Езда на погонах-3

Начальник криминальной милиции Красногорска, виновный в гибели подростка, отделался условным наказанием

7 февраля 2007 в 00:00, просмотров: 1706
     Господин Тазикаев позвонил сотруднику УВД А.В.Рябцеву и попросил его приехать. После чего сказал Рябцеву, что его нужно доставить в дежурную часть УВД. Рябцев, естественно, сделал то, о чем просил его начальник. А Тазикаев, добравшись до родного отделения, написал заявление об угоне его автомобиля. Понятно, в городе тут же был объявлен план-перехват. Который, понятно, ничего не дал, поскольку “Мицубиси Монтеро Спорт” остался стоять там, где он его оставил.

     Разумеется, сотрудники милиции, прибывшие на место происшествия, сразу установили, кому принадлежит “Мицубиси”. Но это дело прошлое. Спустя неделю Тазикаев делает явку с повинной, из которой следует, что он услышал хлопок, развернулся и поехал посмотреть, в чем дело. Увидев погибшего мотоциклиста (а на дороге лежала нога подростка), он очень разволновался. И, поскольку он человек эмоциональный, в состоянии шока покинул место происшествия.

     “Утром, — говорится в этом любопытном документе, — я хотел прийти и сообщить, но боялся последствий происшедшего, а также боялся осуждения со стороны сослуживцев… Больше с такой тяжестью ходить не могу, поскольку понимаю, что мой поступок — уход с места происшествия, а также заявление об угоне — противоречит моим человеческим принципам, моей чести как офицера милиции. В связи с этим я принял решение… рассказать, что произошло на самом деле, и добровольно явился в прокуратуру”.

     29 января в деле по обвинению Тазикаева наконец была поставлена точка. За полтора года напряженной работы суду удалось установить, что Сергей Насирович Тазикаев грубо нарушил Правила дорожного движения, в результате чего погиб 17-летний подросток, и совершил заведомо ложный донос. Но суд находился в сложном положении.

     Дело в том, что на скамье подсудимых оказался коллега, человек из соседнего подъезда. Решение далось нелегко. Ведь г-н Тазикаев, несмотря на явку с повинной, в суде заявил о том, что ни в чем не виноват, гордо продолжал исполнять свои служебные обязанности и достойно руководить своими подчиненными, некоторые из которых по стечению обстоятельств были свидетелями по делу. Надо отдать должное офицеру милиции Рябцеву, который увез Тазикаева с места происшествия.

     Если бы он струсил и принял сторону своего руководителя, дело могло бы рассыпаться. Однако Рябцев поступил как мужчина. Он рассказал, как было на самом деле, хотя ему, наверное, было непросто принять такое решение. И вот настал момент, когда решение должен был принять судья А.В.Мордахов.

     Из приговора Красногорского городского суда: “Тазикаева Сергея Насировича признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 264 (нарушение правил ДТП, повлекшее смерть человека), ч.1 ст. 306 УК РФ (заведомо ложный донос), и назначить наказание в виде лишения свободы на срок четыре года с лишением права управлять транспортным средством на срок 3 года.

     На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 4 года.
     Дополнительное наказание в виде лишения права управлять транспортным средством исполнять реально (выделено автором. — О.Б.).
     Обязать Тазикаева С.Н. один раз в месяц являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию… и принять меры к возмещению причиненного потерпевшему ущерба”.

     Что касается причиненного ущерба, суд этот вопрос решить не смог (или не захотел), поскольку родители погибшего Сеславинского почему-то не запаслись квитанциями и чеками о погребении сына и прочих расходов, связанных с ним. А вот о наказании Тазикаева за гибель Андрея Сеславинского стоит поговорить подробнее.

     Как следует из приговора, Сергей Насирович Тазикаев — достойный представитель органов внутренних дел. Оказывается, “по роду своей деятельности с такими обстоятельствами он раньше не сталкивался и не знал, что предусмотрена уголовная ответственность за заведомо ложный донос”. Кроме того, он понятия не имел о том, как берутся пробы крови на алкоголь. Ну откуда ему это знать? Ведь в службе криминальной милиции, которой он до сих пор руководит, плетут вологодские кружева, выращивают лютики и читают на ночь сказки. Поэтому Сергей Насирович сдал кровь только на следующий день, “чтобы не подумали, что он был пьян”.

     Тремя абзацами ниже читаем: “Ранее Тазикаев давал показания, что в момент ДТП находился в движении, так как ошибочно полагал, что управление транспортным средством и движение — это одно и то же”. Ну просто выпускница Смольного института для благородных девиц. Не пил, не знал, понятия не имел, совсем растерялся.

