С ума сойти... У здоровых людей сил не хватает чтобы с дивана встать, а девушка красавица да еще с таким позитивом идет по жизни. Преклоняюсь. Как и перед всеми спортсменами, вырвавшими для страны эту победу!
В нездоровом теле — здоровый дух
Московский Комсомолец № 25306 от 20 марта 2010 г.
Олеся Владыкина: “Для многих из нас попасть в паралимпийскую сборную — единственный шанс выбиться в люди, и мы его не упускаем” 
Но прошло всего полгода… И Олеся завоевала “золото” на Паралимпиаде в Пекине. А сегодня она едет в Ванкувер, где ей предстоит принимать флаг Паралимпиады в Сочи-2014. Накануне своего отъезда в Канаду чемпионка поделилась с “МК” о том, какую программу она подготовила для церемонии закрытия Паралимпийских игр и через что ей пришлось пройти, прежде чем достигнуть высоких спортивных результатов. — Олеся, приглашение на церемонию закрытия в Ванкувере стало для вас неожиданностью? — Полной неожиданностью! Я ведь “летник”, а мне предложили принимать флаг зимней Олимпиады. Но раздумывать не было времени. Да и что скрывать, я пребывала в диком восторге от этого предложения. К тому же я научилась кататься на коньках. Так что на церемонии закрытия Паралимпийских игр в Ванкувере вы увидите меня в статусе фигуристки. — Вы раньше стояли на коньках? — Да никогда в жизни! Пришлось начинать с нуля! Еще раз преодолевать себя. За какой-то месяц мне удалось многому научиться. — Где проходили тренировки? — На катке в одном из торговых центров. Кругом катались обычные люди, а я готовила свою программу. Конечно, новый вид спорта дался мне непросто. Были и падения, и слезы, но, слава богу, обошлось без травм. Так что на закрытии Игр я покажу танец в паре с одним молодым человеком (по сведениям “МК”, это олимпийский чемпион Нагано-1998 Илья Кулик). — Вы знакомы с кем-то из спортсменов, которые сейчас находятся в Ванкувере? — Я знаю и спортсменов, и тренеров. Ведь я провожала сборную в Ванкувер, тогда и познакомилась со всеми. Так что скучать в Канаде мне не придется. К тому же у меня запланированы ежедневные репетиции. А еще страсть как хочется на соревнования сходить... “Если бы не трагедия, я бы ни за что не вернулась в профессиональный спорт”
— Олеся, с той самой аварии, где вы лишились руки, минуло два года. Вы часто вспоминаете тот день? — Не скажу, что часто, но вспоминаю. Вот тогда могу всплакнуть, хотя еще недавно мне казалось, что все слезы выплаканы были тогда, два года назад. Трагедия произошла в феврале 2008 года. Мы вчетвером с подружками отдыхали в Паттайе. На третий день пребывания в Таиланде отправились на автобусную экскурсию в Бангкок. Вот говорят, люди предчувствуют беду. А здесь — никакого предчувствия, ни одного знака свыше не было послано… Помню сильный толчок от столкновения. Автобус полетел вверх тормашками… Я очнулась от сильной боли. Сразу не поняла, где нахожусь. Вокруг — тела, стонали пассажиры… Моя рука была прижата к земле железной махиной. Уже в госпитале я узнала, что только две мои подруги выжили. А Сашу, с которой мы подружились еще в детстве, я потеряла навсегда… — Вам сразу решили ампутировать руку? — Мне сделали несколько операций, прежде чем решились на ампутацию. Рука была буквально раздроблена и нашпигована кусочками металла и стекла. После мне предложили помощь тайского психолога. Но эта идея меня не вдохновила. Я отказалась. Тем более рядом находилась моя мама, которая оказала самую лучшую психологическую поддержку, какую только возможно. Также меня поддерживали друзья, знакомые. Телефон разрывался, все интересовались моим здоровьем, я же старалась сменить тему, не зацикливаться на себе. Иначе становилось только хуже. Я понимала, что мне предстоит начать новую жизнь, в которой нет место слезам. Сегодня ту трагедию я воспринимаю гораздо спокойнее, она стала просто частью моей жизни. И только. — Если бы не трагедия, вы бы вряд ли вернулись в большой спорт? — Скажу большее: я бы точно не вернулась. Ведь я совершенно осознанно после 10 лет плавания, будучи мастером спорта, отказалась от большого спорта. — Почему? — Надоело. Все детство и юность я посвятила плаванию. Но я реально оценивала свои возможности, никогда не строила иллюзий. Я понимала, что у меня нет будущего в спорте. На тот момент мне не хватало упорства и желания для достижения олимпийских вершин. — Вам пришлось переучиваться заново? — Изменилась работа рук, а техника ног осталась прежней. Случалось, что мы с тренером не понимали друг друга. Я капризничала: мол, мне неудобно так плыть, меня заносит в сторону. Тогда он сам залезал в воду, пробовал, что значит плыть с одной рукой, и соглашался со мной. Приходилось менять тактику… “Не все хотели моей поездки в Пекин”
