Адская кухня

Дети не могут находиться в квартире из-за отца, который много лет терроризирует семью

16 ноября 2008 в 16:36, просмотров: 2845

Мы входим в подъезд и начинаем подниматься на пятый этаж. Посреди дороги я чувствую скверный запах и лезу в карман за платком. Жанат молча показывает пальцем наверх.

Пришли. Вонь нестерпимая — а ведь мы пока на лестничной площадке. Жанат пытается открыть дверь ключом, но она заперта изнутри. Она долго жмет на звонок, наконец дверь открывается. Дети не входят, тихо стоят у порога.

Человек, который впустил нас в квартиру, окидывает всех отсутствующим взглядом, тенью вплывает на кухню и плотно затворяет дверь. Источник омерзительного запаха там. Видимо, хозяин квартиры понимает, что посторонним на кухне делать нечего. Вот, собственно, и все наше знакомство.

Я вхожу в комнату. Жилая площадь квартиры 20,1 кв.м. Это меня и спасает. Ясно, что больше пяти минут мне не выдержать, а нужно успеть сфотографировать. Я успеваю. Двухэтажная детская кровать с проломленным низом. Старый аккордеон. Протекший, ободранный потолок. Сознание не воспринимает слова Жанат о том, где спят дети. А где же холодильник? Правильно, на кухне. Однако попасть туда невозможно, там на плите кипит варево. Время от времени, правда, попасть туда все же удается, но что толку? Хозяин не работает и все, что приносит жена, съедает он.

* * *

История-то, в общем, обычная. В 1985 году семнадцатилетняя Жанат приехала из Талды-Кургана поступать в Московский финансовый институт. Не получилось. Пришлось поступать в кооперативный техникум. По распределению направили в подмосковную Запрудню. Жанат устроилась на работу в магазин, а потом пошла на курсы официантов вагона-ресторана. Там она и познакомилась с Геннадием Тишковым. Вскоре они поженились. Геннадий жил в однокомнатной квартире — переехали туда. В 1995 году родилась Рита, спустя два года — Галя.

Геннадий работал в вагоне-ресторане, потом устроился охранником. В 2000 году он ушел с работы и с тех пор “трудится” на своей кухне. Дело в том, что Геннадий начал употреблять наркотики. Сначала анашу, потом героин.
В 2005 году Тишкова взяли под стражу и дали год — за найденную в кармане дозу. Однако тюремный барак, в котором Тишков отбывал наказание, сгорел, что помогло ему спустя несколько месяцев вернуться домой.

Вот уже восемь лет (с небольшим перерывом на посадку) Тишков предоставляет друзьям-наркоманам свою кухню для изготовления отравы из ацетона, мака и т.п.

Вот уже восемь лет Жанат Тишкова обивает пороги всех известных ей учреждений с просьбой расселить ее с детьми и мужа.

Вот уже восемь лет ей в ответ присылают приветы с поцелуями. Но чаще — без.

* * *


К примеру, в апреле 2002 года Ж.Тишкова обращается к главе управы района Кузьминки А.Калабекову: “Настоящим довожу до вашего сведения о критической ситуации, в которой оказалась я и мои дети, Тишкова Маргарита и Тишкова Галина. А именно мой муж вот уже 3 года является активным наркоманом. Состоит на учете в наркодиспансере, проходил лечение, но оно не помогло. Все мы живем в однокомнатной квартире. Муж устраивает скандалы, погромы, в присутствии детей занимается рукоприкладством, продает вещи из дома, а заработанные мной деньги требует под угрозой расправы. Муж приводит в квартиру посторонних людей, постоянно выставляет нас с детьми на лестницу. Мы ночевали у соседей и на вокзалах. Наша жизнь превратилась в кромешный ад. Я боюсь не только за здоровье своих детей, но и за их жизнь, так как поведение мужа в состоянии наркотического аффекта непредсказуемо. Старшая дочь Маргарита в этом году идет в школу.

Прошу вас рассмотреть вопрос о возможности предоставления временного жилья и оказать поддержку в решении нашего вопроса”.

Спустя месяц приходит ответ:

“Управа района Кузьминки на ваше обращение по поводу принятия мер к мужу Тишкову Г.В., допускающему антиобщественное поведение в быту и грубое обращение с членами семьи, что делает невозможным совместное проживание на одной жилой площади, сообщает.

