Rammstein устроил Москве пожарище: Лободу заподозрили в раскрутке

Шоу в России поразило размахом

01.08.2019 в 17:45, просмотров: 9582

Главные звезды явления под названием «новая немецкая тяжесть», эксперты по культурным провокациям, а также группа, которая после концерта в Минске в 2010 году названа «угрозой белорусской государственности»… С таким резюме грех сидеть без дела, и с конца мая Rammstein осчастливил в Европе почти миллион своих поклонников. Шоу в Москве оказалось в туре одним из самых крупных по масштабу стадиона и прошло при полном аншлаге, хотя в истории путешествий в Россию культовых адептов индастриал-металла бывали стычки с местными охранителями «духовных скреп». Но сила народной любви к немецким рок-кумирам сокрушила все преграды…

Rammstein устроил Москве пожарище: Лободу заподозрили в раскрутке
Фото: Jens Koch.

В следующем году Тиль Линдеманн со товарищи отметят 25 летие группы. Конечно, они могли бы позволить себе тур из тех, что лучше всего характеризует шнуровская рифма «снова живы для наживы». Однако европейский вояж Rammstein — это не банальный сбор урожая, а все-таки глубокомысленный, как и водится у них, интеллектуальный концепт, а также концертная презентация новых песен, которые совсем недавно были представлены на седьмом альбоме группы.

Этой пластинки фанаты ждали десять лет, и, наверное, многие рассчитывали на то, что за такой немаленький срок их кумиры подготовили настоящий вынос мозга. Видео на Deutschland, первую новую песню, которую в марте обнародовали музыканты, на многих так и подействовало. Миллионы просмотров, шумные восторги и такие же громкие требования запретить «фашизм и похабщину», которые сразу усмотрели в клипе те, кто не может рассмотреть ничего дальше своего носа, а уж иронию, сарказм, комизм, утрирование и т.д. тем более.

Тогда могло показаться, что Rammstein всерьез вернулись и сейчас разнесут все вдребезги. Но когда после видеопремьер стал доступен сам альбом, то появился повод немного успокоиться. В режиме аудиоподборки новые песни оказались не более чем внятным, по-немецки добротным материалом для того, чтобы разбавить на концерте старые хиты, — ничего выдающегося и уж тем более революционного.

Впрочем, по части революций музыканты свое уже сделали, и даже сполна. Теперь можно почивать на лаврах. На альбомах «Herzeleid» и «Sehnsucht» они сварили диковатую смесь из Kiss и Nine Inch Nails, Depeche Mode и Laibach, энергичных маршей и опереточных страстей, гитарного рубилова и техно. На «Mutter» и «Reise, Reise» подобная смесь обрела мощный коммерческий лоск, и даже экзотический для музыкальной индустрии немецкий язык не помешал группе стать большими международными артистами. С тех пор немецкие тяжеловесы свято охраняют границы своего стиля и если и пытаются что-то добавлять в музыку, то делают это очень осторожно. Они хорошо знают, на что идет их публика, и, кажется, ни разу не обманывали фанатских ожиданий.

Фанаты Rammstein — по-своему удивительная публика. Они разного возраста, у них явно разные мозги, не говоря уже о прическах и ботинках, однако, заполняя стадионы по всей Европе, они превращаются в некое загадочное братство, где все понимают друг друга с полуслова, а точнее, с полузвука. В толпе, стекавшейся к Лужникам, были и старорежимные панки, и молодые офисные клерки, дяденьки и тетеньки, которых вполне можно застать за прополкой грядок на дачах, и некоторое количество иностранцев, по всей видимости, путешествующих по Европе за своими кумирами. Все они будто оставили мирную жизнь у входа на стадион и были готовы к буйству. Хоровое исполнение во время шоу почти на чистейшем немецком не первой линии хита Engel только подтвердило «кастовость» этой удивительной публики…

Как это выглядело

Основная сцена, в проекте которой заметны отголоски баухауса и конструктивизма, с грифом гитары, устремляющимся в небо. Вторая сцена на футбольном поле, и там же еще четыре мачты для дополнительных комплектов громкоговорителей и спецэффектов знаменитого файер-шоу, а также огнеметов и дымовых машин. Экраны и видеопроекции никогда не являлись для Rammstein любимыми игрушками, и на этот раз они тоже были принесены в жертву старомодным прожекторам, дымовой завесе и фейерверкам. Музыканты считают, что видео можно смотреть и по телевизору, поэтому пусть глазеют на живых музыкантов, даже если их почти не видно с галерок стадиона. Зато слышно громко и мощно, конечно, отовсюду.

Фото: Jens Koch.

