mk.ru : Московский комсомолец

Специалисты НИиПИ экологии города решили провести сравнение по пяти загрязняющим веществам: оксиду углерода, диоксиду азота, диоксиду серы, озону и мелким взвешенным частицам (размером меньше 10 микрометров).

— Мы хотели определить, каковы концентрации этих веществ в атмосфере городов и какую лепту в ухудшение экологии вносят автомобили, предприятия энергетики и т.д., — рассказывает ученый секретарь НИиПИ экологии города Елена Корнева. — Практически сразу стало понятно, что атмосфера всех мегаполисов сильно загрязнена диоксидом азота (его основной источник — выбросы транспорта). Его концентрации нередко превышают нормативы, рекомендованные ВОЗ и установленные в Европейском союзе.

В Стокгольме, Париже, Праге и Москве концентрации диоксида азота различаются на 5–10% и составляют около 35 мкг/куб. м. Самые большие среднегодовые значения этого вещества (50 мкг/куб. м при пределе 40 мкг/куб. м) зафиксированы в Гонконге. Причина — не только значительный поток машин, но и высокая интенсивность солнечного излучения.

Недостаток солнца спасает Москву еще от одной напасти — приземного, или технического, озона. Не того озона, который защищает планету от радиации, а другого — жестко отравляющего вещества. Он образуется, когда лучи света реагируют с веществами, содержащимися в выхлопных газах и промышленных выбросах. Пешеходы, вдыхающие большое количество озона, начинают задыхаться, ощущать боль в груди. Страдают также деревья и кусты вдоль дорог.

Максимальное количество озона наблюдается в Стокгольме — 1,6 ПДК. В Лондоне, Париже, Праге и Гонконге этого вредного вещества в атмосфере чуть меньше — 1,2–1,4 ПДК. А вот в Москве среднегодовое содержание озона в воздухе оказалось ниже предельно допустимой концентрации, хотя и ненамного — 0,9 ПДК.

Горожане стали меньше угорать

Во всех мегаполисах, согласно исследованию, наблюдаются устойчивые тенденции снижения в воздухе оксида углерода (угарного газа). В воздухе Гонконга среднегодовые концентрации этого вещества за последние 6 лет снизились в 1,5 раза, в Париже — в 4, в Москве — в 2 раза. Но до идеала еще далеко. Российской столице нужно брать пример с Европы и вводить жесткие критерии качества топлива.

Стабильно низкое в Москве, Лондоне и Праге, по данным НИиПИ экологии города, содержание диоксида серы. Авторы исследования утверждают, что это вещество в российской столице не превышает 0,1 ПДК. Низкую концентрацию диоксида серы они объясняют небольшим количеством дизельного транспорта и хорошим качеством природного газа, который используют в качестве топлива. «Повезло и странам, куда идет наш газ, — говорит Елена Корнева. — А, например, в Париже, где отсутствует центральная система отопления и домовладельцы используют для обогрева уголь, в холодный период года содержание диоксида серы зашкаливает».

И, наконец, последнее «подопытное» вещество — мелкие взвешенные частицы. Их содержание в воздухе Гонконга почти всегда выше ПДК. В Европе — на уровне 0,2–0,3 ПДК. В московской же атмосфере среднегодовое значение взвеси составляет 0,8 ПДК. Однако в некоторые дни их концентрация повышается до 2,5 ПДК.

— В возникновении мелких взвешенных частиц виноваты прежде всего некачественный асфальт, о который трутся некачественные шины, и почва, на которой не растет трава (земля как бы не скреплена корнями растений, поэтому разлетается при малейшем порыве ветра), — объясняет Елена Корнева. — Хочу добавить, что московские почвы очень загрязнены, что тоже усугубляет экологическую ситуацию.

До Стокгольма не надышишься

Выводы, которые сделали ученые, заставляют в очередной раз задуматься. В целом с 1999 по 2009 год уровень загрязняющих веществ в воздухе всех исследованных городов снизился в 1,7 раза. Однако количество дней в году с низким уровнем загрязнения все равно меньше, чем с высоким.

