Правозащитники добиваются разрешения на мобильные телефоны для арестантов СИЗО

Также в камерах, возможно, появятся микроволновки и мягкие игрушки

19 февраля 2016 в 18:45, просмотров: 3742

Заветная мечта задержанной по подозрению в содействии ИГИЛ студентки филфака МГУ Вари Карауловой - держать в камере мягкую игрушку - возможно, скоро воплотится в жизнь. Помимо игрушек в список разрешенных вещей попадут фотографии кошек, собак, морских свинок и прочих домашних любимцев. Все эти «мелочи» будут согревать сердца заключенных холодными ночами в СИЗО. А для согрева желудков предлагается разрешить иметь в камерах микроволновки.

А еще правозащитники предложили Минюсту наконец посмотреть правде в глаза и официально разрешить (внеся изменения в Правила внутреннего распорядка) мобильные телефоны некоторым категориям заключенным.

Правозащитники добиваются разрешения на мобильные телефоны для арестантов СИЗО
фото: Игнат Калинин

Правила внутренного распорядка СИЗО - всегда были одной из самых больных тем. Собственно, ПВР - это ведь тот свод прав и ограничений, по которому живут сотни тысяч подозреваемых и обвиняемых (но еще не признанных судом преступниками).

-В конце 2015 года Минюст внес изменения в ПРВ, - говорит член Совета при Президенте России по правам человека и развитию гражданского общества Андрей Бабушкин. - Появилось много новых важных положений, к примеру, на заключенных больше не возлагается обязанностей информировать администрацию СИЗО об уничтожении и пропаже камерного инвентаря, и любых других нарушениях, допущенных сокамерниками. Ушел в прошлое тотальный досмотр продуктовых передач со вскрытием консервов, переливанием и пересыпанием жидких и сыпучих продуктов, разрезание яблок и прочих фруктов без наличия ясных оснований для этого. И в то же время очень многое из того, о чем мы говорили, не попало в новые ПВР. Произошло это по простой причине: документ почему не прошел согласования ни СПЧ, ни вообще с правозащитным сообществом.

Чтобы как-то исправить ситуацию, правозащитники разработали и направили в Минюст свои рекомендации. Итак, первый важный момент касается необоснованных запретов. Почему, к примеру, запрещено иметь часы, цветное постельное белье и собственные матрасы (тем более, что местные совершенно не пригодны для использования)? Почему нельзя хранить фотографий лиц, не являющихся близкими родственниками, а также фотографий домашних животных?

- Эти запреты совершенно четко и явно оказывают деструктивное воздействие на личность человека, который находится в заключении, - говорит психолог Наталья Комиссирова. - Как можно запретить часы, ведь время — это та категория, которой никто не может управлять и право на знание точного времени никто не может отнять. Если запреты будут отменены, то у заключенных будет более спокойное и устойчивое душевное состояние. Будем меньше суицидов, болезней. Другой вопрос нужно ли это тем, кто их накладывает?

Одно из предложений — включить в список разрешенных вещей мягкие игрушки — оказалось спорным, но актуальным. Мама Вари Карауловой передала членам Общественной наблюдательной комиссии Москвы любимую игрушку-собаку, но пронести ее в камеру те не смогли.

Правозащитники требуют также разрешить держать в СИЗО микроволновые печи для разогрева еды после возвращения из суда или следственных действий. Заступились они и за заключенных с повышенной массой тела — предложили, что те могли принимать передачи сверх установленного лимита в 30 кг.

Еще один важный момент — установлено минимальное время (не менее часа) в течение которого лицо, переводимое в другую камеру или другое учреждение, может собрать свои вещи. До сих пор заключенному не давали иногда и пяти минут. Плюс правозащитники просят о возможности проведения в СИЗО культурно-массовых мероприятий для подозреваемых и обвиняемых (сейчас это запрещено).

Ну и самое интересное — в рекомендация сказано: «Разрешить доступ к Интернету и мобильной связи лицам, которые заключены под стражу по мотивам того, что они могут скрыться от суда или следствия, в отношении которых нет основания считать, что они продолжат заниматься преступной деятельностью или окажут воздействие на свидетелей или потерпевших».

- Если говорить объективно, легализовать интернет и мобильный нужно было еще вчера, чтобы прекратить сеять коррупцию, - говорит член ОНК Москвы Максим Пешков.- Сегодня они есть во всех столичных изоляторах (кроме «кремлевского централа» и «Лефортово» - где содержатся особо опасные заключенные). Отрицать это бессмысленно. В случае если бы это было официально разрешено, можно было контролировать трафик.

- В обновленных ПВР появился запрет на использование жаргонных и угрожающих выражений, - продолжает Бабушкин. - Он страдает правовой неопределенностью. Что если сотрудник СИЗО посчитает жаргонным совершенно обычное слово и накажет заключенного, который его произнес, только из личной неприязни? То же касается запрета на передачу, отчуждение, одалживающие, принятие во временное пользование вещей «с нарушением установленного порядка». Применение указанных нормы может повлечь чрезвычайно широкое и избирательное применение мер взыскания к неугодным осужденным при конфликтных отношениях между администрацией и осужденными. Еще мы просим с самого начала помещать людей нетрадиционных ориентации, трансвеститов и т. д. в отдельные камеры по их просьбе.



Партнеры