Кокс в Большом театре: лошадиная жизнь на сцене проходит бурно

Четвероногим артистам положена специальная обувь

15.04.2019 в 19:04, просмотров: 3204

«Коня для самозванца!» — раздается призывный клич, и на легендарную сцену Большого театра степенно и гордо выходит… белоснежный мерин. Зал взрывается аплодисментами, а конь, как настоящий артист, дает зрителям от души поприветствовать себя. Он встает в позу и держит знаменитую актерскую паузу. «Это для вас поход в театр — праздник, а для меня — просто работа», — снисходительно кося глазом в зрительный зал, всем своим видом как бы говорит четвероногий лицедей. И благодарные зрители, не в пример великому мастеру, верят. Да и как иначе! Ведь перед ними Кокс — настоящая звезда театра и кино!

Но в кино лошади (собаки, верблюды, змеи — выбирай по желанию) снимаются испокон веков. А в театре?! Согласитесь, редко когда на сцене увидишь не только мерина — любое четвероногое создание. «МК» выяснил, каким образом в храм Мельпомены проникают ушастые и лохматые актеры.

Кокс в Большом театре: лошадиная жизнь на сцене проходит бурно
Кокс готовится к выходу в спектакле «Дон Кихот».

Музыка для образа

Конечно, демонстрируя зрителям, что запах кулис для него — дело обычное, Кокс больше играет на публику. Каждый выход на сцену у 18-летнего орловского рысака, как и в первый раз, вызывает волнение. О том, что сегодня у него спектакль, конь узнает с самого утра. Во-первых, конюх проявляет особое внимание к его туалету: Кокса с особым тщанием чистят, моют специальным отбеливающим шампунем и натирают кондиционером, придающим шерсти поистине блистательный вид. Максимум внимания уделяется копытам, которые скоблят, полируют и подкрашивают по всем правилам салонного педикюра. Завершающим штрихом к образу четвероногого актера становится прическа. Гриву и хвост накануне театрального выступления расчесывают волосок к волоску и при необходимости подравнивают. Когда внешнее преображение Кокса из просто светлой лошадки в актера миманса Государственного академического Большого театра завершено, наступает очередь работы над ролью. Дело в том, что для вхождения в образ коню требуется специальный настрой, достичь которого помогает музыка. Берейтор Андрей Котляров — верный друг и помощник звездного мерина — включает Коксу аудиозапись спектакля, в котором тому предстоит участвовать. Поэтому во время сборов, погрузки и собственно транспортировки к великим подмосткам конь слушает бессмертные арии из опер, принесших ему не меньший успех и признание, чем их исполнителям. Уж Кокс это точно знает.

Театр начинается с выезда

Дисциплинированный артист должен являться в театр задолго до начала спектакля, чтобы в спокойной обстановке загримироваться, облачиться в сценический костюм и мысленно войти в образ. Четвероногие артисты — не исключение. Коневозка обязана въехать во двор ГАБТа не позднее чем за полтора часа до первого звонка. Бывает, Кокс приезжает один, а бывает — с компанией. Это зависит от того, что сегодня в Большом дают. Если в афише значится «Борис Годунов» или «Дочь фараона», белоснежный конь предстает в огнях рампы в одиночестве, а если, к примеру, «Дон Кихот» — то вместе с Росинантом, которого играет Кокс, на сцену выходит и ослик, на котором, как мы помним, передвигался колоритный оруженосец рыцаря Печального образа Санчо Панса. Этот четвероногий персонаж доверили представлять подруге и соседке по конюшне Кокса, семилетней ослице по кличке Елка. И хотя ее роль по сравнению с конем идальго менее заметна, серая длинношерстная актриса не отчаивается. Оказавшись на театральных подмостках, она вдруг возомнила себя балериной и теперь, надо и не надо, грациозно делает «ласточку» то правой, то левой ножкой. Выглядят эти па весьма умилительно. Если Елка продолжит тренировки, не исключено, что вскоре окажется в балетной труппе Большого. Хотя бы в кордебалете.

