Джейн Эйр: любить по-русски

Новый мюзикл в театре «Московская Оперетта»

06.10.2014 в 11:33, просмотров: 3108

Тема Англии сверхпопулярна в России. За долгие творческие годы мы сочинили свою собственную милую, немного смешную Англию и ни за что не променяем ее на аутентичный оригинал. У нас и лучший мистер Пиквик, и несравненные трое в лодке (вкупе с собакой), и, как бы ни подпирали Камбербэтч с Фриманом, самые обаятельные Шерлок Холмс и доктор Ватсон. И вот в русско-английском семействе прибавление: Московская Оперетта выпустила новый мюзикл Кима Брейтбурга и Карена Кавалеряна в постановке Алины Чевик "Джейн Эйр", не изменяя традициям - с широтой мелодий, бурными чувствами и опереточным злодейством.

Джейн Эйр: любить по-русски
Фото: mosoperetta.ru

Живой оркестр под управлением маэстро Константина Хватынца берет первые аккорды увертюры. Открывается занавес, и в пространстве мрачноватого готического собора появляется маленькая фигурка - это юная Джейн, которой еще предстоит пережить тяжелые испытания, унижения, страх, самоотверженную любовь, жестокую утрату и неожиданное обретение счастья. Все это столь же банально, сколь и невероятно привлекательно: не зря мелодраматический сюжет романа Шарлотты Бронте более полутора столетий бередит души. Красивой истории соответствует сценография Вячеслава Окунева: художник комбинирует объемную видеопроекцию с элементами обычных декораций, в результате чего возникают прекрасные интерьеры старинного английского замка. Иллюстрации к знаменитой книге (ее титул запечатлен на занавесе) рождаются на наших глазах в реальном времени. И это очень красиво.

В версии Карена Кавалеряна герои говорят стихами, рождая невольную ассоциацию с "Гусарской балладой". Родство с давними стандартами отечественной оперетты проявляется и в структуре: диалоги сменяются вокальными номерами - абсолютно законченными и довольно статичными. Каждый номер можно изъять из канвы спектакля и исполнить как самостоятельный эстрадный хит. Впрочем, также строятся и французские мюзиклы типа «Нотр Дам де Пари», которые московская публика увидела и полюбила именно благодаря Московской Оперетте.

Заглавная героиня в исполнении Анны Подсвировой бледна и весьма решительна, как и положено скромной гувернантке с железной волей, великодушным сердцем, осиной талией и хорошим голосом. Стилистика музыки Брейтбурга провоцирует актрису на вокальные приемы «дискотеки 70-х», но общему тону спектакля это вполне соответствует. Игорь Балалаев в роли Рочестера красив, благороден, мужествен, загадочен… Словом – эсквайр. Обаяние не изменяет артисту, кого бы он ни играл: Кису Воробьянинова или Графа Орлова. И здесь он на месте. Причем не только в вокальных сценах, но и в диалогах: ему более, чем остальным, удается оставаться естественным при произнесении рифмованных реплик.

Эксцентрическое начало в полной мере развернулось в троице Мисси Рид, Элизабет и Джорджианна. Эти «коварные» дамы (мамаша с двумя дочками) по воле либреттиста перекочевали сюда из сюжета «Золушки». Именно они пытаются выйти замуж за Рочестера (мисс Бланш Ингрэм подвергли безжалостной купюре) и именно они организуют злодейское разоблачение на свадьбе. Дамы очень комичны в своем водевильном интриганстве, особенно неуклюжая и басящая Джорджианна (Марина Торхова). Замечателен Александр Голубев (Мэйсон), также удачно разыгравший карту опереточного злодея, в котором обаяние доминирует над коварством. Его «готическая баллада» в «кельтском» стиле – один из лучших номеров спектакля. Вполне опереточен прелестный ансамбль: слуги, повара, пейзане… Но первое место – у учениц пансиона: скромные сиротки не удержались от соблазна и накрасили губки столь яркой помадой, что их невинность, право, легко оспорить, даже не обращаясь к английскому правосудию…