Ну,так пусть Немцов завоет
Гайдару сказали “спасибо”
Московский Комсомолец № 25239 от 21 декабря 2009 г.
Идеолога реформ посмертно назначили премьером 
В октябре 1993 года в прямом телевизионном эфире Егор Гайдар призвал россиян выйти на улицы и воспрепятствовать хасбулатовскому реваншу. С тех пор, если не считать короткой кампании по выборам в Госдуму 1-го созыва, он больше никого и ни к чему не призывал, год от года становясь все менее публичным человеком. Однако в субботу безо всяких призывов проститься с ним пришло более 10 тысяч человек. Такой наплыв стал неожиданным для организаторов прощания. После огромного количества посмертных нападок через интернет они опасались провокаций со стороны противников Гайдара, а вместо этого — за полчаса до начала траурной церемонии, несмотря на мороз, собралась очередь из сторонников, которые даже принесли с собой политические плакаты времен “Демократического выбора России” с портретом Гайдара и лозунгом: “Все обещают — мы делаем!” Большинство из пришедших лично Гайдара не знали и объясняли свой порыв тем, что считают его одним из символов эпохи демократических надежд. Вскоре очередь растянулась практически на километр, дойдя через улицу Тимошенко до Рублевки. В итоге церемонию прощания продлили — она заняла 4 часа. Многочасовое ожидание для желающих проститься вознаграждалось возможностью пройти через металлодетектор, затем подойти к гробу, оставить возле него цветы и, обойдя его, тут же вернуться на улицу. Родные и друзья Гайдара входили в зал через другую дверь и в нем оставались. Но некоторые из ВИП-персон решили пройти путь вместе с рядовыми россиянами. Через общую очередь проследовали Сергей Степашин, Михаил Швыдкой, Григорий Явлинский с букетом революционных гвоздик, Михаил Касьянов, Артур Чилингаров. Народу в траурном зале прибывало, из-за чего периодически возникала толчея: однажды упало ограждение вокруг гроба, потом ВИП-персон вдавили в венки, присланные от президента и премьера. А Анатолия Чубайса живой поток загнал в сектор, где толпились журналисты, и он долго не мог оттуда выбраться.
Иногда люди тихо переговаривались. О том, что потенциал Гайдара не был полностью востребован и реализован. О том, что, яростно выступив против чеченской войны, он вступил в конфронтацию с властью, а за успешно предотвращенные гражданские войны, которые могли вспыхнуть в 1991 и 1993 годах, он так и не дождался народной благодарности. О том, что напрасно нынешняя власть в кризисный момент не использовала его знаний, а партия большинства называла “горе-реформатором”. “Гайдару не хватало элементарного понимания и благодарности от людей”, — сказал Анатолий Чубайс во время гражданской панихиды. И это тот случай, когда с Чубайсом все согласились. Ну что ж, зато у нас хотя бы стал появляться такой элемент культуры, как потребность сказать “спасибо” человеку хотя бы после смерти. И лишь после смерти его назвали главой правительства. Ведь формально он занимал только должности и.о. премьера, первого заместителя премьера. Эту запоздалую справедливость восстановила Наина Ельцина. “Многих удивляло, почему Борис Николаевич в это тяжелейшее время выбрал на пост премьер-министра Егора Тимуровича, — сказала вдова первого Президента России. — Они абсолютно разные по темпераменту, Гайдар был еще очень молод. Но он заразил Бориса Николаевича своей четкой позицией, удивительным спокойствием. Ельцин восхищался его умом и талантом, а Гайдар, начиная болезненные, но необходимые преобразования, понимал, что вряд ли в ближайшее время ему за это скажут “спасибо”. Вице-премьер Александр Жуков, который учился с Гайдаром на одном курсе, так охарактеризовал роль покойного в нашей истории: “Он стал лидером в тот момент, когда страна не по его вине пришла к ситуации страшного кризиса. Он взял на себя смелость принимать очень важные решения, делал то, что считал правильным, и шел в этом до конца”. Витавший тезис о невостребованности Гайдара действующей властью попытался опровергнуть помощник президента Аркадий Дворкович: “Есть много хороших экономистов, но очень немного людей, оценки которых нельзя было игнорировать все эти годы. Егор Тимурович, низкий поклон вам”. А один из яростных оппонентов Гайдара, поработавший в следующем, после гайдаровского, составе кабмина — Борис Немцов, — попросил у покойного прощения и заявил: “Я обычно не плачу, но выть хочется. Выть хочется оттого, что он так мало жил, и оттого, что вокруг его деятельности столько вранья”. материал:
Михаил Зубов |
