mk.ru : Московский комсомолец

…Мы договорились встретиться в одном из уютных ресторанчиков недалеко от Арбата. Я опоздала буквально на пару минут, и когда зашла в кафе, официанты вежливо сообщили: вас уже ждут. Артем Михайлович в меру сдержан, интеллигентен и как-то особенно спокоен.

— Артем Михайлович, когда-то вас называли исключительно миллионером. Сегодня требуется приставка “экс”?

— Сегодня я принадлежу к классу чуть выше среднего. Знаете, есть такой кофе, его варят в Сухуми: ниже среднего, средний, выше среднего и сатэ. Так что я выше среднего. Мое положение меня полностью устраивает. Поверьте, самая удобная позиция в жизни — это когда меньше ответственности, голова не болит о сохранности капитала, о том, как проконтролировать 150 своих бизнесов, в которых ты инвестор. Точно знаю: это страшная жизнь. Я успокоился. Все что можно было продал. И сегодня спокойно живу и занимаюсь любимым делом.

— Каким же?

— Например, пишу книжки. Вот совсем недавно написал роман “Тайны “Фрау Марии”. Это художественная литература. Потом я директор Института инноваций. Это самое интересное, что может быть: встречаться с людьми, которые изобрели что-нибудь новое, и это новое внедрять в жизнь. Вот, например, сейчас улетаю в Тайвань, где закажу для изготовления новый прибор по измерению магнитного поля Земли в нужном для каждого отдельного человека направлении по Фен-Шуй. Каждый сможет гармонизировать пространство в квартире. Это изобретение первое в мире.

— То есть хотите сказать, что это намного интересней вашей прежней жизни?

— Оксана, существует всего лишь три уровня жизни. Не только в России, во всем мире. Первый — нищенский. Когда постоянно чего-то не хватает. Второй — оптимальный, когда в общем все хорошо. И, наконец, избыточный уровень жизни. Им и живут олигархи. Поверьте, такой вариант жизни совершенно идиотский. Люди, которые принадлежат ему, смешны. Когда я захожу в дом, где тринадцать туалетов, а в семье всего три человека, это даже не курьез. Это смешно...

“Мы прокололись на партвзносах”

— Артем Михайлович, и все же вы стали известным благодаря “избыточной жизни”. В стране разруха, в магазинах пустые полки. А вы с экрана телевизора запросто так заявляете, что за месяц заработали три миллиона. Народ в шоке! Ни за что не поверю, что сделали это исключительно ради тщеславия.

— Конечно, нет. Обо всем по порядку. Мой кооператив “Техника” обслуживал Минюст СССР — оборудовали суды компьютерами с нашими программами. Разумеется, с Минюстом удалось наладить неплохие отношения. И мой заместитель часто получал оттуда информацию. Наш бизнес охватывал всю Россию. У нас было 27 направлений деятельности: строительство, обучение, инновации, торговля и так далее. На меня работало порядка тысячи человек, одних юристов было 23. На январь 1989 года у нас на счету было 79 миллионов рублей, в долларовом эквиваленте это 100 миллионов долларов.

Так вот приходит как-то мой зам — он в шоке: “С февраля все кооперативы могут тратить наличными только сто рублей в день”. То есть взяли и перевели кооперативы на безналичную систему. Это был конец. По безналу ни с кем рассчитываться нельзя. И вот мы что решили. Это, разумеется, была авантюра.

	Мечта всей жизни первого миллионера: купить домик на берегу моря и заниматься своим самым любимым делом — рыбалкой.

Каждому работнику московского офиса, а это 250 человек, начислим зарплату в 10 тысяч рублей. Потом соберем эти 2,5 миллиона, положим в кассу и спокойно будем работать с наличными. Кроме того, в законе о кооперации 88-го года было написано: зарплаты члена кооператива ничем не ограничиваются. Но если бы кто-нибудь сообщил в прокуратуру, что сначала дали деньги, а потом изъяли в общую кассу – мне была бы тюрьма.

Поэтому, мы сами пошли на риск: мне начислили три миллиона, моему заму — три миллиона, второму заму — миллион и главному бухгалтеру — 750 тысяч. Та вообще чуть с ума не сошла от такой суммы. Вы представляете, “Мерседес” в те времена стоил 12 тысяч рублей.

Мне, например, в Жуковке тогда предлагали дом отдыха купить за 25 тысяч рублей. Я сказал: это дорого.

Так вот все деньги мы собирались положить в укромное место. Их хватило бы на долгое время.

— Артем Михайлович, признайтесь. Неужели не боялись проколоться на каком-то этапе? У людей зарплата была в среднем 150 рублей. А вы миллионы начисляете.