Самый чистый атмосферный воздух — в Стокгольме, на втором месте Париж, на третьем — Прага. Москва заняла 4-е место. «По каким-то позициям мы проваливаемся, по каким-то лидируем, — отмечает Елена Корнева. — Но я считаю, что 4-е место для Москвы, расположенной на сравнительно маленькой территории, с нашим транспортом, который не всегда достигает даже уровня Евро-2, — прекрасный результат».

Доля выбросов от стационарных источников в российской столице составляет 10% (из них 3% приходится на объекты промышленности, 7% — на объекты энергетики), от автомобилей — 90%. Промышленность хорошо поддается модернизации — в отличие от транспорта. Выхлопные трубы машин каждый год «обогащают» атмосферу города на 750 тыс. тонн грязи, в том числе 600 тыс. тонн угарного газа (CO), около 40 тысяч тонн окислов азота и более 110 тысяч тонн углеводородов. На каждого горожанина приходится свыше 60 кг отравляющих веществ.

— Уровень загрязнения атмосферы вдоль крупных магистралей всегда оценивается как повышенный. В крупных городах ПДК вредных веществ вдоль магистралей превышены в среднем в 2 раза, — говорит Елена Корнева. — Поэтому все города борются с неравномерностью потока. В этом плане преуспел Лондон. Проектировщики сделали кольцевое движение в одну сторону, разрабатывают капиллярную сеть внутри города, мэр сделал очень дорогие парковки в центре. Вся общественность Лондона восстала, но мэр сказал: если хотите дышать нормальным воздухом, будем жить так. И они достигли результата.

Пороки географии

Состояние воздуха очень сильно зависит от географических и метеорологических параметров. Так, например, рельеф Москвы совершенно не способствует проветриванию. Северные и южные окраины расположены на возвышении, а между ними в центре — замкнутая котловина. Центр накапливает загрязняющие вещества.

Понятно, что львиную долю гадости вдыхают водители и пассажиры, торчащие в автомобильных пробках. Но в зону риска попадают и мамы с детьми, которые любят гулять на природе. Зеленые зоны, как правило, расположены в в поймах рек и других понижениях рельефа, закрытых от ветра.

«Наиболее перспективны архитектурные и планировочные приемы, которые позволят сделать воздух чище. Когда мы работали в Куркине, мы учитывали все нюансы. В этом районе дома стоят полукругом, и это препятствует проникновению вредных веществ», — говорят специалисты института.

В Москве лучше всего жить в маленьком зеленом дворике, в срединном поясе застройки, окнами во двор, рядом с природным комплексом и подальше от промышленных предприятий — уверены авторы работы. Совершенно не опасно соседство с ТЭЦ, потому что они в прямом смысле лишь выпускают пар и не влияют на загрязнение. Специалисты подчеркивают, что такое местожительство даже лучше, нежели коттедж на Рублевке окнами на шоссе.

В заключение скажем, что не все с этим исследованием просто. Результаты мы попросили прокомментировать члена-корреспондента РАН Алексея Яблокова:

— Я знаком с этой работой. Ее авторы основывались исключительно на официальных данных, а к таким данным у меня доверия нет. Мы сейчас готовим доклад для депутатов Мосгордумы, и полученные нами цифры сильно отличаются от цифр, представленных в исследовании НИиПИ экологии города. В московский воздух выбрасывается около 500 вредных веществ. Однако официально измеряется содержание только 30 из них. А в данном исследовании представлены вообще 5. Это не показательно.

Еще меня смущает, что опасные концентрации рассчитывались за длительный период времени (за год) и превратились в довольно бессмысленную «среднюю температуру по больнице». Это очень опасный для установления истины методический прием. Конечно, фоновый уровень загрязнения очень важен (особенно для медленно развивающихся хронических заболеваний), но на наше самочувствие каждый день влияет не среднегодовое содержание веществ, а реальная ситуация на улице.

Например, если распределить содержание в воздухе частиц дыма от горящих торфяников, окутывавших Москву летом 2010 года, на весь год, то оно будет безопасным. Однако за несколько дней августа смертность скакнула вдвое.

— Да, эти данные обобщенные и, возможно, не совсем полные, — согласилась Елена Корнева. — Но мы продолжим исследования и составим рекомендации для властей, как сделать воздух Москвы чище.