Как «МК» ТЭФИ выиграл

Шахматисты шутят

5 декабря 2015 в 09:50, просмотров: 2945

Сегодня в нашей веселой шахматной рубрике три сюжета, никак не связанные между собой. В каждом из них есть что-то грустное и что-то смешное, забавное. Собственно так и бывает в жизни – белое и черное всегда чередуются, как белые и черные поля на шахматной доске. У кого-то эти сюжеты вызовут улыбку, кого-то огорчат.

Как «МК» ТЭФИ выиграл
фото: Евгений Гик
Награждение ТЭФИ-1994. Алексей Венедиктов берет интервью у автора этой заметки.

Честняга- единорос

Андрей Макаров, адвокат и единорос, в начале перестройки возглавил Шахматную федерацию СССР, но прославился среди шахматистов в основном тем, что, будучи неподтвержденным кандидатом в мастера, сварганил себе звание международного мастера, представив в ФИДЕ таблицы турниров, в которых не участвовал, и партии, которые не играл (в том числе самого Алехина!). А потом покинул федерацию. Впрочем, подробно мы об этом уже рассказывали, повторяться не стоит.

А недавно гроссмейстер Борис Гулько, вспоминая свою молодость, рассказал одну забавную историю про Макарова, случившуюся еще в брежневские времена. Будучи студентом юридического факультета МГУ, Макаров представлял команду университета на Всесоюзном первенстве вузов в Бельцах. И перед стартом сделал Гулько весьма соблазнительное предложение: «Ты сильнейший в команде. Так давай, будешь подсказывать правильные ходы на всех досках, а я буду незаметно передавать их игрокам. В этом случае победа нам обеспечена!». Гулько был шокирован. «Понятно теперь, какой законности учат на юридическом», - догадался будущий чемпион СССР и США.    

Забавно, что при Путине этот честняга Макаров стал ведущим телевизионной передачи, посвященной то ли законности, то ли справедливости, к тому же занял какой-то важный пост в «Единой России». Интересно, все ли единоросы такие же честные и справедливые, как Макаров? Кстати, особенно впечатляют страстные речи Макарова по «ящику», когда он призывает к борьбе с жуликами.

Крупные праздники и крупные фигуры

Рассказывают, что однажды перед партией Гулько вытащил из кармана двух слонов большого размера, сохранившихся у него еще из старого детского комплекта, и заменил ими классические фигуры, стоявшие на доске. На вопрос арбитров, что это значит, Гулько объяснил: «В народе слона называют офицером, а завтра День Советской Армии. Как офицер запаса я решил отметить этот славный праздник». Судьи посовещались между собой и разрешили Борису играть необычными слонами, тем более что турнир проходил в ЦДСА.

В другом турнире Гулько поставил на доску две огромные ладьи и пояснил: «В народе ладью называют турой, что с иностранного переводится как «крепость». Сегодня - день защитников Брестской крепости. Надо его отметить».

А как-то перед партией с Сало Флором Гулько выставил на доску двух великанских коней из той же старой детской коробки. «Сегодня, - объявил он, - День лошади, или Конский праздник».

Но нестандартные фигуры Борису не помогли. Выиграв у него партию, опытный гроссмейстер стал и победителем турнира. Пожав сопернику руку, Флор признался: «Похоже, вы не учли, что сегодня не только Конский день, но и славный праздник Флора и Лавра. Можно сказать, мой день». И действительно, дело происходило 31 августа, на которое приходятся оба этих праздника.

Но из-за этого поражения Гулько не потерял чувство юмора. Прошло меньше года, и в другом турнире он вытащил из кармана еще более монументальную пару фигур: «В народе их называют король и королева, а если по-русски, царь и царица. Сегодня 17 июля, в этот день в 1942 году началась оборона Сталинграда, или Царицына...». Гулько одержал победу, и все было бы хорошо, если бы не одно обстоятельство. Раздосадованный противник (фамилию его опустим) капнул куда следует и выяснил, что на самом деле Гулько отмечал другое событие, весьма трагическое, - расстрел царской семьи, произошедший, как известно, 17 июля 1918 года.

С тех пор у Бориса возникли неприятности с органами, которые взяли его на заметку. В конце концов он вынужден был эмигрировать в США, где стал активным борцом с советской властью. Хотя, кто знает, может быть, все это простое совпадение…

Партия с самим собой

Около двадцати лет назад на ТВ-6 живой интерес вызвала передача «Прямой эфир: Карпов – Каспаров». Вскоре она получила премию ТЭФИ, кстати, первую в спортивной номинации. Авторами передачи были начинающий тележурналист Алексей Ефимов, «МК» (да-да, по договору!) и автор этой заметки. Дело происходило так. На супертурнире в Новгороде состоялась пресс-конференция Гарри Каспарова, и на мой вопрос, касающийся Анатолия Карпова (два шахматных короля боролись тогда между собой за лидерство и имели друг к другу много претензий), чемпион мира предложил провести дискуссию со своим оппонентом – «хоть в прессе, хоть на ТВ». Его ответ, опубликованный в «МК», и послужил импульсом для будущего теледиалога двух «К». На роль ведущего предлагались разные кандидатуры: Александр Рошаль, Влад Листьев, президент канала Эдуард Сагалаев, но повезло Ефимову. С заданием он справился, после чего даже был принят на 6-й канал.

После появления на экране у Алексея, похоже, поехала крыша, парень, что называется, не выдержал испытания славой: из робкого и тихого юноши (когда мы заключали договор с генеральным директором ТВ-6 Александром Пономаревым, Ефимов вообще молчал) превратился в самоуверенного, нахального и весьма амбициозного субъекта (как говорится, из грязи в князи!). В своих «мемуарах» об истории передачи Ефимов высокомерно поблагодарил меня за «грамотную бумажную работу» и «похвальную для него рецензию». Признаюсь, не раз писал о передаче (бумажная работа!), но как-то не очень заботился о Ефимове: умение прочитать по бумажке вопросы, составленные большим коллективом, - не предмет для рецензирования.

И наверно, не случайно Ефимов вскоре исчез с 6-й кнопки, затем объявился на 3-й, но не удержался и там. Похоже, его телероман благополучно закончился. Впрочем, как сказал Оскар Уайльд, «любовь к самому себе - роман, который не кончается никогда». Так что за Ефимова можно не беспокоиться.





Партнеры