— Да все должно было пройти нормально. Я всегда работал в рамках действующего законодательства. Мы прокололись на партийных взносах. Рассказываю. С моих трех миллионов мне пришлось заплатить налог на бездетность — а в советское время был и такой равный 6% от зарплаты — 180 тысяч. Но тут все было чисто — он оплачивался через банк. Но взносы... Со своей зарплаты в три миллиона мой зам заплатил партии 90 тысяч рублей. Представляете, что сделалось с людьми в райкоме? И пошло: КГБ, ОБХСС, КРУ Минфина СССР... Меня подводили под статью — хищение в особо крупных размерах.

— А что вам за это грозило?

— Расстрел... У меня не было другого выхода — я пришел во “Взгляд” и честно рассказал: заработал три миллиона, мне грозит расстрельная статья. Я защищался. Вот и всё.

“Золото партии — это 234 тонны слитков”

— Помогло?

— Понимаете, после эфира вокруг меня поднялась такая шумиха, что просто так тронуть меня уже не могли. Но кооператив закрыли, мы были вынуждены расторгнуть все контракты. До суда дело не дошло — не нашли криминала.

— А почему вас называли врагом Горбачева?

— После моего выступления во “Взгляде” он поехал с визитом на Украину. И заявил: мол, наша страна богата на талантливых людей. Один из них купил компьютеры по дешевке, а продал за большие деньги! Такого не может быть в СССР. Это его сильно раздражало. И потом, конечно, я мешал своими резкими высказываниями. Особенно когда я стал народным депутатом и получил иммунитет — тронуть меня уже было сложно.

	Виктор Вексельберг (справа) в середине 80-х ходил у Тарасова в “подмастерьях”. Работал в фирме Артема Михайловича инженером.

Последней каплей стало мое выступление в защиту Курильских островов. И я до сих пор считаю, что был прав. В феврале 1991 года Горбачев действительно собирался полететь на Курилы и провести там переговоры по поводу передачи островов Японии. Я же заявил, что Курилы — это территория России и принять решение об их передаче какой-то генеральный секретарь не имеет права. Что же предлагали тогда японцы взамен? А предлагали они 200 миллиардов инвестиций в Дальний Восток. И это была большая сумма, учитывая, что денег тогда не было. Но ведь золото партии вывезли из страны, спрятали.

— И вы знаете, кто это сделал?

— Павлов, был такой премьер-министр.

— Извините, а золото партии — это сколько килограммов, тонн?

— 234 тонны. Я точно знаю.

— А где спрятали?

— В Южной Африке и в Австралии. Я не знаю, кто его контролирует сегодня. Но тогда люди, связанные с этой историей, кончали жизнь самоубийством...

Так вот после моего заявления о Курилах с критикой Горбачева был тут же совершен наезд на мой офис. Ребята с автоматами всех положили на пол — это была акция устрашения. А дальше было еще жестче...

“За мой труп киллеру заплатили 12 тысяч”

— Это правда, что вы могли стать первым политическим трупом? В буквальном смысле.

— Правда.

— Извините, а кто вас заказал?

— Я реконструирую события так. Однажды Горбачев сказал: мне надоел этот Тарасов, таких людей не должно быть в России. Пуго и Крючков восприняли эти слова как руководство к действию. А что значит убрать депутата? Устранить физически.

Я узнал, что нанят уже криминальный авторитет, которому предложили 12 тысяч рублей за мою смерть. Мне даже сообщили, где живет убийца. Меня убили бы где-нибудь в начале марта 91-го года. Вот тогда я уехал в эмиграцию...

— В эмиграции вы продолжали заниматься бизнесом?

— Я забрал свою долю в российском бизнесе, инвестировал ее за рубежом и совсем неплохо жил. Во-первых, я выписал туда русскую жену. Мы поженились в Лондоне. Во-вторых, мы катались по миру. Пожили в 31 стране. И везде жили в гостях у моих друзей миллионеров.

Сообщество миллионеров

— Как, вот так запросто можно жить в гостях у миллионеров?

— А я просто член сообщества миллионеров.

— Что же это за сообщество?

— Каждая страна имеет региональное отделение. В лондонском региональном отделении есть определенные обязательства. Работают форумы, на которые член общества обязан ходить четыре раза в месяц. Причем для жен миллионеров предусмотрены отдельные, женские, форумы. Им организуют встречи с известными кутюрье, устраивают модные показы. И все они между собой дружат. Более того, основа отношений — доверие. Это принцип организации.

	Первая предвыборная кампания.

У каждого из нас имеется определенная книжка, а в ней указаны все телефоны миллионеров. И вот я звоню любому и говорю: “Завтра я приеду”. И все. Меня встречает лимузин по прилете, селят на вилле. Принимают по высшему классу. Между нами абсолютное доверие.

