Серийное убийство и эротика в “Табакерке”

Леди Макбет спустилась в подвал

09.05.2011 в 16:57, просмотров: 8272

Серийным убийством на личной почве назвали бы сегодня то, что в 1864 году описал Лесков в своем очерке “Леди Макбет Мценского уезда”. Актер “Табакерки” Александр Мохов инсценировал знаменитое произведение и выступил сразу в нескольких качествах, тем самым дав основание судить свое многопрофильное творение по трем статьям, — как режиссера, сценографа и художника по свету.

Серийное убийство и эротика в “Табакерке”

Сценографическая идея оказалась аскетичной, с учетом возможностей подвального пространства и материального отражения среды — мешковина в качестве занавеса, забор из свежеструганных досок с большими зазорами разделил сцену на две половины. Половина дворни зажиточного купеческого дома, которая подглядывает за половиной господской, где закипают нешуточные страсти. Купеческая жена Катерина Львовна Измайлова, измаявшись от тоски и скуки, завела полюбовника из приказчиков, да так ею овладела страсть, что она порешила свекра, мужа, невинного племянника Федю и как серийная убийца отправилась на каторгу. В небольшом пространстве со скупой сценографией страсти эти смотрятся значительно крупнее.

Катерина Львовна — 24-летняя купчиха — предстала публике, держа в руках деревянную, грубо сделанную куклу и с невыразимой тоской на лице. Актрису Дарью Калмыкову не стали перекрашивать в жгучую брюнетку, чтобы добиться сходства с литературным оригиналом, и оставили блондинкой. Хотя внешние данные артистки весьма подходили под описанный Лесковым портрет — статная, с красивой, точно мраморной шеей стояла она перед нагловатым приказчиком Сергеем. Ставку режиссер сделал не на внешнее сходство, и ставка эта полностью оправдалась. Калмыкова очень точно провела свою роль от индифферентной скуки до смертельной страсти. Опасностей, которые сопряжены с понятием “страсть”, особенно сценическая, актриса избежала аккуратно, не впав ни в истерику, ни в горячечный напускной любовный бред. Страсть ее к приказчику Сергею была под рациональным контролем, и это придавало образу Катерины Львовны сдержанность особого рода. Игра актрисы очень похожа на случай, когда голой рукой гасят пламя, а при этом не кричат.

Ее партнером стал Виктор Хориняк, еще студент, сменивший на этой роли артиста Вячеслава Чепурченко. Хоть и школяр, но Хориняк оказался с сильным мужским началом, что в последнее время довольно большая редкость на подмостках. А роль Сергея открыла потенциал будущего актера. Во всяком случае, после нее можно смело предположить, что он после Школы-студии МХТ быстро найдет место во мхатовских спектаклях.

Так что основная пара у режиссера Александра Мохова сложилась, да и спектакль сложился качественно, чего никак нельзя сказать об окружении героев — крестьянах в первом акте и арестантах во втором. Если челядь еще как-то работала на сюжет и героев, то она же, ставшая во втором акте заключенными, просто отсиживала свое время. За исключением, пожалуй, Юлии Куварзиной, сыгравшей Аксинью. Такое впечатление складывалось от массы, ворочавшейся на полу в невыразительных серых балахонах, — посредственная работа художника по костюмам Оксаны Лисковской, оформлявшей по большей части телесериалы. А там, как известно, фантазии не требуется. Так что есть массовка или нет ее — в данном случае значения не имело. Было бы хуже, если бы вышло наоборот — при отсутствии главных действующих лиц шикарный фон.