А вот другой приятель Кокса, орловский рысак вороной масти Калейдоскоп (в просторечии Колян), по популярности уже может соперничать с признанной звездой. Его иссиня-черная шерсть, удивительная стать и гордый нрав нашли отклик в сердцах поклонников. Некоторые покупают билеты на «Царскую невесту» или «Травиату», в том числе чтобы увидеть красавца вороного. Кстати, в знаменитой опере Верди Колян — не единственный четвероногий артист. Компанию ему на сцене составляют два очаровательных пса — ибицкие борзые Франклин и Винчестер. Правда, в театр они прибывают не бок о бок с Калейдоскопом, в коневозке, а в специальном отсеке автомобиля, к которому и присоединен спецприцеп для лошадей.

Калейдоскоп и Сергей Безруков (слева) на съемках фильма «Годунов».

Галопом на сцену!

Вообще, лошади не любят, когда их возят, — с большим удовольствием они «приезжают» на работу сами. Любая транспортировка, даже на небольшие расстояния, — для коней все-таки стресс. Кстати, музыку в день выступления четвероногим артистам включают еще и поэтому. Услышав знакомую мелодию, Кокс и Калейдоскоп понимают, что сегодня им предстоит выходить на сцену, а значит, пора собираться в дорогу.

Перед тем как погрузить лошадей в прицеп, им обязательно бинтуют хвосты. Делается это сразу по нескольким причинам. Во-первых, чтобы такая важная составляющая лошадиной красоты не испачкалась. А во-вторых, дабы избежать травмирования и истирания хвостового волоса. Чтобы лошадь не имела возможности двигаться во время путешествия, пространство коневозки максимально ограничено. Если хвост не защитить бинтованием, в дороге конь будет тереться им о дверцы и к концу переезда может лишиться приличной его части. И какой же он тогда артист? С облезлым-то хвостом.

Конечно, и Кокс, и Колян — артисты со стажем. В Большом театре они работают пятый сезон. Поэтому дорожные хлопоты для них дело привычное. Хотя и здесь без сюрпризов не обходится. Обычно в день спектакля коневозка отправляется в путь загодя. Едут из Балашихи, где базируется конный клуб «Атаман», к которому и приписаны хвостатые знаменитости. Учитывая дорожную ситуацию в столице, сопровождающие лошадей берейторы, как правило, закладывают время на дорогу с запасом. Однако предновогодние пробки не поддаются прогнозированию. Однажды, направляясь на один из декабрьских спектаклей, автопоезд с Коксом и Елкой попал в жуткий затор на Кремлевской набережной. Простояв почти без движения около двух часов, ребята поняли, что такими темпами доберутся до ГАБТа только к концу постановки. Пришлось пойти на беспрецедентные меры. Белого мерина и серую ослицу выгрузили из прицепа прямо посреди мостовой, и путь от набережной до Большого они преодолели бодрой рысью. Так же бодро, но уже галопом, рядом неслись берейторы: прокатиться по центру Москвы верхом на неоседланных лошади и ишаке никто не решился.

Ах, эти конные ботинки

Триумфальный въезд во двор театра на своих четырех — для Кокса, конечно, запоминающийся, но единичный случай. Обычно лошадей «освобождают» из коневозки уже перед входом в грузовой лифт, который поднимает четвероногих артистов прямо на сценический уровень. Здесь, в специально отведенном месте за сценой, их «гримируют» в соответствии с ролью, одевают и… обувают. Да, у участвующих в спектакле лошадей, как и у любого уважающего себя артиста, есть концертные ботинки. Дело в том, что сценическое пространство обладает очень чувствительной акустикой, и цоканье копыт на сцене может восприниматься как бой барабана. Кроме того, во время балетных постановок сценический пол застилают очень дорогостоящим покрытием. Так вот, чтобы погасить шум от лошадиной поступи и уберечь драгоценный пол от повреждений, рысакам и надевают специальную обувь.

Кстати, в самом начале артистической карьеры никаких ботинок у лошадей не было. Когда выяснилось, что коней перед выходом на сцену требуется обувать, конюхи и берейторы схватились за голову. Во что? В магазинах лошадиные туфельки не купишь, а человеческие им явно не по размеру. Вначале обходились подручными средствами: к копыту прикладывали резиновую основу и приматывали ее скотчем. Но такие «штиблеты» были не очень удобны, крайне ненадежны, да и выглядели не совсем эстетично. Помог один из сотрудников клуба. Сняв с каждого копыта мерки, он выкроил настоящие кожаные башмаки, посадил их на войлочную подкладку и снабдил препятствующей скольжению резиновой подошвой. Так что теперь четвероногие артисты щеголяют по сцене в обуви индивидуального пошива.

