Распиливание спиртных напитков: что стоит за скандалами в российском алкогольном бизнесе

10 марта 2016 в 19:45, просмотров: 11461

Российский алкогольный рынок вот-вот взорвется. Обыски, допросы, проверки идут по всей стране. На один из ликеро-водочных заводов сотрудники ФСБ въехали на… БТР (по-иному попасть туда было просто опасно). Водочной ОПГ объявлена настоящая война?

Примерно 50% всей водки, которую пьют россияне, контрафактная. Еще 30% — «левая», но произведенная на совершенно официальных заводах. Ежегодно от некачественного алкоголя умирают тысячи. А еще страна теряет на контрафакте сотни миллиардов рублей ежегодно. Куда они идут? Эти колоссальные деньги могли бы покрыть расходы на лечение алкоголиков. Или пойти на содержание детей, которых бросили спившиеся родители. Могли бы, но уже точно не пошли…

Распиливание спиртных напитков: что стоит за скандалами в российском алкогольном бизнесе
фото: Алексей Меринов

За водкой на бронетранспортере

«Боевые действия» начались еще с середины февраля 2016 года. На восьми ликеро-водочных заводах Кабардино-Балкарии прошли обыски. На некоторые сотрудники ФСБ въезжали на БТР. Мера вынужденная: в Кабардино-Балкарии парни горячие — были прецеденты, когда охрана заводов становилась стеной или раскачивала автобусы со спецназом внутри…

Местные стражи порядка и раньше возбуждали дела против руководства заводов по ст. 199 УК («Невыплата налогов»). Их то закрывали, то реанимировали. Но преступление это не очень тяжкое, дают за него немного, к тому же есть «специально обученные» люди, готовые отсидеть пару лет в тюрьме «за долю малую».

Регионы, по мнению экспертов, сегодня заполнены контрафактом под завязку. Россияне по этой причине перестали гнать самогон: зачем стараться, если можно купить водку по 70–100 рублей? Но что внутри этих бутылок? К каким это приведет последствиям в целом для нации? Закрыть все подпольные производства спиртного можно на раз-два, но это как будто бы никому не нужно.

— Периодически силовики рапортуют о каких-то найденных цехах, создавая видимость борьбы. На этом фоне совершенно легальные заводы производят тонны неучтенного алкоголя, деньги от продажи которого идут только в их карманы. Основная проблема — не суррогат, а контрафакт, — говорит директор Института наркологического здоровья нации Олег Зыков. — Это ведь, по сути, борьба за экономику нашей страны. Если уж алкоголь сам по себе легальный продукт, то пусть деньги от его продажи идут в казну, чтобы оттуда направляться на социальные статьи бюджета, включая устранение последствий злоупотребления спиртного. Но этого не происходит из-за коррупции. В России все время пытаются посчитать бутылки, но при этом не могут посчитать мощности заводов. В своих отчетах те ведь не указывают, что работают в две-три смены. Росалкогольрегулирование должно было бы предоставлять анализ мощностей в открытом доступе, но этого почему-то не происходит.

«Игорь Петрович, вы не устали?»

Заседание Совета Федерации от 25 ноября 2015 года. Стенограмма.

Валентина Матвиенко обращается к главе Росалкогольрегулирования Игорю Чуяну:

«Игорь Петрович, нынешнее состояние алкогольного рынка — критическое. Скажите, вы чувствуете свою ответственность за это? Считаете ли вы эффективной свою личную работу и вашей команды? И не устали ли вы от этой должности? (Аплодисменты.)

Коллеги, вокруг Игоря Петровича много публикаций в СМИ, запросов. У меня целая кипа. Очень много слухов о вашей аффилированности с алкогольным бизнесом, о 30 человеках вашей охраны, каких-то машинах. Я предлагаю отправить запрос от Совета Федерации в Антикоррупционный комитет с просьбой тщательным образом рассмотреть возможную аффилированность руководителя Росалкогольрегулирования, его коллег с алкогольным бизнесом».

