Александр Кибовский развеял мифы об окружении Пушкина

Моноспектакль главы Минкульта столицы был приурочен к юбилею поэта

13.06.2019 в 12:38, просмотров: 2570

Казалось бы, что нового можно рассказать о Пушкине? В «Школе современной пьесы» состоялся моноспектакль министра культуры Москвы Александра Кибовского «Рядом с Пушкиным» из цикла «Истории из истории». Третье выступление министра культуры Москвы приурочено к важной дате — 220-летию со дня рождения русского классика. Компания у Кибовского такая же звездная: директор Музея Пушкина Евгений Богатырев и бессменный худрук театра «На Трубе» Иосиф Райхельгауз.

Александр Кибовский развеял мифы об окружении Пушкина
Фото пресс–службы Департамента культуры Москвы

— Нужно как следует подготовиться. Проштудировать методичку. В жизни Пушкина еще так много неисследованного... Кое-что изменилось с прошлого года...

— В жизни Пушкина? — удивился я.

— Не в жизни Пушкина, — раздраженно сказала блондинка, — а в экспозиции музея. Например, сняли портрет Ганнибала.

— Почему?

— Какой-то деятель утверждает, что это не Ганнибал. Ордена, видите ли, не соответствуют. Якобы это генерал Закомельский.

— Кто же это на самом деле?

— И на самом деле — Закомельский.

— Значит, правильно, что сняли?

— Да какая разница — Ганнибал, Закомельский... Туристы желают видеть Ганнибала. Они за это деньги платят. На фига им Закомельский?! Вот наш директор и повесил Ганнибала... Точнее, Закомельского под видом Ганнибала. А какому-то деятелю не понравилось...

Этот небольшой фрагмент из романа Сергея Довлатова «Заповедник» в качестве затравки зачитывает зрителям Кибовский. «И как мало изменилось с тех пор», — иронично подмечает он.

Уже упомянутый портрет «арапа Петра Великого» (на самом деле — Закомельского) где-то в Москве приобрел князь Михаил Оболенский, будучи уверенным в подлинности полотна. Однако на картине изображены «странные» ордена, которые просто не могли принадлежать Абраму Петровичу. По мнению Кибовского, Оболенский стал жертвой мистификации, потому как плутоватые антиквары могли и из мальчика сделать девочку, чтобы только продать подороже. А на данный момент единственным и подтвержденным фактом изображения Ганнибала является батальное полотно «Битва при Лесной» французского художника Пьер Дени Мартена.

Кибовский рассказывает и о других забавных несоответствиях и серьезных ошибках, которые удалось обнаружить с помощью историко-предметного метода атрибуции портретной живописи. Например, форма воротника, размер наград, когда они были учреждены — именно эти совсем незначительные для простого обывателя детали способны пролить свет на реальную картину и восстановить историческую память.

А между тем министр-лектор плавно переходит от предков Пушкина к его потомкам и выдает еще одну удивительную историю о том, как в музее под именем сына солнца русской поэзии — Александра Александровича Пушкина — долгое время висел портрет Александра Аркадьевича Суворова, внука известного генералиссимуса. В доказательство — на экране изображение статного молодого человека, и каждый посетитель узнает в нем Жоржа Дантеса. Но историк предупреждает доверчивых граждан, цитируя Козьму Пруткова: «Если на клетке слона прочтешь надпись «буйвол», не верь глазам своим». И действительно — на фото не Дантес, а Николай Гончаров, брат жены Пушкина Наталии. Почему же произошла такая подмена в массовом сознании?

Дело в том, что подобные картины в кожаных паспарту часто находились у родственников, не видевших друг друга много лет. Так, один из портретов Николая хранился в Пушкинском музее в Бродзянах (Словакия), другой — в Сульце (Франция), куда переехала Екатерина Николаевна Гончарова после того, как вышла замуж за Дантеса. Шли годы, имена стирались из памяти, и вот история повторилась. Туристы платили деньги, а вместо Дантеса им показывали портрет Николая Гончарова. Разумеется, у этой теории были свои противники. Кибовский приводит в пример комментарий одной агрессивно настроенной пушкинистки: «Как точно художник поймал взгляд. Посмотрите в эти холодные глаза убийцы, в них нет ничего, кроме ненависти к России…»

Впрочем, Дантес не единственный, с кем спутали Николая Гончарова. Другое изображение «неудачливого» родственника долгое время показывали как портрет его младшего брата Сережи.

В завершение вечера неутомимый исследователь отметил, что отечественную пушкинистику ждет еще много «открытий чудных».