российской культуры г-на Мединского и у журналистки Пшеломец здесь не совпали кардинально. И что, в первый раз?!

Оба назвали себя историками. Что может из себя представлять историк Мединский, нам хорошо известно. Как порой интерпретируют события Второй мировой войны в Польше — тоже (высказывание польского министра иностранных дел о Первом Украинском фронте и освобождении Освенцима).

Но надо разговаривать, надо общаться. Во что бы то ни стало надо распутывать трагические клубки судьбы. Другого выхода нет и быть не может!

Телевизор предоставил площадку для диалога. Тот самый телевизор, орудие пропаганды. Прислужник толпе, массовому вкусу. Аппарат умственного насилия, да вообще лекарство от ума. Наркотик каких мало.

Телевизор не решает проблем, а только загоняет их вглубь? А вот здесь поспорю. Надо разговаривать, вести диалог на любом уровне, в любом СМИ. Даже в телевизоре.

Все остальное — буря в стакане воды. Зря он извинился, этот продюсер. Не за что. Зря его уволили польские товарищи. Не за что.

Надо бы вернуть ситуацию назад, если это еще возможно. Надо бы понять, что визит министра культуры РФ, его приход на польский телеканал, его эмоциональная и противоречивая беседа там — это крошечные ступеньки к восстановлению взаимопонимания.

Все остальное — навязанная пропагандистская мишура. Которую надо как можно скорее выбросить на свалку этой самой истории.



Партнеры