По фактам, изложенным в заявлении, Управой направлено соответствующее поручение в ОВД района Кузьминки и НД №6 для рассмотрения заявления по существу и принятия к Тишкову Г.В. необходимых мер. Заместитель главы Управы А.В.Порхунов”.

Прелесть, да? Мать двух малолетних детей умоляет изолировать их от обезумевшего мужа, а управа сплавляет письмо в ОВД и наркодиспансер. Какая из этих организаций занимается вопросами расселения? Никакая. А зачем же отправлять им письмо Ж.Тишковой? Ну как зачем: в письме упоминаются скандалы и погромы — это вроде по части милиции. К тому же отец семейства наркоман, и на здоровье, значит, бросим бумажку в диспансер. Для отчета сойдет.

В 2006 году она в очередной раз обращается в муниципалитет ЮВАО с просьбой о расселении. Ее отфутболили в комиссию по делам несовершеннолетних, а там помогли советом: уезжайте в свой Казахстан, а мужа лечите.
8 июня 2006 года пришел ответ из префектуры ЮВАО:

“На ваше обращение, поступившее в адрес мэра Москвы Ю.М.Лужкова, в отношении улучшения ваших жилищных условий в связи с конфликтной ситуацией в семье, сообщаю.

С 1998 года ваша семья состоит на учете по улучшению жилищных условий в управе района Кузьминки по категории “общие основания”. Согласно постановлению правительства Москвы от 2.05.2006 “Об итогах выполнения городских жилищных программ в 2005 году и о городских жилищных программах на 2006 год” в текущем году обеспечиваются жилыми помещениями из Фонда социального использования очередники данной категории, принятые на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий до 1 января 1987 года.

Поскольку вы состоите на учете с 1998 года, включить вашу семью в программу реализации жилой площади на 2006 год возможности не имеется. Однако с целью ускорения решения жилищного вопроса вашей семье предоставляется право приобретения жилого помещения с использованием безвозмездной субсидии, социальной ипотеки, а также по договору купли-продажи с рассрочкой платежа… Другой возможности решить ваш жилищный вопрос в настоящее время возможности не имеется.

Что касается конфликтной ситуации между вами и бывшим мужем вследствие употребления им наркотических средств, сообщаю. Для принятия мер в ОВД района Кузьминки направлено письмо за моей подписью. Заместитель префекта ЮВАО г.Москвы С.А.Шеденков”.

Наконец на жизненном пути Тишковой встретился добрый чиновник: смело покупайте жилье с рассрочкой платежа, пишет он. У вас получится! Так и хочется попросить инопланетян из ЮВАО: хотя бы раз в год спускайтесь на землю. Извините, если вам неприятно будет слышать, но есть на земле люди, которые могут купить только нарезной батон и школьные тетрадки детям — в клеточку и в линеечку.

Между тем из ОВД района Кузьминки пришло постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. То есть в конце концов все письма, отправленные Ж.Тишковой по инстанциям, легли на стол лейтенанта милиции А.В.Киркача. И вот что он установил: “В ОВД Кузьминки поступил материал проверки по жалобе Тишковой, адресованной мэру Москвы…

 ОВД Кузьминки по данному факту была проведена проверка. Опрошенный Тишков Геннадий Валерьевич подтвердил факты, указанные в жалобе, указав, что ранее принимал наркотики, состоит на учете, не работает и несколько раз готовил в квартире для собственного пользования наркотическую смесь “Маковей”, однако в настоящее время он с наркотиками завязал, а жалоба со стороны жены связана с тем, что он находится с ней в длительных неприязненных отношениях.

Установлено, что каких-либо заявлений Тишковой Ж.К. на мужа не поступало, факт изготовления наркотиков Тишковым Г.В. не установлен. Из наркологического диспансера №6 получена справка, согласно которой Тишков состоит на учете как опийный наркоман, последний раз обращался в 2001 году. В наркодиспансер направлено заявление Тишковой Ж.К. о принятии мер к Тишкову, с которого получено обязательство о явке.