Это заседание прошло как раз после того, как «МК» опубликовал расследование о схватке главы Росалкогольрегулирования Игоря Чуяна и чекиста-биатлониста Игоря Коробицина. Напомним, что сотрудник управления ФСБ курировал Росалкоголь, получил «добро» на разработку Чуяна и «нарыл» столько всего, что, по его словам, тянуло на большой срок. Но за решетку отправился сам Коробицин — якобы за вымогательство.

И хотя последние обыски и аресты напрямую не касаются ни РАР, ни его главы, полученные документы и показания могут сыграть важную роль.

фото: Иван Скрипалев

Водочная мафия всех сильней?

Какова вообще ситуация с водкой в России? В прошлом году крепкий алкоголь в стране производили 163 предприятия. За 11 месяцев 2015 года они получили 1 миллиард 417 миллионов федеральных акцизных марок. Каждая должна стоить 100 руб. (в расчете на 0,5 л бутылку водки 40% крепости). Деньги колоссальные! На одной только водке можно было бы покрыть несколько социальных статей бюджета. Но может — не значит будет.

Подсчеты показали: бюджет на акцизах за это время потерял десятки миллиардов рублей. Больше всего недополучили денег из Кабардино-Балкарии, Ставропольского края и Северной Осетии — Алании. Кроме того, выявлены серьезные нарушения во Владимирской области и Санкт-Петербурге.

Камеральные налоговые проверки, взыскания — передо мной целая кипа бумаг по этим получившим «черную метку» регионам. Но что за всеми этими цифрами стоит? Какие преступные схемы работают?

— Водочная ОПГ (а сейчас можно говорить уже именно о ней) действовала в основном следующим образом, — рассказывает наш источник в правоохранительных органах. — Выдавались марки, клеились на водку, а потом вдруг выяснялось, что покупатели ее возвращают. То жидкость в бутылке мутная, то крышка бракованная, то еще что. Брак обратно принимали — не поить же покупателя некачественным напитком! В общем, по документам проходило, будто больше половины продукции вернули и фирма ее утилизировала. По факту же никто ничего не возвращал, весь товар продавался, и деньги шли исключительно участникам этой ОПГ.

Подобная ситуация произошла на ликеро-водочном заводе во Владимирской области. Следствие установило, что в декларацию были внесены заведомо ложные сведения о якобы произведенном возврате более 18 миллионов бутылок водки. Расследованием уголовного дела сейчас занимаются сотрудники Владимирского управления СК.

На днях СК по Санкт-Петербургу возбудил уголовное дело по статье 159, ч. 4, — «Мошенничество в особо крупных размерах», — и уже задержали в его рамках работники спиртзавода. Спиртзавод сбывал напитки некой фирме. 88% продукции покупатели якобы возвращали под самыми разными предлогами. Только вдумайтесь: 88 из 100 бутылок по документам уничтожались как брак! Вы в такое поверите?

Позволить себе такое спиртзавод без чиновничьей «крыши» вряд ли бы смог. Все странные цифры отчетности, все нестыковки ведь на виду у Росалкогольрегулирования.

Именно благодаря «крыше», как считают в администрации Самарской области, в их регионе не дают дорогу местным производителям, и жители вынуждены покупать завозную водку. Пару лет назад губернатор возмутился таким положением и потребовал, чтобы в магазинах соотношение местной и привозной водки было 70 на 30 (было ровно наоборот). Так вот, вскоре Росалкогольрегулирование приостановило действие лицензии местного водочного завода «Самарский Родник», а потом вообще ее отозвало.

После этого стали говорить об «особенностях» лицензионного и контрольно-ревизионного направлений деятельности РАР: похоже, что дает лицензию тем, кто под ними, а проверяет тех, кто не с ними.

