Я то думал до сайта и дела никому нет, ан нет, трудятся над ним вовсю, разукрашивают.
Живее всех живых
Московский Комсомолец № 25180 от 12 октября 2009 г.
Иса Ямадаев: “Впервые Сулиму дали поговорить не только со мной, а еще и с мамой” Иса встретил меня на пороге своей квартиры. Выглядит как обычно, только бороду отрастил. На поясе неизменный атрибут вайнаха — пистолет Стечкина. — Иса, ты зачем бороду отрастил? — Мне идет, правда? — улыбается он. — Что еще изменилось? — Практически ничего. Сама видишь, у меня нет охранников, я живу в обычной квартире, как всегда, езжу по делам, причем не на бронированных машинах и без сопровождения. Друзья в гости приходят, родственники… — А что с “кровной местью” между твоей семьей и семьей президента Кадырова? — Война против нас ведется дерзко и неприкрыто. Я слышал, как Рамзан в интервью открыто сказал, что “в вопросе с нашей семьей сделал бы упор на кровную месть”. Странно, конечно, когда официальный представитель власти делает такие провокационные заявления. — Насколько известно, по тебе тоже есть четкая установка: отправить на тот свет. — На самом деле вся эта история началась намного раньше, чем все думают. Официальным поводом якобы послужил “кортежный скандал”, а в действительности все началось еще осенью 2006-го, с ситуации с мясокомбинатом “Самсон”. Тогда Рамзан подставил Сулима, спровоцировав конфликт на предприятии. После этого Сулим заявил, что больше не собирается участвовать в преступных делах Кадырова. Пошли разногласия, началась ругань. Самое интересное, что, по моим данным, сейчас “Самсон” переписывают на людей ближайшего соратника Рамзана — Адама Делимханова… А что касается слухов вокруг гибели моего брата Сулима, хочу еще раз повторить, что он жив. К сожалению, кроме своего слова, больше ничем пока подтвердить это не могу. Сулим находится под программой защиты свидетелей, и мне не дают даже сфотографировать его. Вот последний раз, когда я был у него в больнице, я хотел его на мобильник сфотографировать, но не дали. Я просил: мол, дайте сфотографирую, мать переживает. Не слушают… Такая разрозненная информация пошла изначально, потому что я узнал, что брата не убили и он жив, до того, как спецслужбы Эмиратов запретили мне общаться с прессой и разглашать детали дела. Я изначально рассказал всем, что Сулим выжил после покушения, и говорить потом обратное было бы нелепо… — Как он? — Звонил вот на днях, все в порядке. Впервые за все время ему дали поговорить не только со мной, а еще и с мамой. Для нее было большим стрессом то, что писали в газетах. Сейчас она наконец-то убедилась, что с Сулимом все относительно хорошо. Его готовят к очередной операции. — А что сам думаешь о смерти? — Хм… Я думаю, что Всевышний всем отмерил определенный срок. Мне кажется, жить и бояться смерти — неправильно. Я живу как истинный мусульманин — так, как будто каждый день последний, и в каждый такой день нужно совершить как можно больше хорошего. Ведь сколько раз можно было погибнуть в лесу, когда мы с бойцами “Востока” воевали против ваххабитов. — Но береженого Бог бережет. Может, все-таки лучше в целях безопасности эмигрировать? — Мне часто говорят об этом в последнее время. Некоторые друзья чуть ли не умоляют уехать. Но убегать и прятаться я не стану, это пусть преступники так делают. Я буду жить на Родине — в России, в Чечне… У всего есть начало и конец, так вот я надеюсь, что тот кошмар, который сейчас творится в республике, когда-нибудь прекратится. Да и что эмигрировать, ведь для людей, которые на меня охотятся, нет границ. Они могут нанять киллера в любой стране мира… Лучше пытаться побороть беспредел, а не прятать голову в песок. Я не считаю себя смертником, ведь бороться за жизнь означает совсем другое. — А как ты реагируешь на публичные оскорбления со стороны Рамзана Кадырова? Недавно он назвал Руслана алкоголиком, Сулима — наркоманом, а тебя — сумасшедшим… — Никак. Если бы врачи обращали внимание и обижались на то, что говорят им психически нездоровые пациенты, то жизнь у них была бы тяжелой. Я всегда смеюсь над тем, что Кадыров говорит обо мне и моих братьях. Почти все в Чечне знают, что наша семья всегда боролась с распространением наркотиков, а в Гудермесе следили за этим особенно. И ни для кого не секрет, от чего умер брат Рамзана Зелимхан. По всей видимости, этот факт очень коробит Кадырова… — Чем ты вообще сейчас занимаешься? — В свободное время много читаю. Какие книги? Ну смотри: экономика, это госуправление, иняз не забываю… Веду свой блог, анализирую ситуацию в Чечне, общаюсь с друзьями и единомышленниками, которые далеко от меня. А еще я стал больше времени уделять воспитанию своих детей. В общем, заняться есть чем, без дела не сижу. материал:
Ирина Куксенкова |
