Макаревич, Якубович и Лунгин приготовили мацу к празднику

Иосиф Райхельгауз: «Для меня это, как ни цинично звучит, всего лишь хлебобулочное изделие»

08.04.2015 в 16:16, просмотров: 16408

Мало кто знает, что в самом центре Москвы, на Покровке, располагается единственная в Москве маца-пекарня, в которой во вторник вечером собрались известные евреи России, дабы — правильным выпеканием мацы — отметить Песах. К старинному обычаю впервые прикоснулись Леонид Якубович и Андрей Макаревич, режиссеры Иосиф Райхельгауз и Павел Лунгин, еврейская бизнес-элита, детишки с особыми потребностями...

Макаревич, Якубович и Лунгин приготовили мацу к празднику
Фото: Михаил Савин

Маца хоть и простой продукт (тесто да вода), но процесс ее приготовления столетиями оттачивался до совершенства: итак, честная публика облачается в фартуки и надевает на руки прозрачные перчатки. Кошерность мацы достигается четким соблюдением нескольких правил: во-первых, после смешивания муки с водой должно пройти не более 18 минут, поэтому сразу включаются таймеры. Во-вторых, вода должна быть родниковой (набранной перед рассветом), а мука привозится со Святой земли (причем ни на зерна с момента жатвы, ни на муку не должно попасть ни капли воды — ровно до начала приготовления).

Обычно в маца-пекарню не допускаются посторонние, но в этом году по спецразрешению главного раввина Москвы Пинхаса Гольдшмидта в помещение приглашены гости и друзья Российского еврейского конгресса.

Макаревич, Якубович, Лунгин etc. встают вокруг железных столов — как только тугая лепешка готова, по ней начинают колотить что есть силы огромной железной скалкой, один конец которой прикреплен к столу.

— Сильнее, сильнее! — кричат нашим деятелям «болельщики». — Представьте, что вы на нее обижены!

Потом булку разрезают на части, и на другом, уже длинном столе каждый кусочек раскатывается до тончайшего состояния. И тут приходится применять силу, дети едва справляются. При этом г-н Гольдшмидт рассказывает о традициях праздника Песах. Потом блинки вешаются на палку, а палку просовывают в окошечко — в другое, очень жаркое помещение, где стоит печь. Еще минута-другая — и маца готова.

— Иосиф Леонидович, — спрашиваю у худрука «Школы современной пьесы» Райхельгауза, — это кошерное мероприятие для вас по сути своей больше культурное или религиозное?

— Нет-нет, это нерелигиозное действо. Для меня выпечка мацы — это такое же культурное событие, как написание иконы или звучание духовной музыки. Не более. Но и не менее. Выпечка мацы — это, как ни цинично звучит, скорее перформанс. Я никогда в жизни этого не делал, и мне совершенно не важно, при выпекании ее с Макаревичем или с Леней Якубовичем, — происходит это в момент еврейской Пасхи или в канун Пасхи православной. Мне нравится само театрализованное действо — повсюду мука, вода, люди вокруг. Еще одна театрализация жизни, в которой я в очередной раз участвую.

— Но эта театрализация полезна?

— Интересна. Вот всё, что я могу сказать.

— А сами-то мацу любите?

— Отношусь к ней как к одному из видов хлебобулочных изделий. Могу ее есть зимой, весной, летом и осенью — независимо от того, идет ли Пасхальная неделя. Это вид хлеба, и ничего больше.

Как бы то ни было, удовольствие все получили огромное, переходя из помещения в помещение и ожидая, когда же маца поспеет. Каждый блин клали в картонную коробку, а потом эта коробка шла по рукам, пока все не попробовали свое же собственное творение...

 

02:56