«Одна бутылка вам, а три бутылки нам»

Но вернемся к последним событиям в Кабардино-Балкарии и Москве. Передо мной — официальное письмо из ФМС в Комитет по бюджетам и финансовым рынкам Федерального собрания РФ. Если коротко, то налоговики проверили все 14 организаций, которые производят водку в республике, и пришли к выводу, что половина из них уходила от налогов и не заплатила 26 миллиардов только за прошлый год. Всей этой водочной махинацией заинтересовались СК, ФСБ и Генпрокуратура. Отсюда и все оперативные мероприятия.

— Предположительно схема была такая, — говорит наш источник в Совете Федерации. — В налоговых декларациях и ЕГАИС фиксировалось только 25% отгруженной водки, то есть каждая четвертая бутылка.

Производство водки на заводах в Кабардино-Балкарской республике с использованием такой схемы было организовано в 2015 году. Сейчас следствию предстоит выяснить, кому на самом деле они принадлежат. До недавнего времени владельцем более половины этих заводов был нынешний депутат Государственной думы Анатолий Бифов. Затем бизнес купили предприниматели Арсен Ципинов и его партнер Игорь Шушарев. Как бы то ни было, у спецслужб есть вопросы к самому Бифову, а еще — к главе Кабардино-Балкарии Канокову. Мог ли тот не знать о том, что каждая четвертая бутылка, произведенная в его регионе, не попадает в поле зрения государства?

Продавали водку из Кабардино-Балкарии через эксклюзивного дистрибьютора Росспиртпрома. По баснословно низким ценам, причем абсолютно законно. Приказом РАР была введена новая минимальная розничная цена на крепкий алкоголь — 185 рублей за 0,5 л (до этого — 220 руб.). Именно это, по мнению экспертов, стало решающим фактором.

Я обзвонила несколько ликеро-водочных заводов, и везде мне в один голос говорили: производить водку, которую бы сегодня продавали в магазинах за 185 рублей, невозможно! Прислали даже таблицы расчетов, где указаны затраты на спирт, розлив, комплектующие материалы и т.д. Всего себестоимость выходит 169–170 рублей. Но есть еще наценка дистрибьютора (15%) и розницы (30%).

Так почему кабардино-балкарские «ликерки» смогли продавать ее так дешево?

Выяснился еще один любопытный нюанс: загрузка ряда российских спиртзаводов (в том числе филиал самого Росспиртпрома, а также расположенных в Воронежской, Тульской, Пензенской областях, в Северной Осетии и, конечно же, Кабардино-Балкарии) в среднем составляет по документам 15–20%. Но потребление электроэнергии, воды, газа соответствует производству, загруженному на 100%. Улавливаете?

— Вывоз спирта осуществлялся на автомобилях, не имеющих лицензию и не оборудованных системой ЕГАИС, — говорит источник в правоохранительных органах. — Совокупный объем нелегального производства спирта оценивается в 9 миллионов дал. Он весь в основном шел на производство водки. Все расчеты осуществлялись через один банк. Он же выдавал банковские гарантии этим ликеро-водочным заводам в Кабардино-Балкарии.

Круг замкнулся.

После выступления Валентины Матвиенко прошло три месяца. Какой же ответ дал Антикоррупционный комитет на ее запрос о возможной аффилированности руководства Росалкогольрегулирования с алкогольным бизнесом? Пора ведь действительно, как выразилась председатель Совета Федерации, «либо опровергнуть эти слухи и обелить человека, либо подтвердить и сделать соответствующие выводы».

Президент недавно принял решение передать РАР в ведение Минфина.

— А вы думаете, что если будут другие, что-то изменится? — парирует Зыков. — Дело не в персоналиях, а во всей порочной системе. Она бесконтрольна. В свое время я предложил, чтобы алкоголем занималась ФСКН (раз уж ее не расформировали, за что лично я выступал). Они же контролируют легальный оборот наркотиков — пусть возьмут на себя и спиртное.

Идея спорная. А реформирование алкогольного рынка — в самом разгаре. Миллиарды, не пришедшие в бюджет… Тысячи погибающих от контрафакта… Может, все это считается нашими чиновниками просто «побочным эффектом»? Похмельем?..



Партнеры