По ту сторону двери

85 лет — пора помирать? За что родная дочь заточила в квартире пожилую мать

20 декабря 2008 в 11:00, просмотров: 1022

Эта тема стала в новосибирских блогах "номером один". Историю перепечатывали из дневника в дневник — обсуждения, комментарии. Среди них и такой: "Не бывает так, чтобы один человек в здравом уме убивал другого!". Не бывает…

Все началось с письма:

"Уже долгое время женщина держит 85-летнюю мать в запертой квартире — без еды и ухода. Одно время ее кормили соседи, бросая еду через отверстие в двери. Вызывали милицию и социальные службы. Ни те, ни другие ничего не делали — не видели состава преступления. Хотя врач, побывавший в квартире, говорит, что пожилая женщина накачана транквилизаторами и сильно истощена".

Эту историю рассказали "МК. RU" новосибирские блогеры — очевидцы событий. Они знают, что если найти улицу Бориса Богаткова, добраться до дома №201 и подойти к одной из квартир, откроется печальное зрелище. Старая ободранная дверь с оплавленным "глазком". Так никто не увидит, что творится по ту сторону баррикад. Телефонный шнур срезан, звонок не работает. Родственники позаботились о том, чтобы старого человека никто не побеспокоил.

Открыть и закрыть старую дверь можно только снаружи. Дыра под замком подоткнута тряпкой. Если ее убрать, можно увидеть обшарпанные стены и затоптанный пол с разводами — такие получаются при длительном воздействии мочевины. На прикроватном столике 85-летней Ирины Иганесовны нет ни стакана воды, ни пузырьков с таблетками.

Еще несколько лет назад Ирина Иганесовна была относительно бодра и активна: ходила в магазин, общалась с внуком и дочерью — заглядывала к ним в гости на соседнюю улицу. Все как у людей, ничего примечательного.

А потом любимой бабушке купили собаку Басю. Но гулять с ней не разрешили, объяснили просто, по-родственному. На дворе 21 век, разгул преступности. Вдруг нападут хулиганы? И любимая бабушка стала реже выходить на улицу — а Басю время от времени выгуливал зять. Для надежности.

Жизнь от этого не изменилась — просто старушка стала больше времени проводить дома. Но в магазин, по-прежнему, бегала, и на лавочку к подъезду выходила. А осенью этого года заботливые родственники решили закрывать дверь на ключ. С внешней стороны. Боялись, что Басю выкрадут вместе с бабушкой из квартиры? Неизвестно. Просто закрыли и все.

В октябре Ирине Иганесовне стало плохо. Стучала по стенам и батареям, звала соседей — просила о помощи. Крики были слышны на всех этажах. Соседка из квартиры напротив варила старушке сосиски и просовывала через огромную дыру под замком. Только собака, та самая собака успевала сожрать их раньше.

Шло время. По подъезду шел скулеж и запах — собаку надо выгуливать каждый день. А зять заходил раз от раза. Соседи, не выдержав бытовой пытки, начали писать заявления: "просим обратить внимание", "в связи со сложившейся ситуацией рассмотрите наше письмо"…

Госструктуры отвечали коротко: нет состава преступления. Состав — штука сложная: объективная сторона, субъективная, вина-мотив-цель. Согласитесь, сложно разобраться, может, бабушка сама попросила родных себя в квартире запирать? Но есть другая сторона медали: взрослая дочь, завещание, квартира, 85-летняя старуха. Соотнесите эти части между собой — все получится даже без кодекса.

Зять заходил крайне редко. Неизвестно, приносил ли он ей еды, да и кормил ли? Иногда забегал внук. Кто-то с нижних этажей спросил парня: "Когда все это прекратится? Бабушка кричит днем и ночью, собака скулит, вонь…". В ответ лаконичное: "Не беспокойтесь, день-два, бабка сдохнет".

В начале этой недели у нее еще были силы. Последние. Вставала на подоконник, кричала в форточку — кто-нибудь, помогите! А потом упала перед дверью, и уже не смогла встать. Лежа на полу все равно звала на помощь. Соседи все слышали, но ведь дверь заперта снаружи…

И снова звонки, заявления, письма — милиция, прокуратура — "просим обратить внимание", и так далее, и так далее. Дозвонились и достучались: врачи, участковые — все на месте.

Соседи на лестничной клетке слегка на нервах — ждут и делятся впечатлениями. Соцработница, тихая тетушка, сказала, ничего не поделаешь, 85 лет — пора помирать. "Подскажите, а кто должен заботиться о стариках, родственники, государство?". "Не знаю, не моя забота". Ушла.

Врач, терапевт участковый, честно сказал: истощение, гнойный коньюктевит. Женщина в возрасте, но не в маразме. Одно подозрительно — за последнюю неделю состояние сильно ухудшилось. Похоже, на транквилизаторы, но какие? Есть прописанный "Феназепам"… Семь дней назад Ирина Иганесовна могла адекватно реагировать на общение, а теперь замкнулась, молчит. Родственники — тоже. Но каждый о своем.

Дочь Ирины Иганесовны напугана. Кричала врачам и милиции, что все это клевета. "Бабушке с нами хорошо, мы о ней заботимся!". Откуда наркотические таблетки — не знают. Встрепенулись — поспешно перестилают бабушке белье, моют полы. Милиция изучает заявление соседей. Все комментарии — позже. Но в квартире был жуткий сквозняк…



    Партнеры