— Насколько я знаю, российская сборная негативно восприняла ваше появление в команде? — Действительно, не все хотели моей поездки в Пекин. Дело в том, что существуют правила: после травмы человек может поехать на Олимпиаду только после двух лет тренировки. В моем случае не прошло и полугода. И я могу понять спортсменов, которые не хотели, чтобы я ехала в Пекин. Тем более я претендовала на занятые места. Мной заменили одну из спортсменок. Таков большой спорт, с некоторыми в нем обходятся жестоко, побеждает сильнейший. Руководство Паралимпийского комитета придерживалось принципа: у кого выше результат, тот и едет. Я же не просто так претендовала на место в команде — я действительно показала лучший результат в команде. Все это время я не сидела сложа руки, а тренировалась круглые сутки. — Девушка, которой пришлось уступить вам свое место, обиделась на вас? — Насколько я понимаю, нет. Тем более у нее не было шансов завоевать медаль — в Пекине сняли дистанцию, которую она могла хорошо проплыть. — После Пекина вы сказали, что на следующую Олимпиаду в Лондон вряд ли поедете… — Я не хочу загадывать. Пока плаваю и на данный момент рассчитываю отобраться в Лондон. Но время покажет. — Олеся, правда, что вы отказываетесь тренироваться в одном бассейне со спортсменами-инвалидами? — Это чисто из-за технических моментов. Я занимаюсь в том же бассейне, в котором плавала раньше. И с тем же самым тренером. И в нашем бассейне нет спортсменов с ограниченными возможностями. Только я одна. Знаете, это мне помогает. Мне важно не чувствовать дискомфорта среди обычных людей. Меня радует, что здесь на меня не тычут пальцем, меня не выделяют из толпы только из-за каких-то физических недостатков. — А в обычной жизни на вас показывают пальцем? — К сожалению… Я часто замечаю неадекватную реакцию народа по отношению к себе, ловлю заинтересованные взгляды, иногда люди с открытым ртом смотрят на меня. Я этого не понимаю. Конечно, со временем я привыкла к такому отношению и уже стараюсь не обращать внимания. Дело в том, что в нашей стране народ не привык видеть счастливых инвалидов. Все думают, что мы должны быть убогими и несчастными. А когда человек идет по улице веселый, с сияющими глазами, но у него нет руки, это вызывает шоковую реакцию у прохожих: как такое возможно?! А я считаю, что это нормально, так и должно быть. Вот почему нужно как можно больше рассказывать про достижения наших паралимпийцев. Жалко, что Паралимпиаду почти не показывают по телевизору. А так хотелось бы, чтобы Россия болела за наших спортсменов-инвалидов в таком же масштабе, как за олимпийцев. Надеюсь, что к сочинской Олимпиаде этот пробел наверстают. Ведь это необходимо прежде всего здоровым людям, потому что никто не застрахован от подобных ситуаций. — Наверняка и вам первое время было неуютно находиться в компании спортсменов-инвалидов? — Может, только поначалу. Я ведь никогда раньше не видела таких спортсменов, не знала, как они тренируются, чем живут, о чем разговаривают. А почему? Да потому, что они обделены вниманием со стороны журналистов! Я ничего про них не знала! Сейчас я чувствую себя уютно в их компании. Причем мы общаемся не только на спортивных мероприятиях, но и в будничной жизни. “Чувствую себя гораздо комфортнее без протеза”
— Олеся, известно, что обычные спортсмены переживают, как сложится их судьба после завершения карьеры. Что же говорить о паралимпийцах? — Паралимпийский спорт более возрастной. Например, в нашей команде есть спортсмен, которому стукнуло 55 лет, но он выступает и завоевывает медали. Спрашиваете, что потом? Кто-то посвящает себя тренерской работе, кто-то занимается социальными проблемами инвалидов. — А кто-то просто спивается… — Среди паралимпийцев я таких не знаю. Правда-правда, ни одного такого не знаю. — До трагедии вы работали в элитном магазине одежды, куда берут девушек исключительно модельной внешности. — Представляете, они до сих пор меня ждут. Директор магазина мне сразу сказал: “В любое время милости просим”. Я долго думала по этому поводу, но пока решила не бросать плавание. — Если вы все-таки решите вернуться в магазин, вам придется сделать себе протез? — Я уже давным-давно его сделала, но надеваю редко. Только на какие-то торжественные мероприятия или телевизионные съемки. В обычной жизни им не пользуюсь. Чувствую себя гораздо естественнее и комфортнее без него. — Олеся, вы следили за Олимпиадой в Ванкувере? — Конечно. Смотрела все что можно. Даже ночью вставала, чтобы посмотреть на наших хоккеистов. — Сейчас многие пытаются сопоставить провал нашей сборной и победы паралимпийцев… — Не мне об этом рассуждать… Скажу одно: для многих из нас попасть в паралимпийскую сборную — единственный шанс выбиться в люди, и мы его не упускаем. Ведь наши паралимпийцы пашут наравне со здоровыми спортсменами. Например, те же лыжники-инвалиды тренируются в детской юношеской спортшколе олимпийского резерва с обычными спортсменами. — С финансированием у вас тоже возникают проблемы? — С финансированием возникают проблемы у всех. Я перед Олимпиадой тренировалась за свой счет, на собственные деньги снимала гостиницу около бассейна, чтобы не тратить на дорогу по два часа. Конечно, чтобы достойно подготовиться к Олимпиаде, нужны деньги. И немалые. — А если нет денег? — Сейчас всем спортсменам в сборной выплачивается зарплата. Просто кто-то предпочитает потратить все средства на гостиницу, а кто-то экономит. — Кстати, а на что вы израсходовали 100 тысяч евро, полученные за золотую медаль? — Сейчас делаю ремонт в квартире, которую мне подарил город. — Московские власти подарили вам жилье? — Не то чтобы подарили, а выделили как социальной семье по доступной цене. Ведь рано или поздно я планирую жить самостоятельно, без родителей. — И выйти замуж… — Вы хотите спросить, есть ли у меня молодой человек? На данный момент рядом со мной нет такого человека. — А бытовые хлопоты вас не пугают? — Я не знаю ни одной женщины, которая бы любила заниматься бытовыми делами. Вот и я не люблю. Но я понимаю, что когда-то у меня будет семья, так что от стирки, глажки и готовки я не отказываюсь. От бытовых хлопот мне никуда не деться. материал:
Ирина Боброва |
