Тайванчик подарил Майкла Джексона дочери

Только в “МК” — отрывок из воспоминаний Алимжана Тохтахунова

22 декабря 2008 в 16:34, просмотров: 3759

Несколько лет назад имя Алимжана Тохтахунова, более известного как Тайванчик, не сходило со страниц газет, блоков теленовостей. Его обвиняли в подкупе судей на турнире по фигурному катанию, называли главой русской мафии во Франции, обвиняли во всех смертных грехах. Он, конечно, не ангел и прекрасно известен как в артистической и спортивной среде, так и в криминальном мире. Свое прозвище он получил, еще выступая за футбольную команду “Пахтакор”, а закрепил среди самых известных карточных катал Советского Союза.

Сейчас выходит его книга “Мой шелковый путь”. Отрывок из нее “МК” любезно предоставило издательство. Речь идет о визите в Москву поп-идола Майкла Джексона. Мало кто знает, что приехал он на самом деле для того, чтобы выступить перед 13-летней дочерью Тайванчика!

...Когда осенью 1993 года я приехал в Москву и остановился в гостинице “Метрополь”, в Россию нагрянул с гастролями Майкл Джексон — подвижный, невероятно энергичный, звонкоголосый чернокожий певец. Он был тогда, пожалуй, самой яркой звездой на небосводе мирового шоу-бизнеса.

Приехав в Россию, Майкл Джексон тоже остановился в “Метрополе”. Шли проливные дожди, осенняя погода не радовала певца, и он целые дни проводил со своей огромной свитой в гостинице, не зная, чем бы себя занять. Привыкший к ярким огням, блеску дворцов, пышности приемов, Джексон тосковал в “Метрополе”. Он очень боялся прессы, ведь журналисты не давали ему прохода.

Организацией его концертов занимался человек, с которым я был немного знаком. Он увидел меня в ресторане гостиницы во время обеда, подошел, и мы разговорились. Чуть позже к нам присоединился менеджер Майкла.

— Почему вы никуда не ходите? — поинтересовался я. — Так ведь можно и свихнуться со скуки, в четырех стенах-то!

— Джексон ждет, что в Кремле его примет Борис Ельцин, — признался менеджер.

— Президент России? — не поверил я. — Почему вы думаете, что он примет его? А кто пообещал?

— Не помню… — огорченно пожал плечами менеджер. — Вечером у нас концерт в Лужниках. Мы надеялись попасть к президенту до этого.

— Вряд ли, — покачал я головой.

На концерт Джексона я сходил, но удовольствие было сомнительное. Холодная дождливая погода не позволяла расслабиться. На следующий день я снова встретился с менеджером.

— Как вы смотрите на то, чтобы поехать в балетное училище? — спросил я.

— Что за училище?

— Самое известное балетное училище. Его принято называть училищем Большого театра. Вы бы очень порадовали учеников, а они наверняка дали бы для вас концерт.

— Послушайте, Алик, а разве это возможно?

— Вполне, — рискнул пообещать я и тут же набрал номер Софьи Головкиной, которая в те годы возглавляла МАХУ. — Здравствуйте, Софья Николаевна. Тут вот какое дело… Как вы смотрите на то, чтобы принять завтра в пять часов Майкла Джексона?

— Кого? Какого Джексона? — не поняла она.

— Майкла Джексона.

— Алик, ты смеешься надо мной!

— Нет, не шучу. Ему очень хочется посмотреть на вашу школу. Сможете организовать ему концерт?

— Конечно!

— Прекрасно! — менеджер прыгал от радости. — Только есть одно условие. Майкл категорически против несанкционированных фотографий. Он опасается, что в кадр могут ненароком попасть шрамы, оставшиеся у него на лице после пластических операций.

— Я непременно предупрежу директора училища, — заверил я его.

В тот же вечер я позвонил дочке Лоле и сказал ей, что организовал для нее приезд Майкла Джексона в МАХУ.

— Папа, ты шутишь?!

— Какие могут быть шутки! — отозвался я. — Завтра Джексон будет у вас. Это мой тебе подарок…

На следующий день в обед я спустился в ресторан. Майкл Джексон уже сидел за столом. Я подошел.

— Вы готовы? — спросил я.

— Да, у нас всё в порядке, — ответил менеджер. — Сейчас едем в Таманскую дивизию, а потом сразу в вашу балетную школу.

— Как в дивизию?! Сейчас половина третьего! — ужаснулся я. —Джексон не успеет к пяти!

— Успеет, — заверил меня менеджер.

Промчаться через всю Москву, доехать до военной части, а потом обратно… Нет, это решительно невозможно! Разве что на вертолете…

Ровно в три часа перед входом в отель остановился “ЗИЛ”. Спереди и сзади его сопровождали милицейские машины. Майкл, прячась под зонтом, прошмыгнул в “ЗИЛ” в сопровождении трех-четырех спутников. Мне очень любопытно было посмотреть, чем он будет заниматься в Таманской дивизии, и я подскочил к последней машине эскорта.

— Командир, — с улыбкой обратился я к водителю, — я не поместился в “ЗИЛ”, а мне очень нужно попасть с ними в дивизию. У вас же свободно в машине. Прихвати меня.

— Нельзя. Не положено.

— Если хочешь, денег дам.

Он согласился.

В Таманской дивизии нас ждали. Дождь прекратился. Солдаты стояли по стойке “смирно”, когда наши машины лихо вкатили в ворота. Джексон вышел, подняв воротник своей куртки, и помахал солдатам.

— Hi, Russians! — крикнул он. — Привет, русские!

После продолжительных приветствий ему устроили экскурсию, показывая нашу военную технику. Певец с удовольствием трогал броню танков и БМП, взвешивал в руке автоматы и гранатометы. Затем менеджер шепнул ему что-то на ухо, и Джексон сказал, что пора начать съемку. Оказывается, он приехал туда, чтобы сделать несколько кадров для своего очередного клипа. Он вышел на плац с солдатами и задорно чеканил с ними шаг…

Примерно без двадцати пять мы сели в машины. Нам уступали путь, как если бы мы ехали в правительственной колонне. За двадцать минут мы домчались до МАХУ! С ходу влетели во двор, остановились. Из огромных окон училища высовывались дети, размахивая руками.

— Джексон! Джексон! — кричали они.

Его проводили в учебный театр училища. Других зрителей, кроме Майкла и сопровождавшей его свиты, в зале не было.

По лицу Майкла Джексона чувствовалось, что он был очень доволен. Наверное, нигде ему не оказывали такого внимания, как в Москве. Но не менее счастливыми чувствовали себя и наши дети. После концерта Софья Николаевна велела вынести самовар и вручила его Джексону в качестве сувенира. Потом Головкина спросила разрешения сделать памятный снимок Джексона с участниками концерта. Он милостиво согласился, вышел на сцену, и дети облепили его со всех сторон.

Вот так я привел Джексона к моей дочке в училище. Тогда ей было тринадцать лет, она училась в третьем классе МАХУ. Кстати, после этой поездки в Москву Майкл написал песню “Stranger in Moscow”, вошедшую в его альбом “History”.



Партнеры