Русский язык в Российской Федерации отказываются считать родным

Он — только «государственный»

24 июля 2017 в 19:26, просмотров: 27706

На прошлой неделе, выступая на заседании Совета по межнациональным отношениям, президент России Владимир Путин указал, что недопустимо «заставлять человека учить язык, который для него родным не является» и «снижать уровень и время преподавания русского».

Русский язык в Российской Федерации отказываются считать родным

Под этой новостью в различных СМИ появились десятки комментариев людей, которые вообще понятия не имели о том, что где-то в Российской Федерации детей принудительно учат какому-то местному языку, притом снижая время преподавания русского. Как же мы дошли до жизни такой? Давайте разберемся.

Принято считать, что началось все при Борисе Ельцине, от щедрот своих раздававшем автономным образованиям суверенитет. Это предположение не лишено смысла. К примеру, именно при Ельцине (в 1992 году) был принят закон Республики Татарстан «О государственных языках РТ и других языках в РТ», где уже прописано, во-первых, что «в РТ в соответствии с законодательством создаются условия для сохранения и всестороннего развития родного языка», и, во-вторых, что «государственными языками в РТ являются равноправные татарский и русский языки».

Запомните оба этих пункта, из них вырастет все остальное.

Например, из положения, что языки «равноправные», вытечет зафиксированное в законе представление, что изучать их следует в равном объеме. И языки, и созданную на них литературу. Затем: вроде бы они «равноправные», но почему татарский (здесь и далее везде) поименован прежде русского? В нейтральном контексте такого быть не должно: по алфавиту первым должен идти русский.

Ну как же, скажут мне. Это же Татарстан! Стоп. Остановитесь и подумайте: что важнее: что эта территория — Татарстан или что она же — Российская Федерация? Приоритет так называемых «татарских национальных элит» понятен — но каков должен быть приоритет России? Десятилетиями оставаясь неотвеченным, этот вопрос оброс множеством превратных толкований. Мы к нему еще вернемся.

Как ни удивительно, белый и пушистый пункт об «условиях для сохранения и всестороннего развития родного языка» в практическом применении оказался не менее порочным. Начнем с чистой прагматики: татарстанское законодательство предусмотрело 15-процентную надбавку к заработной плате для тех, кому в работе необходимо «знание и практическое применение двух государственных языков Республики Татарстан». Звучит нейтрально, но по факту означает, например, что учитель русского языка обречен зарабатывать меньше, чем учитель татарского языка. В широкой практике это часто означает, что татарин будет зарабатывать больше русского. И все это вытекло из такого прекрасного пункта, как сохранение и развитие родного языка.

Погодите… но разве русский язык не надо сохранять и всесторонне развивать? И вот тут-то кроется самое удивительное, почти невероятное. Вдруг оказывается, что русский язык как минимум кое-где в Российской Федерации, а как максимум — на всей территории Российской Федерации… не может считаться родным (а только государственным). И потому прекрасные речи о сохранении и всестороннем развитии родного языка его не касаются. В законодательстве Татарстана — Татарстана, где русские составляют немногим меньше половины населения, а русскоязычные — более половины, — это отражено очень четко. Здесь русский язык никто, кроме отдельных идущих на риск энтузиастов, не собирается «сохранять, развивать, всесторонне изучать и совершенствовать». Здесь за это не платят, а платят совсем за другое. За «ознакомление других народов с достижениями татарской культуры». За «изучение старотатарского языка». И даже за «изучение арабской и латинской графики». Я получала высшее образование в Татарстане и помню, что 15 лет назад в ходу уже были диссертации, основанные на сравнении татарского языка с английским, и это тоже считалось развитием татарской культуры.

Ну, это же Татарстан (Коми, Башкирия, Якутия, Удмуртия…), скажут мне. И вновь спрошу о приоритетах. Если наш приоритет — вырастить внутри России максимально самостоятельные образования, то все идет по плану, полет нормальный. Если наш приоритет — единая Россия (как называется крупнейшая наша государственническая партия), то так ли правильно отдавать «национальные республики» (широко растиражированный неконституционный термин) на откуп локальным националистам, даже не пытаясь этому противопоставить развитие и продвижение русского языка?

Вроде бы очевидно, что все прекрасные слова о сохранении и всестороннем развитии родного языка как минимум точно так же следует относить к русскому языку. Но в «национальных республиках» он таковым не является. И в этом, как ни странно, виноваты не только местные национальные элиты.

Это ведь не они последовательно искореняли отношение к русскому языку как к родному (он везде «государственный»); не они писали федеральные государственные образовательные стандарты, пестрящие словосочетаниями «русский неродной» и «родной (нерусский)». В законодательстве Татарстана 90-х годов есть строчка о том, что «обучение детей родному языку является гражданским долгом родителей». Разумеется, тут не мог иметься в виду исключительно татарский. Однако чем дальше, тем больше вырастала и — уже не при Ельцине, а в 2000-е годы — проявляла себя в законах федеральных и локальных эта оппозиция: «русский государственный» и «родной (нерусский)». Государственный язык надо знать (в каком-то объеме). А родной надо сберегать, обогащать, всесторонне развивать. Родной язык — это даже звучит теплее.

Для того чтобы понять, почему в «национальных республиках» так яростно борются против признания русского родным языком, не надо быть семи пядей во лбу. Русский родной язык — это учебный план, где «национальный компонент» составляет никак не более 20 процентов. А значит, прощайте, «равные объемы изучения», с таким тщанием вписанные в местное законодательство при издыхании Советского Союза. Тогда же были любовно вписаны «внешнеэкономические связи и международные акты, заключаемые от имени Республики Татарстан». Неприятно отказываться от такого!

Что ж, посмотрим на перспективу, уготованную нам, если мы от этого не откажемся. Недавно в сети (на сайте «Открытое образование») появился электронный курс, подготовленный СПбГУ с привлечением сотрудников Казанского федерального университета. Оцените название: «Функционирование русского языка в странах СНГ и национальных республиках РФ».

Я посмотрела этот курс целиком. Ждала, будет ли указано на принципиальнейшие различия бытования русского языка в странах СНГ и в «национальных республиках РФ». Будет ли указано хотя бы, что русский язык в «национальных республиках РФ» является не только государственным, но и родным — родным! — для огромного числа людей, и именно эта русская языковая среда является главным средством обучения русскому языку?.. Ответ: нет. На протяжении многих часов специалисты СПбГУ и КФУ, говоря о родных языках, имеют в виду только «языки титульных национальностей республик» и не сомневаются в том, что российских граждан «титульных национальностей» (о русских не упоминается, словно их нет) надо учить русскому языку так, как учат иностранцев. Единственное сущностное отличие, которое они соглашаются признать, — это что иностранцы приезжают в РФ на заработки, а «гражданам титульных национальностей» придется сдавать ЕГЭ.

Русская языковая среда этих специалистов не интересует — их интересуют особенные учебники для «титульных». Мне, росшей среди татар, говоривших по-русски лишь немногим хуже (а иногда и не хуже), чем я, дико это слышать. Но мы действительно оказались на рубеже, где целеполагающие разговоры о предмете находятся в фантастическом отрыве от самого предмета. А елейные речи о желательности «билингвального обучения»!.. Все это мы проходили в бывших союзных республиках. Зыбкость отличий уже даже и не скрывается.





Партнеры