Доктор на все времена

19 сентября 2003 в 00:00, просмотров: 1606

В его жизни был такой случай. В 1956 году в Москву с официальным визитом приехал президент Индонезии Сукарно. А наш герой учился тогда в Первом медицинском институте. И комсомольская организация дала студентам ответственное задание: поехать в Лужники и выложить телами слово “мердека”, что в переводе означает “свобода”. Надо сказать, что был жуткий холод, а нигде не говорится, что медики не болеют. И поэтому наш герой, который принимал самое активное участие в этом экстатическом действии, послужив свободе, слег и на всю жизнь запомнил: “мердека” — дорогое удовольствие.

Сегодня генеральному директору Центра эндохирургии и литотрипсии профессору Александру Семеновичу Бронштейну исполняется 65 лет.

Это смешно.

Вроде только что отметили его 60-летие, то есть время летит сломя голову.

К тому же у него планов больше, чем сотрудников в клинике, и он, похоже, не желает зависеть от возраста.

Не желает и не зависит.

Однако юбилей налицо, и подойдем к этому со всей ответственностью. Скажем, в былые времена полагалось с изрядной долей занудства осветить большой трудовой путь, пройденный юбиляром. Освещаем. Бронштейн много лет проработал в НИИ проктологии, а потом заведовал отделением гастроэнтерологии в 7-й городской больнице. Не сказать, что ему очень нравилась советская система здравоохранения. А точнее, очень не нравилась. И он все время думал, что бы такое сделать, чтобы работа врача перестала так сильно походить на труд строителей египетских пирамид.

И тут наступили другие времена.

Ему-то, наверное, страшно не было — ему было интересно. А вот москвичам поначалу было боязно переступать порог частной клиники. Все-таки это была первая частная клиника в России. Десять лет назад это можно было сравнить с выходом в открытый космос. Но советское здравоохранение народ закалило, и он, понимая, что хуже не будет, пошел. Причем некоторые очень рассчитывали, что будет лучше.

Бывало всякое. За десять лет врачи Центра эндохирургии и литотрипсии пережили столько, сколько другие не испытывали за всю жизнь. Восторги, слезы благодарности, обращения в прокуратуру, судебные процессы — всего хватало. И надо сказать, что Бронштейн терпеть не может сказок о своей клинике. Душераздирающих историй о чудесных исцелениях, о том, что его врачи не ошибаются, и о том, что они могут все. Все не может никто, и здесь чудес не обещают. Но в ЦЭЛТе работают врачи, многим из которых не стыдно поцеловать руку. Скажем, отделение сердечно-сосудистой хирургии, которым руководит Заза Александрович Кавтеладзе, — их называют “бандой бешеных грузин” за то, что, если человека можно спасти, они его спасут, чего бы это ни стоило. Или главный хирург ЦЭЛТА профессор Олег Эммануилович Луцевич. К нему приезжают лечиться даже из-за океана. Человек он неразговорчивый и неулыбчивый, поэтому мало похож на волшебника. Но есть другие признаки...

Конечно, Александр Семенович Бронштейн своих врачей очень любит и поэтому постоянно их ругает. Ему, видите ли, хочется, чтобы все его доктора защитили диссертации, о чем он не забывает упоминать на всех конференциях. Он сам всю жизнь учится и требует, чтобы и другие не ленились. В сутках 24 часа, и если с утра до вечера быть на работе, останется еще время с вечера до ночи, а ночи бывают длинные, и можно все успеть.

Как у всякого великого человека, у Александра Семеновича Бронштейна есть странности. Скажем, он любит повторять, что частные клиники — удел слаборазвитых стран, и мечтает дожить до того времени, чтобы в России от платной медицины не осталось и следа. Для генерального директора частного медицинского учреждения это как будто рискованное заявление. На самом деле нет, конечно. Государство должно брать на себя заботу о здоровье граждан и о достойной оплате труда врачей. Тогда люди будут жить долго, и все пенсионеры будут выглядеть, как жизнерадостные американские старики, у которых время расписано по часам, потому что они путешествуют по всему миру, разъезжают на инвалидных колясках, стучат красивыми палками и у них редко что болит. А слово “взятка” попадет в Красную книгу. Бронштейну очень хочется до этого дожить.

Есть у него и еще одна мечта. Он является постоянным участником квартета, состоящего из его друзей: Костикова, Сатарова и Рудакова. Все упомянутые джентльмены очень любят петь и не теряют надежды исполнить на сцене Большого зала консерватории песню “Партия — наш рулевой”, арию Розины из “Севильского цирюльника” и самую лучшую песню на свете “На тот большак, на перекресток...” из фильма “Простая история”. Кстати, у квартета уже есть фанаты.

Между прочим, Александр Семенович Бронштейн внес свой вклад и в классическое наследие человечества. Древние греки воспели прекрасных муз театра, истории, танца, но в Греции есть не все. Там, например, не было музы еды, которая прямо-таки не покидает профессора Бронштейна. Да, в этом искусстве он знает толк. Предпочитает кислую капусту и устрицы.

К маленьким слабостям Бронштейна следует отнести своеобразные отношения с техникой. В сотовых телефонах он ценит только большие кнопки, чтоб было понятно, на что нажимать. Но дело житейское. Вот сбудется его мечта, откроется наконец новый большой центр в Крылатском, и там-то, хвастаясь самой современной медицинской аппаратурой, он освоит еще какие-нибудь кнопки. А еще он любит отдыхать в Италии.

Ну и последнее. Бронштейн мечтает о внуке. Жена, мама, которой, кстати, недавно исполнилось 98 лет, две дочки, две внучки — вокруг одни женщины. Он, конечно, женщин любит, и они ему всегда отвечали взаимностью, но как же быть с внуком? Когда? К следующему дню рождения?

Желаем Вам, дорогой доктор, здоровья и надеемся, что все ваши мечты осуществятся. Особенно насчет внука. Его, конечно, назовут Сашей...



Партнеры