Таким образом, исследовав все материалы проверки, объективных данных о наличии в действиях Тишкова Г.В. состава преступления, предусмотренного статьей 228 УК РФ (нарушение правил оборота наркотических средств. — О.Б.), не найдено… Жалоба Тишковой Ж.К. обусловлена неприязненными отношениями к бывшему мужу и желанием помощи в расселении квартиры… Постановил: отказать в возбуждении уголовного дела в отношении Тишкова”.

После чего заботливый заместитель начальника УВД ЮВАО И.Ю.Трифонов оповестил Ж.Тишкову, что это решение может быть обжаловано, а также о том, что сотрудниками инспекции по делам несовершеннолетних ОВД Кузьминки собирается материал на лишение Тишкова Г.В. родительских прав.

Из бумаги, подписанной лейтенантом А.Киркачом, следует, что он сделал все, что было в человеческих силах, потому что, положа руку на сердце, больше сделать, не отрывая кое-какого места от стула, просто нельзя. В самом деле, совершив длительное, почти что кругосветное путешествие, жалоба Тишковой из мэрии шлепнулась в УВД. Для адекватной реакции. И тут возникает закономерный вопрос: а какая реакция считается адекватной? Милиция квартир не выдает — это во-первых, а все жалобы городской бедноты вообще принято считать кляузами в связи с неприязненными отношениями, что практично и незатратно — это во-вторых. Теперь рассмотрим все, что напрямую адресовано милиции. Факт изготовления наркотиков, пишет лейтенант, не установлен. Не выходя из кабинета, сделать это вообще не представляется возможным, тут и возразить нечего. Кроме того, Тишков с жалобами в ПНД не обращался. А с какими, собственно, жалобами он должен был обращаться? Денег на дозу не хватает? Так ведь жалуйся не жалуйся — помощи ждать неоткуда. Вот он и затаился, взял все проблемы по изготовлению на себя. Что же касается жалоб Тишковой на бывшего мужа — разве можно считать жалобами то, что она неоднократно вызывала домой милицию? Сами видите, все честь по чести. Никто никому никогда ни на кого…

Так создается видимость кипучей деятельности.

Так милиция из последних сил отбивается от приставучих граждан из бедных кварталов.

А наркотическая смесь “Маковей” — считай кондитерское изделие. Это на кухне стряпать можно. К тому же и лакомится сам, никому не навязывает, разве что гостей потчует — так ведь не торгует!

Что же касается сбора документов на лишение Тишкова родительских прав — тут заместитель начальника УВД ЮВАО И.Ю.Трифонов просто поддался романтическому порыву. Никто никаких материалов не собирал, но намерения, видимо, были. И поскольку дело это плевенькое, не оргпреступность, не убийство, о нем и думать забыли.

* * *

Осенью этого года Ж.К.Тишкова сама обратилась в суд с иском о лишении бывшего мужа родительских прав. У входа в зал суда я разговорилась с сотрудницей отдела опеки района Кузьминки О.О.Бахиревой.

Симпатичная молодая женщина. Я ей говорю: “Что же это! Дети не могут попасть домой, отец потерял человеческий облик…” А она мне отвечает: “Ну знаете, сколько у нас таких семей…” Вошла в зал, протянула судье какую-то бумажку — и все. То ли она есть, то ли ее нет. Как будто речь идет не о детях, жизнь которых в опасности, а о нашкодившем коте. Ну нашкодил. Ну нехороший.

* * *

Наутро мы встретились в редакции.

Даже на шумной улице, в толпе Риту и Галю можно отличить от других детей — по взгляду. Знаете, как смотрит ребенок, когда взрослый слабей, чем он, когда все врут, когда дома страшно, а на улице холодно. Я ловлю себя на мысли, что мне неловко. Так и есть. Я тоже обманщица: сейчас я буду задавать вопросы, ответы на которые мне известны.

Они тихо сидят рядом, как два птенца.

Рита учится в 7-м классе, а Галя в пятом. Обе ходят в районный Дом творчества, учатся играть на аккордеоне. Сестры постоянно выступают на концертах, им очень нравится. Но вот что плохо: аккордеон у них один, да и тот не сегодня-завтра выйдет из строя.

Я говорю: Рита, где ты спишь?

Рита отвечает: наверху.

