Куратор Молодежной биеннале Дэвид Эллиот рассказал, о чем мечтают художники

Руины, одиночество и нефть

26.06.2014 в 19:19, просмотров: 13191

Это лето — время молодых и дерзких. По крайней мере по столичному арт-календарю. Дело все в том, что стартует Московская международная биеннале молодого искусства, где участвуют художники не старше 35 лет. Она охватит десятки городских музеев и галерей, а главной площадкой станет Музей Москвы, где 26 июня открылся основной проект, название которого определило тему всей биеннале. Засветиться на выставке «Время мечтать» стремилось более трех тысяч авторов, прошли конкурс 83 художника из нескольких десятков стран. О чем же мечтают молодые художники и как им найти свое место в мире современного искусства, «МК» побеседовал с куратором биеннале, британцем Дэвидом Эллиотом.

Куратор Молодежной биеннале Дэвид Эллиот рассказал, о чем мечтают художники
Дэвид Эллиот. Фото: Московская международная биеннале молодого искусства

— Дэвид, вы выбрали для 4-й биеннале молодого искусства тему «Время мечтать». Сейчас, когда вы уже видели большую часть работ, можно резюмировать — о чем же мечтают художники?

— Художники собрались из множества разных стран, и у каждого свое восприятие мира. Все они обеспокоены судьбой мира и думают о будущем, но каждый по-своему. И все-таки несколько тем превалирует, а именно — проблемы окружающей среды; нестабильность общей мировой ситуации, связанная с наращиванием ядерного оружия; неспособность современной политической системы решить, что хорошо, что плохо, и это приводит к исчезновению самой идеи о «всеобщем благе». Это происходит из-за несовершенства капитализма, когда большая часть средств находится у небольшого числа людей. Искусство же стремится показывать красоту и правду, какой бы она ни была. Причем красота, как и правда, может быть ужасной. К тому же искусство является также предметом роскоши — таким образом, оно представляет собой не только критику проблемы, но и является ее частью, если вспомнить, каких неадекватных цен достигают некоторые предметы искусства на рынке.

— Звучит несколько политизированно. Что же мы увидим на выставке?

— Первое, что вы увидите — это руины московских зданий. Мавзолея Ленина, например. Все это будет во внутреннем дворе Музея Москвы. Там один из художников, Денис Рудольф, будет жить в палатке, которая на самом деле — портал в другой мир. Неизвестно, что там — ад или рай. Поэтому Денис кто-то вроде современного Данте. Потом вы увидите особенный сувенирный магазин, придуманный краснодарской группой «ЗИП». И фонтан «Дружба народов», где вместо воды нефть, — это работа Ивана Плюща. Ольга Кройтер будет исполнять перформанс — стоять на колонне высотой три метра, как женщина-богиня, символ одиночества. Албанские художники, группа «Сопротивление», сделали инсталляцию, по которой нужно ходить: она устлана пластиковой пленкой с пузырьками, так что при ходьбе по ней звучат негромкие «взрывы». А на одной из стен появится фото человека с открытым ртом — это слепой аккордеонист из фильма Федерико Феллини «Амаркорд». И это далеко не все — выставка займет несколько этажей музея.

— Руины, перформанс об одиночестве — мечты у молодых художников слишком уж пессимистические...

— Это не так. Работа Ивана Плюща называется «Триумф веселья». Мне кажется, это сильная выставка. Она скептическая, спелая. Каждый художник здесь индивидуален и говорит об этом, никто из них не заинтересован в популярности.

— И все-таки каждый из представленных авторов прошел большой конкурс. А в принципе как вы считаете, каким путем должен идти молодой художник, чтобы стать профи? Критерии оценки искусства в эпоху постмодернизма сместились. Нужно ли художнику в наши дни академическое образование?

— Никого нельзя научить быть хорошим художником. Да, художнику нужны персональные качества — можно обучиться навыкам, концентрации, тщательно и уважительно относиться к своей работе, но нельзя научиться быть хорошим художником. Эта проблема стояла всегда. Техника реалистической школы была актуальна в ХIХ веке, но сейчас ушла, и, думаю, ее не стоит воскрешать. Искусство в любой его форме не должно терять связи с реальностью. На взгляд постмодернизм — это своего рода химера, потому что это в первую очередь направление в архитектуре, а все остальное — скорее не постмодернизм, а наращивание энтропии в современном мире.

— В Московском музее современного искусства будет представлен проект Украины — а к тому, что там сейчас происходит, приковано внимание всего мира. Как художники осмысляют последние события?

— События на Украине были уже в разгаре, когда готовилась выставка. Что касается воздействия, которое они оказали на проект, могу сказать, что несколько художников отказались от участия из-за этих событий. Не буду называть имена. Я понимаю их позицию, но считаю, что это неправильный поступок, если говорить о долгосрочной перспективе. По-моему, идеи этих художников были сильны, и не осуществить их не очень правильно.