Российский фильм ужасов

12 апреля 2007 в 21:25, просмотров: 899
  Классический (чтоб не сказать — избитый) вариант американского фильма ужасов: семья въезжает в купленный по случаю впечатляющий особняк, затем в этом викторианского стиля жилище начинают происходить странные вещи, и в итоге выясняется, что до новоселов тут обитали хозяева, которые погибли страшной смертью. Вариант: коттедж возведен на бывшем кладбище, и духи протестуют против того, чтобы их кости попирались фундаментом, а покой тревожили испражняющиеся домашние животные.
     
     Наш, российский блокбастер видится мне таким: построен элитный дом, в квартиры въезжают обеспеченные люди. И вот начинает твориться невообразимое: являются детишки-призраки, которые требуют, чтобы владельцы престижной жилплощади с ними играли, возникают мужчины в обвислых тренировочных костюмах и женщины с колясками, которые грозят и посылают проклятья лоснящимся богатеям. Наконец, к этим респектабельным гражданам в снах или наяву заявляются деревья, которые тянут к их дыхательным путям ветви и грозят перекрыть кислород… В чем дело? А в том, как вы, наверное, догадались, что дом построен на месте бывшей детской площадки или парка, где любила резвиться детвора, мужчины совершали пробежки, а мамы гуляли с младенцами. То есть подоплека та же самая, что у американцев (с той лишь разницей, что наш сюжет на их почве вряд ли возможен): те, чьи интересы попраны, не успокоятся и станут строить пакости, а то и мстить.
     Ну а вывод напрашивается сам собой: тот, в чей адрес послано слишком много проклятий, вряд ли сможет быть счастлив. Но, понятное дело, до поры, пока не прижжет, никто об этом не задумывается.

* * *

     Что такое “пиррова победа”? Могу объяснить предметно. На излете коммунистического правления в одном из тихих арбатских переулочков был построен дом (из желтого кирпича и, как тогда говорилось, улучшенной планировки) — для руководящих сотрудников ЦК партии. Знаю об этом, поскольку моему хорошему знакомому позволили посмотреть там квартиру, но так и не позволили ее получить, хотя руководитель он был весьма крупного ранга. Наверху, однако, никак не могли решить: кто по статусу может вселиться в эти хоромы? Только члены Политбюро? Пока шли споры и тяжбы, начались перестроечные годы, наступила короткая пора демократической справедливости, и квартиры отдали семьям “афганцев” — тем из них, кто геройски проявил себя во время изнурительной кровопролитной войны. Казалось, идея равенства торжествует. Но разве могли малообеспеченные люди удержаться в столь роскошном районе и доме? Новые буржуазные условия вынудили их продать свое жилье новым русским. Это и есть краткая “пиррова победа” тех, кто никогда ничего не имел и иметь не будет.

* * *

     Сами по себе идеи свободы, братства, сердечности неплохи и отчасти даже святы, беда в том, что претворять их в жизнь берутся те, кто тотчас приспосабливает эти возвышенные понятия к собственным сиюминутным нуждам и в итоге заставляет их служить алчности, корысти, эгоизму, властолюбию…

* * *

     С плохо скрываемой досадой, что ее отвлекли от зарабатывания денег и набивания ими карманов, власть отбрехивается от граждан: “Ну чего вам надо? Да, было дело, украли деньги, предназначенные на отопление домов. Да, а теперь прорвало канализацию, да, стоки хлынули в реку, но опасных примесей в пробах воды не обнаружено. Да, в эту же реку сбрасываем отравленные заводские помои, но вашему здоровью, козлы, это не угрожает. Да, вырублен очередной сквер, а на его месте возводится элитный особняк, но это потому, что вам самим не хватает жилья по низким ценам. Вот и хлебайте собственную доверчивую недальновидность, уроды! Да, транспорт работает из рук вон, но вы же сами этого добивались, митингуя на баррикадах…”

* * *

     Что, собственно, могло измениться в России? Какая демократия могла восторжествовать, если сохранились иерархия превосходства и зависимость в худшем их варианте: экономически-географической соподчиненности. Строителям финансовых “пирамид” есть что копировать и с чего брать пример: во главе российской державы-пирамиды находятся процветающие Москва и Петербург, к ним на поклон идут не только лидеры “независимых” республик и окраинных государств, самое главное, сюда стекаются со всей страны самые богатые граждане, а за ними тянутся, желая приобщиться даров цивилизации, и те, кто победнее, нищие же остаются прозябать в тмутаракани (которая может находиться от столиц всего в ста километрах), вот эта материальная зависимость бедных от богатых и предопределяет нынешний диктаторский строй туго спеленутой, как при социализме, а внешне расхристанной утлой действительности.


    Партнеры