     Преступления Тазикаева признаны судом полностью доказанными. Откуда же взялись четыре года условно? Оказывается, в деле полно смягчающих обстоятельств. Во-первых, суд учел личность подсудимого, который явился с повинной, по месту работы характеризуется положительно, ранее не судим — еще немного, и можно представлять к ордену Мужества. Во-вторых, у Тазикаева имеется малолетний ребенок.

     Как-то само собой выпало из поля зрения, что у Сеславинских тоже был ребенок. Но теперь его нет. А вот у Тазикаева есть, так вышло. Значит, он заслуживает снисхождения. А то, что на протяжении полутора лет родители погибшего Андрея Сеславинского на каждом судебном заседании вынуждены были слушать подробности его страшной гибели, это эмоции. Их к делу не пришьешь. И отягчающими обстоятельствами их не назовешь. Другое дело — характеристика с места работы.

     Я так и не поняла, чем руководствуются суды, назначая наказание в подобных трагических ситуациях. Вот, скажем, всем известно, что сейчас все силы брошены на борьбу с хулиганством. И подростки, которые нападают на прохожих и отбирают у них мобильные телефоны, получают сполна, т.е. едут в колонию исправляться на 3-4 года. Реально.

     Выходит, что мобильный телефон обществу кажется дороже жизни 17-летнего молодого человека. Причем всем известно, что подросток, вернувшийся из мест лишения свободы, редко возвращается к нормальной жизни. А вот старший офицер милиции, который руководит расследованием криминальных происшествий в большом подмосковном городе, — он существо нежное, деликатное. Его и наказывать, видимо, не стоит. Он сам себя исправит.

     А еще я не сумела разобраться в одной юридической несуразице. Дело в том, что само понятие “явка с повинной” подразумевает тот факт, что человек признает свою вину и отдает себя в руки правосудия. Именно явка с повинной является краеугольным камнем решения Красногорского суда об условной мере наказания. А между тем на всем протяжении судебного следствия г-н Тазикаев повторял, что вины своей он не признает и оказался причастен к гибели Андрея просто волею случая. Как говорится, занесла нелегкая. Что же получается?

     Суду хватило одного листочка бумаги под названием “явка с повинной”, чтобы оценить меру ответственности старшего офицера милиции за гибель молодого человека. Которого, кстати, он оставил умирать на дороге. Ведь это не он вызвал “скорую помощь”. Он даже не подошел к Андрею, хотя не знал, можно ему помочь или нет. И вот за все это “несчастное стечение обстоятельств” — условное наказание.

     Когда приговор по делу был провозглашен, мать погибшего Андрея долго не могла выйти из зала. Это был не только болевой шок, это было оскорбление. А отец Андрея позже сказал: “Если бы мой сын был жив, я бы отправил его не в Оксфорд (погибший Андрей поступил в Оксфордский университет и 10 сентября должен был приступить к занятиям), а в Высшую школу милиции. Там своих не дают в обиду, что бы ни случилось”.

     Интересно, что Сергей Насирович и в мыслях не имел увольняться из милиции. Видимо, до последней минуты надеялся на то, что бронежилет сотрудника органов внутренних дел прирос к нему навечно. Вопрос, конечно, мудреный. Ведь вина Тазикаева доказана судом. Может ли такой человек украшать собой ряды доблестной милиции? И вроде бы согласно закону о милиции граждане, имеющие судимость, должны покинуть эти ряды. Но, говорят, есть какие-то поправки к закону. И, может быть, если очень хочется, то можно. Можно остаться начальником криминальной милиции, выезжать на встречную полосу, сбивать тех, кто не вовремя оказался на дороге, писать ложные доносы и, разумеется, эффективно руководить людьми, которые ловят преступников.

* * *

     Наверное, я тупая. Я так и не поняла, виноват начальник криминальной милиции г. Красногорска Сергей Тазикаев в гибели Андрея Сеславинского или нет? Жизнь была настоящая, а наказание оказалось условным. Главное — реально лишить Тазикаева водительских прав. Может, подарить ему игрушечный набор юных друзей милиции? Там все условно: и правила, и человечки ненастоящие — дави сколько хочешь. И удостоверение предъявлять никому не надо. Какая хорошая игра. А Андрея Сеславинского скоро два года как нет на свете. И его игрушки остались в его комнате. Сколько пройдет лет, прежде чем родители смогут туда зайти?




Партнеры