Всё. Больше ни слова. Какие могут быть слова, я видела этот “верх”. А Галя теперь спит с мамой. Я хотела спросить, где они делают уроки, но осеклась. А где они спасаются, когда до ночи невозможно попасть в квартиру? Мама работает без выходных, с утра до темноты.

Кто-то из детей тихо говорит: плохо, что сейчас рано темнеет.

Почему рядом со мной нет никого из опеки, из милиции? Вот бы и поговорили о погоде.

26 сентября у Риты был день рождения, но его не праздновали. Мама сказала: не вышло. Зато в прошлом году пили чай с тортом, потому что папы дома не было. У Гали день рождения 20 марта. Из-за папы его не отмечают уже четыре года. Я стараюсь не отводить глаза, но что-то не выходит. А дети смотрят прямо, потому что они взрослые.

Рита учится хорошо, изредка проскакивают “трешки” по алгебре, но это потому, что она ее просто не любит. Она мечтает поступить в театральный институт. А самая большая мечта — жить отдельно от папы. Все равно где, главное — чтобы с ним не видеться.

* * *

Знаете, для чего я цитировала эти ответы из разных инстанций?

Чтобы вы поняли, какие мы умные, находчивые и совестливые. Мало ли чего наврет журналист. А тут бумаги на бланках, есть входящий и исходящий, подписи. И вроде все складно: это нельзя, то не положено. А мы не пришли, потому что вы не кричали. А когда вы кричали, нас дома не было.

И вырисовывается такая, знаете, небезнадежная картина. В Москве, в старой пятиэтажке, в однокомнатной квартире с протекающим потолком проживают четыре человека: папаша-наркоман, который давно нигде не работает и тихо варит на плитке полезный для здоровья “Маковей”; мать, которая безропотно тянет неподъемный воз неразрешимых забот; две дочки-школьницы, которые фактически обитают на лестнице возле собственной квартиры. Но пока никто никого не убил и не изнасиловал, ситуация штатная. Мимо этого дома время от времени проезжают начальники, депутаты, кандидаты. Они едут на работу. Там они садятся за столы и пишут бумаги, которые потом почтальон принесет в этот дом. Мать прочитает их сто раз и положит в синенькую папочку. И все пойдет своим чередом.

Вот это, судя по всему, и есть осуществление национального проекта по поддержке семьи.

В проекте принимают участие:

1. Милиция — 72-е отделение и ОВД ЮВАО.

2. Прокуратура ЮВАО.

3. Префектура ЮВАО.

4. Органы опеки и попечительства района Кузьминки.

5. Школа №479.

И есть еще один человек — мамина подруга тетя Ира. Это ей пришлось звонить, когда несколько лет назад отец семейства забрал из детского сада младшую дочь, привез домой, забаррикадировал дверь и ушел в нирвану. А как не уйти — героин и водка невероятно освежают. Тетя Ира примчалась с другого конца города, вызвала милицию, милиция вызвала МЧС, взломали дверь… Все ушли, а тетя Ира осталась. Женщина она богатая, снимает комнату в коммуналке, одна воспитывает дочь. Комната здоровенная, целых 13 метров, там-то время от времени Жанат Тишкова и ее дети спасаются от Геннадия Тишкова. Именно эта женщина написала мне письмо.

А знаете, что такое кризис?

Нет, банки, зарплаты и цены тут ни при чем.

Кризис — это когда две маленькие девочки делают уроки на лестнице возле своей квартиры. И не знают, где сегодня придется ночевать.

Кризис — это когда их мама тихо говорит в суде: дайте нам хоть собачью конуру. А маме отвечают: вы можете купить ее, возьмите ссуду. И не нужно никого беспокоить.

Вот убьют кого-нибудь — другое дело.

P.S. Вчера утром Ж. Тишкова вызвали милицию чтобы выдворить из квартиры пятерых уродов, которые пришли к мужу варить “Маковей”. Детям пришлось уйти — они сидели у подъезда в ожидании спасителей. Ждать пришлось не долго — всего два часа.

А 13 ноября на заседании суда по лишению Г. Тишкова родительских прав судья Ж. Езерская сказала: ваш муж в своей квартире может делать все что хочет.



Партнеры