Орловского рысака Калейдоскопа ценят за покладистость.

Мы вдвоем с конем на сцену идем

Андрею, участвующему в спектаклях вместе с Коксом и Коляном, сценическое облачение доставило куда меньше хлопот. Почти все костюмы для него подобрали в театральной костюмерной из уже имеющихся. Специально шили только для Травиаты. Он, кстати, у Андрея самый любимый. «Потому что красивый. И шляпа на мне хорошо сидит», — говорит берейтор.

По его словам, путь на сцену ему проложили лошади. «В юности увлекся конным спортом. Сначала это было просто хобби, а потом стало делом всей жизни», — рассказывает Андрей. В конюшне он бывает ежедневно, работает без выходных и праздников. «Я уже не представляю, что делать, если не надо на работу. Да и не работа это, скорее, образ жизни», — делится он.

Чтобы лошадь была в хорошей физической форме, ей требуется постоянный тренинг. В клубе сейчас 13 коней. Каждого нужно объезжать хотя бы по часу в день. «И для личных тренировок надо выделить время (Андрей — член группы профессиональных конных каскадеров. — Авт.). В общем, забот хватает», — заключает берейтор.

И все-таки звездная роль в этом дуэте принадлежит лошади. Будь то Кокс или Калейдоскоп. На сцене Андрей всегда держится в тени коня, просто придерживая того под уздцы. Его главная функция — своим присутствием создать для лошади знакомую и спокойную атмосферу.

Полцарства за коня!

А это бывает непросто. Тем более что возить им приходится не простых людей, а все больше царей да фараонов. Так, в «Царской невесте» Калейдоскоп вывозит на сцену не кого-нибудь, а самого Ивана Грозного. Иван Васильевич восседает на вороном рысаке верхом, а вокруг опричники, которые кричат, свистят, размахивают плетками. Только подготовленные лошади смогут сохранять в такой обстановке арийское спокойствие.

Еще сложнее не поддаться панике в «Борисе Годунове». Там верхом на Коксе сольную партию исполняет Лжедмитрий. Конь должен провезти его по всей сцене, выйти на передний план и замереть без малейшего движения. Лошадь должна быть абсолютно статичной на протяжении всей арии, чтобы у артиста, не дай бог, не дрогнул голос. Причем в это время на сцене находится не меньше 150 человек.

К чести орловских рысаков, во время спектакля они ни разу не оконфузились. Вообще, старые работники театра вспомнили лишь один курьезный случай, связанный с четвероногим артистом. Произошел он, правда, не с нашими героями, а много лет назад. Тогда в Большом «подрабатывал» в мимансе серый терец по кличке Состав. Однако звали его все просто Шурик. В театре, где он, кстати, проработал почти 15 лет, жеребца любили. Обычно после спектакля артисты угощали Шурика принесенными из дома лакомствами — морковкой, сухарями, яблоками. Как-то раз, когда в ГАБТе давали «Хованщину», кто-то из поклонников терца оставил для него на столике за кулисами угощение. И вот в разгар действа, во время сцены рассвета на поле битвы, усеянном телами пронзенных стрелами ратников, Шурик, понуро стоящий над убитым хозяином, вдруг обнаружил ожидающее его лакомство. Не справившись с вдруг разыгравшимся аппетитом, конь уверенно двинулся за кулисы, осторожно переступая через «убитых». Те, в свою очередь, не желая получить копытом, стали резво отползать с лошадиного пути, ломая воткнутые в них стрелы. Говорят, публику в тот вечер неожиданный поворот оперного сюжета развеселил до слез.

В Большом даже актеры миманса блистают в главных ролях.

