Н-да...
Хуже мата
Московский Комсомолец № 25245 от 28 декабря 2009 г.
Письма президенту 
По той же праздничной причине это — не обещанное “Итоговое Письмо” (оно придет в январе). Да и как можно подвести итоги года до того, как покажут ваше поздравление? Вдруг услышим что-то действительно важное, кроме слов-пожеланий: благополучия, здоровья, успехов в труде и счастья в личной жизни. …Пишу вам про драгоценность, сверкающую, как звезда на елке, — про национальную гордость. Она очень важна для людей; чем трудней им живется, тем больше они нуждаются в национальной гордости. Поэтому граждане так чувствительны к футбольным, теннисным и прочим победам и провалам. На прошлой неделе вы были 1 час 20 минут в прямом эфире. (Кто-то удивился: почему настолько меньше, чем премьер-министр, который говорил в прямом эфире 4 часа подряд.) Но вы поступили умно: говорить меньше, зато охватить больше. Вы были сразу на трех каналах — окучили максимальную аудиторию. И если 1 час 20 мин. умножить на 3, то и выйдет ровно 4 часа. Такое удивительное равновесие не может быть случайным. Да и вряд ли бывают у вас там случайности; специальные люди всё продумывают и уравновешивают. В этом прямом, но продуманном эфире вам задали якобы острый вопрос про Касьянова и Каспарова. Ответ был презрительный: о Каспарове вы сказали, что это “бывший известный шахматист”. Формально — цензурные слова, а по сути… И вопрос и ответ, естественно, домашние заготовки. Но вас, г-н президент, ввели в заблуждение. Назвать Каспарова бывшим шахматистом нельзя. Он действующий. Назвать известным — тоже не совсем правильно. Он — самый известный в мире шахматист. Точнее, он — величайший шахматист. Это признает весь мир, руководствуясь отнюдь не только симпатиями. У Каспарова самый высокий рейтинг за всю историю шахмат. И ни один новый чемпион не сумел его достичь, а тем более превысить. Политик Каспаров плохой — ну так бы и сказали. Он вам не нравится, вы — ему, и неизвестно, у кого больше оснований. Как нам жилось бы под властью оппозиции — неизвестно, а как под вашей — видим. Вам же самому очень многое не нравится (коррупция, милиция, юстиция, алкоголизация). Но, кажется, вам посоветовали его унизить, дать в голосе и мимике пренебрежение: мол, он никто. А на самом деле он — наша гордость. Каспаров был чемпионом мира много лет. Он выиграл это звание, а потом четырежды защищал его в бою. В отличие от чиновников, даже высочайших (не в обиду будет сказано), он стал чемпионом сам. А чиновников, даже высших, назначают начальники, используя, как вам известно, административный ресурс. Каспаров стал чемпионом мира, победив другого великого шахматиста — Анатолия Карпова. Эти двое были чемпионами мира в общей сложности 25 лет. Они — лучшие шахматисты в истории человечества и — навсегда. Они сыграли в пяти матчах на звание чемпиона мира 144 партии — это абсолютный рекорд. И какая равная борьба: 73:71 — всего 2 очка! Унижая Каспарова: мол, всего лишь бывший шахматист, вы тем самым унижаете и Анатолия Карпова, который играл с Каспаровым пять потрясающих по накалу матчей. Этих рекордов никто никогда не побьет. Потому что шахматы уже не те. А еще хуже, что пришел компьютер. Шахматы — это не стометровка, не штанга, это — интеллект. Его не накачаешь стероидами. Машина (ваш любимый компьютер) убила шахматы, она стала сильнее там, где человек дольше всего держал первенство. Копать, поднимать — там все рекорды давно перешли к экскаваторам и подъемным кранам. А шахматы — это был, можно сказать, последний бастион человечества. Теперь осталось искусство, театр, поэзия — то есть душа; но это, конечно, совсем уже не тема для письма в Кремль. В умах землян остались имена трех шахматистов: Фишер, Карпов, Каспаров. Двое из них — наши: сперва советские, затем российские. В сентябре этого года исполнилось 25 лет с того дня, как стартовало их великое противостояние. Тогда они просидели за доской 5 месяцев и 6 дней (и этот рекорд тоже никогда не будет побит). В честь 25-летия этой битвы было принято решение сыграть мемориальные матчи в тех странах, где они воевали за шахматную корону: Москва, Ленинград, Лондон, Нью-Йорк, Лион, Севилья — Россия, Англия, США, Франция, Испания. Известие, что великие чемпионы снова сядут за доску, вызвало огромный интерес. В Валенсии (Испания) они играли в роскошном оперном театре. В Париже они будут играть в Лувре. Их ждут в Англии и в Америке. Но — не в России. Для двух величайших шахматистов не нашлось зала в Москве. Может быть, потому что Кремлю не нравится Каспаров. Другого объяснения нет. Может быть, Кремлю не нравится и Карпов. Потому что, когда Каспарова посадили, Карпов в знак моральной поддержки пошел навестить его в тюрьме, передал арестанту шахматный журнал… Вы, конечно, понимаете, г-н президент, такие люди не могут быть друзьями. Наоборот, спортивная злость часто переходит в неспортивную ненависть. Но великий чемпион Карпов уважал (и уважает) своего более удачливого врага, хотя тот отнял у него корону и всю кровь выпил. Шахматные короли для вас не пример? Тогда пусть будет примером Петр Великий, пировавший со шведскими генералами вместо того, чтобы унизить их и вымазать дерьмом, для чего у Петра были безграничные возможности. В России денег и власти столько, сколько не было никогда за всю ее историю. А с величием души бедновато. Давайте по бокалу шампанского за победу над этой бедностью. материал:
Александр Минкин |
