В Советском Союзе политзаключенные содержались в специальных лагерях — отдельно от уголовников. “Пермь-36” — один из таких лагерей. Закрылся он в 88-м, при Горбачеве. За 16 лет через него прошли сотни людей, осужденных за то, что они думали и говорили не так, как предписывала Коммунистическая партия.
За такое преступление в советские времена давали 7 лет в колонии строгого режима. Рецидивистов отправляли на 10 лет на особый режим: камера на двоих и прогулочный дворик на одного — 2 на 2 метра, небо в клетку, сорок минут в день.
Прочувствовать неизбывный ужас такого наказания сегодня может каждый. Надо только добраться до деревни Кучино Чусовского района, где на месте бывшего лагеря открыт мемориальный музей “Пермь-36”. Единственный музей такого рода в нашей стране.
Каждый год в конце июля в “Перми-36” проходит “Пилорама”. Считается, что это гражданский форум, но он больше похож на молодежный фестиваль. Приезжает уйма веселого народу, расставляют палатки в чистом поле, и бывшая зона превращается в лагерь с концертными площадками, дискуссионными клубами и выставочными галереями.
С виду “Пилорама” очень похожа на “Селигер”, который устраивает Федеральное агентство по делам молодежи. Те же фишки: жизнь под открытым небом, бесконечная музыка, полевые кухни, сухой закон и некая идейная направленность, которой пропитаны выступления и представления.
Так же, как “Селигер”, “Пилорама” является официальным мероприятием, которое проводят Министерство культуры и администрация Пермского края. На “Пилораму” приезжает губернатор, а уполномоченный по правам человека в Пермском крае Татьяна Ивановна Марголина фактически днюет там и ночует.
Отличается “Пилорама” от “Селигера” только одним — духом. На “Селигере” молодежь учат восхищаться Путиным и обожать “Единую Россию”. Кто не восхищается, тот враг, его надо мочить.
У “Пилорамы” противоположная идея: люди свободны в своих убеждениях, и тот, кто критикует власть и режим, совсем не обязательно враг.
“Пилорама” и “Селигер” противостоят друг другу в главнейшем. Но поскольку и то и другое сборище проводят власти, а не какие-то коммерсанты или гражданские организации, позиция государства по этому главнейшему вопросу остается непроясненной.
* * *
“Пилорама” проходила в минувшие выходные. В Пермском крае стояла та же жара, что везде. Люди в купальниках слонялись по зоне, перетекая от рок-сцены к выставке антисталинского плаката, дискуссии о милицейском произволе, концертам бардов и правдорубу Иртеньеву.
Все выступления были самого высокого качества. Никакой халтуры, никакой попсы. Но поначалу мне все равно казалось кощунственным хохотать, раздеваться догола и жрать мороженое там, где люди страдали и мучились.
А потом я поняла, что это правильно. “Пилорама” не день скорби, а праздник победы над тоталитаризмом и страхом.
Вернее, хотелось бы, чтобы когда-нибудь она стала таким праздником. Но пока есть “Селигер”, где инакомыслие расценивается как предательство Родины, она им не станет.
В “Перми-36” проводятся экскурсии по зоне особого режима, где сидели инакомыслящие рецидивисты. Там все устроено точно как в колониях для пожизненно заключенных. Жуть несусветная. Трудно поверить, что люди сидели здесь не за убийства и насилие, а всего лишь за мысли, стихи, убеждения.
Экскурсовод сказала, что, выходя из барака, почти все посетители с тоской произносят: “Ничего ведь не кончилось. Все может повториться, и барак снова понадобится”.
Это правда. Если завсегдатаи “Селигера” приравнивают к фашистам Юрия Шевчука, Людмилу Алексееву и других людей, думающих не так, как они, — повториться действительно может все.