Артистом можешь ты не быть

Конечно, и у Кокса, и у Коляна в Большом тоже есть свои почитатели, всегда готовые приласкать и подкормить любимых артистов. Некоторые сотрудники театра в дни лошадиного ангажемента не приходят на работу с пустыми руками: кто-то яблочко прихватит или морковку, кто-то — сушки и сухари. А когда, к примеру, дают «Царскую невесту», яблоко выносят прямо на сцену — по сценарию им лакомится главная героиня. В такие минуты Коксу, который и вывозит актрису, приходится нелегко. Однако конь терпеливо ждет окончания сцены, поскольку наверняка знает, что за кулисами надкушенный героиней плод достанется ему.

Вообще берейторы не приветствуют внеплановое кормление подопечных. Потому как это чревато сами знаете чем. Кстати, такие пикантные детали, как туалет, — отдельная тема пребывания четвероногих артистов в театре. Поначалу лошадей, прямо как балерин, перед спектаклем вообще держали на голодном пайке. Из соображений — как бы чего не вышло. Но через какое-то время с удивлением обнаружили, что кони понимают, где они находятся — в храме, пусть и Мельпомены, гадить, пардон, не пристало. Правда, это священное правило действует лишь на сцене. За кулисами природа, естественно, берет свое. Вот и приходится сопровождающим в ожидании выхода виртуозно жонглировать ведрами, на лету подхватывая продукты жизнедеятельности четвероногих артистов миманса.

Кончен бал, и кончен вечер

Бурная театральная жизнь лошадей, ослика и собак из клуба «Атаман» длится с октября по май. Когда Большой уезжает на гастроли, хвостатые лицедеи отправляются на каникулы. Но это не значит, что они остаются без дела. Ведь лето — горячая пора для другого вида искусства — кинематографа. А здесь лошадиной работы — непочатый край.

В кинобиографии Кокса, Калейдоскопа и других «атаманских» лошадей — десятки картин. Среди них — исторические драмы «Екатерина» и «Годунов», сказки «Последний богатырь» и «Книга мастеров», работа с прославленными режиссерами Никитой Михалковым в «Утомленных солнцем-2» и Владимиром Хотиненко в «Бесах». Как правило, за год клубные лошади снимаются в одном-двух фильмах. Кстати, их последняя киноработа — снимающийся сейчас сериал по нашумевшему роману Гузель Яхиной «Зулейха открывает глаза». В этой ожидаемой поклонниками книги картине Калейдоскоп сыграл коня Муртазы, а Кокс и несколько других его одноклубников — лошадей в караване, везущем раскулаченных татар в казанскую пересыльную тюрьму. В общем, во время отпуска в театре четвероногие звезды Большого превращаются в настоящих звезд отечественного кино.

Эх, прокачу!

Кстати, помимо актерской работы у некоторых лошадей есть еще и хобби. В свободное от театра и кино время хвостатые знаменитости не прочь прокатить всех любителей быстрой езды, что называется, с ветерком. Однажды среди таких желающих оказался сам глава государства. И не один, а с коллегой — в то время канцлером Германии Герхардом Шредером.

В начале 2000 года, когда Владимир Путин только стал президентом, в конный клуб позвонили из Федеральной службы охраны и предупредили, что завтра в парке «Коломенское» им предстоит катать двух высокопоставленных седоков с супругами. Сообразно традициям и погодным условиям гарант Конституции в качестве средства передвижения выбрал сани, запряженные настоящей русской тройкой. Столь ответственную миссию решено было возложить на владимирских тяжеловозов, которых к означенному сроку и впрягли в расписные сани, для тепла устланные овечьими шкурами. После обязательной проверки службой охраны президентский экипаж подали ко входу в парк. Появившиеся вскоре главы держав в сопровождении жен уселись в сани, и Путин произнес сакраментальное: «Поехали». Говорят, прокатились на славу. Осмотрели достопримечательности, восхитились красотами, потом пересели в машины и покатили дальше по своим государственным делам.

Но все-таки самое романтичное, хотя и не менее ответственное хобби — у Кокса. Благодаря своей масти он часто становится одной из составляющих мечты любой девушки — кто из юных прелестниц не мечтал о принце на белом коне? Так вот Кокс играет роль того самого белого коня, а в качестве принца, как правило, выступает счастливый жених, верхом на лошади делающий возлюбленной предложение руки и сердца. По самым скромным подсчетам, Кокс стал проводником в семейное счастье минимум для тысячи молодоженов.