У концерта весьма драматичное начало. Звучит «Was Ich Liebe», почти все поле покрывает черный дым, который валит и со сцены, и из мачт на поле, зловеще обретающих сходство с трубами крематория, красные фонари добавляют общей картине жути. Кажется, ни одна рок-группа не догадалась использовать на своих шоу именно черный, а не обычный белый дым. «Как раз в тему на фоне субботних разгонов, — заметили любители подтекстов и обобщений на злобу дня, — аллегория погоревшей синим пламенем и черным дымом российской демократии». Другие проводили параллели с горящей Сибирью. Лютая черно-красная достоевщина явно чувствовала себя здесь как дома.

Однако мрак быстро рассеялся, и публика принялась рубиться вместе с артистами под «Links». Огромная толпа явно не нуждалась в том, чтобы ее раскачивали, и хорошо знала, что нужно делать. На «Mein Herz Brennt» все трибуны вспыхнули огнями мобильников, «Deutschland» уже выучили наизусть, фанатское скандирование «Du Hast», возможно, слышали на другом берегу реки. «Sonne» — настоящий гимн маститого пиромана. В данном случае «море огня» не такое уж образное выражение: полыхали сцена, полыхали мачты на футбольном поле, и жар чувствовался даже на галерке.

Тиль Линдеманн с удовольствием менял микрофон на огнемет и пытался поджечь клавишника Кристиана Лоренца. Для особо впечатлительных сожгли гигантскую детскую коляску с воображаемым младенцем в ней. А для одного из коронных номеров, композиции «Rammstein», фронтмена облачили в жилет, из которого торчало несколько огневых устройств. И если вокруг Филиппа Киркорова развеваются большие перья, то вокруг Тиля бушевали варьетешными перьями языки пламени. Возможно, в такие моменты обе звезды — их и наша — чувствуют себя по-настоящему неотразимыми поп-рок-королями.

Неоднократно было замечено, что если звуковая часть шоу группы сделана по законам поп-музыки, то в визуальном концепте чувствуются чуть ли не оперные амбиции. Цитаты из Генделя, аллюзии с Вагнером усиливали эффект. Все это очень театрально, и по всем законам жанра драма иногда стремительно превращается в фарс. Вроде бы только что музыканты принимали торжественные позы, но вот Тиль уже сидит на огромной пушке (именно до таких размеров вырос с первых шоу группы некогда скромный фаллоимитатор с белой жидкостью внутри) и обильно орошает фан-зону пеной.

Фото: Jens Koch.

Во второй части действа музыканты переходят на вторую сцену и вместе с двумя француженками, фортепианным дуэтом Duo Jatekok (они были еще и разогревом), исполняют вместе со стадионом «Engel», потом рассаживаются в три надувные лодки и прямо на руках публики вновь переплывают на главную сцену. В подобной ситуации нужно, конечно, быть на сто процентов уверенными в своих фанатах. Партер полностью оправдал доверие — лодки благополучно причалили куда надо.

В финале действа звучит «Ich Will». «Ваши руки!» — по-русски кричит гитарист Пауль Ландерс, и это, не считая короткого прощания тоже по-русски «спасибо, Москва!», стало единственным обращением к публике за весь вечер. Однако народ обделенным себя не чувствовал.

Плюсы

Аншлаг на восьмидесятитысячной арене выглядит как отдельное шоу. Если прибавить ко всем хитам, взрывам и факелам неуемную активность публики, то получится энергетический коктейль невероятной силы. Те, кто такой отхлебнул, скорее всего, не скоро его забудут. В больших концертах новые песни, как правило, выполняют лишь роль намека на то, что жизнь продолжается. В случае с Rammstein такие намеки трудно назвать незаметными. В сет-лист попала бóльшая часть нового альбома, и для публики, всегда жаждущей хитов, это вовсе не стало обременительной неизбежностью.

Минусы

Даже маститые импресарио, катающие по всему миру стадионные концерты, иногда признаются в том, что самые дорогие технологии все же пока не позволяют на таких площадках охватить каждого зрителя. Идеальное место для большого музыкального шоу — арена на тридцать тысяч человек. Все остальное — алчность и мегаломания. Кусочки фанатского счастья, доставшиеся публике в этот вечер, конечно, отличались по своей щедрости в зависимости от стоимости билета. И несмотря на очевидное воодушевление и в вип-ложах, и в танцевальном партере, и на галерке, нужно признать, что размеры площадки, расстановка оборудования и отсутствие экранов весьма способствовали ситуации под названием «плохо видно».

Фото: Jens Koch.

Фраза вечеринки

«Ни фига себе Лобода их раскрутила», — смеялись перед концертом шутники, оглядывая полную чашу «Лужников». (Для непосвященных: ходит упорный слух, что вторая дочь Лободы, Тильда, якобы от Тиля.)