Нобелевская премия Фишера

Шахматисты шутят

12 декабря 2015 в 12:25, просмотров: 3957

Хотя Фишер потерял корону ровно сорок лет назад, в 1975-м, и уже почти девять лет, как его нет, интерес к личности гения шахмат не утихает. Вот только что на наши экраны вышел фильм «Жертвуя пешкой», посвященный матчу Фишер – Спасский в Рейкьявике-1972, а в книжных магазинах появилась книга «Конец игры» (биография Роберта Фишера). Чем больше знакомишься с его жизнью, тем больше веселых историй удается извлечь…

Нобелевская премия Фишера
фото: Евгений Гик
Фишер пока в порядке.

Научное открытие

Бобби Фишер был «дважды еврей Америки», даже не полукровка, но вместе с тем и редкий антисемит. Ненавидел евреев и Америку. На этой почве у него рано поехала крыша. Одобрял давно опровергнутые «Протоколы сионских мудрецов», не признавал холокост, во всех мировых бедах и в своих собственных винил евреев. В антисемитизме, правда, не признавался, он ухмылялся: «Арабы тоже семиты, но я же не против них». После американской трагедии 11 сентября 2011 года Фишер выступил со страшной речью по филиппинскому радио, вот ее конец: «…Я желаю смерти США! К черту  США! К черту евреев! Евреи преступники. Они увечат своих детей. Убийцы, воры, лживые ублюдки. Это замечательный день. К черту США! Наступил час расплаты».

Как говорится, все это было бы смешно, когда бы не было так грустно (М.Ю.Лермонтов). Но в своей паранойе Фишер зашел столь далеко, что некоторые истории на эту тему, связанные с ним, можно вполне отнести к веселым, настоящие шутки. Так, готовясь ко второму поединку со Спасским, Бобби отверг один комплект фигур на том основании, что длина носа коней показалась ему чрезмерной. Явно антисемитский привкус этой претензии насмешил всех, кто о ней слышал. Пришлось искать более подходящие фигуры, чтобы носы у коней не были такими еврейскими. Но неужели у шахматных фигур тоже есть национальность!? Это научное открытие Фишера безусловно тянет на Нобелевскую премию…

Затруднительное положение

Вот еще одна история подобного рода. Хотя Фишер не любил евреев, было у него исключение - венгерский гроссмейстер Андрэ Лилиенталь (хороший еврей с точки зрения Бобби!). Несколько лет экс-чемпион жил в Будапеште, и они очень дружили. Но в день рождения Лилиенталя приглашенный Фишер долго топтался под окнами его квартиры и никак не решался подняться. Один из гостей, московский гроссмейстер Евгений Васюков, не выдержал, спустился:

- Бобби, почему вы не заходите? – спросил он.

- Там кругом одни евреи, - ответил Фишер.

- Вы преувеличиваете, - сказал Васюков. – Вот я, например, не еврей.

Фишер внимательно посмотрел на него:

- Докажите! - потребовал он, тем самым поставив гроссмейстера в крайне затруднительное положение…

Пачки долларов в авоське

Кирсан Илюмжинов как президент ФИДЕ объездил весь мир вдоль и поперек, общался со множеством знаменитых людей, но самой яркой, по его признанию, была встреча с великим Фишером в начале девяностых. Роберт тогда избегал россиян, поскольку те не заплатили ему гонорар за изданный в Москве сборник “60 памятных партий”. В действительности такого долга не существовало, поскольку книга вышла в 1972 году, а СССР присоединился к Всемирной конвенции об авторских правах только в 1973-м одновременно с созданием ВААП. Но Фишера такие мелочи не беспокоили: «Отдайте деньги и все!» - требовал он.

И вот ради того, чтобы увидеть живую легенду шахмат, Илюмжинов решил вернуть Фишеру мифический долг из своих личных средств, выделив на это 100 тысяч долларов. Он специально прилетел в Будапешт с пакетом наличных денег (банкам Фишер не доверял). Встретились дома у Андрэ Лилиенталя, с которым Фишер тогда часто общался.

Шахматный король с удовольствием уплетал черную икру – прямо с ножа - и выпивал рюмку за рюмкой “Столичную” – подарки, прихваченные с собой Илюмжиновым. А потом тем же масляным ножом разрезал банковский пакет, в котором лежало десять пачек по 10 тысяч долларов. Он вскрывал их и тщательно пересчитывал, складывая купюры прямо на столе. Когда он отсчитал примерно половину, Лилиенталь убедил его, что все на месте, можно не проверять. Фишер сказал «О'кей» и высыпал все доллары… в простую сетку-авоську. И только после этого немного расслабился, поднял рюмку за Илюмжинова, обнял его и признался, что впервые в жизни его не надули. Впрочем, сфотографироваться с президентом категорически отказался: «Об этом договора не было».

Потом Фишер проводил Кирсана в аэропорт, и сильное впечатление на него произвело то, что сетку с деньгами тот взял с собой, махал ею туда-сюда. Доллары буквально торчали из авоськи, вот-вот могли разлететься, а люди косились на их странного владельца. И лишь когда Бобби снял куртку, завернул в нее все содержимое и прижал к груди, Илюмжинов вздохнул с облегчением.

Финал этой истории поразительный. Дело в том, что успешная для Фишера денежная операция произошла благодаря Лилиенталю, именно он написал Кирсану письмо от имени Фишера с просьбой уладить конфликт с книгой. Но несмотря на внезапно полученную внушительную сумму Фишера возмутило, что пожилой гроссмейстер (ему уже было за восемьдесят) подписался за него (благодарность по-фишеровски!). С тех пор они больше никогда не виделись. «Любовная лодка разбилась о быт».

Приключения бланка

Свою первую победу над видным шахматистом Фишер одержал в 13 лет – выиграл у международного мастера Дональда Бирна, экс-чемпиона США. Партия получилась очень красивой, яркой, с жертвой ферзя. Судья турнира австриец Ганс Кмох назвал ее «Партией столетия», и она обошла всю мировую печать, включена в сборники шедевров Фишера. Партия-бриллиант, именно после нее Бобби был присвоен титул вундеркинда, уже шестьдесят лет она восхищает всех поклонников игры.

После партии американец Дэвид Лоусон, коллекционер редких вещей и реликвий, пригласил Бобби и его мать Регину на ужин в дорогой ресторан. Такая любезность объяснялась не только вежливостью – он хотел пополнить свою коллекцию бланком какой-нибудь партии Фишера, записанной его собственной рукой. И ему повезло – как раз досталась партия вундеркинда с Бирном, хотя Лоусон, конечно, не знал тогда, что она станет одной из самых знаменитых в истории шахмат.

Впрочем, заветный бланк-оригинал Лоусон, скорее всего, получил не от самого Фишера (участники обычно берут себе копию, а оригинал сохраняет судья), а от Кмоха, причем на бланке его рукой красным карандашом было начертано 0:1 (Фишер играл черными). После смерти Лоусона бланк выкупил неизвестный собиратель, который тоже продал его, и много лет он хранился у другого коллекционера. Его современная рыночная стоимость (аукционная оценка) примерно 100 тысяч долларов.

Осталось сказать, что вознаграждение, полученное Бобби от американского шахматного фонда за ослепительную красоту, составило всего пятьдесят долларов...



Партнеры