— Артем Михайлович, ну так расскажите, у кого довелось пожить?

— Ну, у Ротшильдов, например. На вилле в Швейцарии.

— И как там, на вилле?

— Вилла как вилла. Большой кусок земли, гектаров на 25. А в остальном...Ну что там рассказывать...

Жил у Чарльза Коха. Он мой хороший друг. Стоит отметить, что семья Кох пятая по богатству в Соединенных Штатах. (Его состояние оценивается в 14 миллиардов долларов США. — О.Х.) Он владелец 28 тысяч миль частных трубопроводов в Америке. Можете себе представить? А еще заводы по переработке нефти. Так вот Чарльз содержит в Вашингтоне институт по противодействию вовлечения государства в бизнес. Научные сотрудники моментально реагируют на все попытки государства увеличить проникновение в бизнес. У нас создание такого института сама же власть и пресечет.

Когда я был у него в гостях, я был поражен. Он делает такие вещи... Представляете, по концу года успешным сотрудникам концерна выплачивает премию, равную ста месячным окладам! Невероятный, конечно, человек. Однажды приезжаю к нему и вижу, что он и вся его семья — дети, внуки — принимают участие в фотосессии. Он объясняет: “Скоро ведь Рождество. В моем бизнесе работают 46 тысяч человек, и каждый год в этот праздник я посылаю всем им открытку. А на ней — фото моей семьи и поздравление с Рождеством. И те люди, которые работают со мной 20 лет, видят, как растут мои дети и внуки. А это сближает меня с коллективом, придает ему уверенности в завтрашнем дне”. Представляете, чтобы в России кто-нибудь так работал с коллективом?

— К сожалению, нет. А вы, советский человек, быстро адаптировались к светскому обществу?

— Это было сложно. Я чувствовал себя напряженно. Я ведь для них человек без прошлого. Их не интересовал Советский Союз. То есть советский человек, он с другой планеты. Ущербный, необразованный, местами неадекватный. И знаете, до конца я так и не стал для них своим.

Когда мы с женой уже объехали весь мир, решили поселиться в Аргентине. Но как раз в это время в России начался путч. И мы все бросили и рванули в Испанию, просто чтобы быть поближе к России. Я ведь думал, что нужно будет вывозить своих друзей. Думал, все. Ельцину конец. И знаете, я ведь там даже некоторое время снимал пансионат на берегу моря. Думал: выезжать будут семьями, им же нужно будет где-то жить.

Прошло время, ситуация в России стабилизировалась, а мы с женой обосновались в Лондоне.

“В моей ситуации люди кончают жизнь самоубийством”

— Там я чувствовал себя весьма свободно, — продолжает Артем Михайлович. — Я летал только на лучшие курорты мира, играл в казино. У меня в Лас-Вегасе открытый билет первым классом из любой точки мира с проживанием в “Белладжио” без денег любое количество дней. Кстати, это право осталось за мной по сей день.

— Вы именно так и потеряли свои миллионы?

— Нет. Меня обокрал аферист, он ливанец. Украл пять миллионов долларов. Я решил с ним судиться и потерял еще два из-за расходов на адвокатов. Но этот ливанец живет в постоянном страхе. Ведь он так же обошелся еще с несколькими бизнесменами из России. Так что может он уже и не живет на этом свете…

— Как же вы пережили такую потерю?

— В моей ситуации люди часто жизнь самоубийством заканчивают. Но я просто понял, что жизнь с потерей миллионов не заканчивается.

В начале 90-х я избирался депутатом Госдумы. И знаете, когда приехал после эмиграции в Россию, я увидел другую страну. Бандитскую. Где убивали моих друзей. Это и политики, и журналисты, и бизнесмены. У меня случился ностальгический слом. И из этой жуткой страны я умотал после двух лет депутатства обратно в Англию. Я понял: здесь ловить нечего.

— Артем Михайлович, но все же вы вернулись в Россию…

— Знаете, сейчас я веду совершенно другую жизнь. Она интересная, гармоничная. Живу на Арбате. Нет, я не имею огромную квартиру. Зачем? Мне необходимы максимум три комнаты: кабинет, спальня, зал. И все, больше ничего не нужно. Это и есть оптимизация. Для того чтобы быть счастливым, нужно просто оптимизировать свою жизнь — поверьте, эта формула достоверна. Излишества для нормальной, гармоничной жизни не то, что не нужны – они вредят!

P.S. Когда мы уже прощались, я все же отважилась спросить:

— Артем Михайлович, вы утверждаете, что материальные излишества вас совершенно не интересуют. Я не спрашиваю, сколько вы зарабатываете. Можете сказать, сколько примерно тратите в месяц?

— Думаю… миллион рублей. Этого для меня достаточно.