Гарик Сукачев о роке в 62 года: "Давайте пошалим!"

Музыкант рассказал о кино, возрасте и экспериментах

Меньше всего он похож на скучающую рок-звезду. И это потому, что Гарику Сукачеву скучать совершенно некогда. В эпоху пластмассового звука и нелепых коллабораций рок-гуру даже не пытается подстроиться под время, выпускает музыку, в которой прежде всего уверен сам и явно не мучается по этому поводу никакими комплексами.

Музыкант рассказал о кино, возрасте и экспериментах

В своем офисе он, конечно же, Игорь Иванович, хотя в свои 62 года (день рождения у него именно сегодня, первого декабря) музыкант по-прежнему выглядит максимально неформально. Впрочем, даже в свитере, джинсах и тяжелых ботинках Гарик умеет держать осанку и быть по-своему неотразимым, с какой стороны ни посмотри.

«Если кто-то начал страдать во время пандемии, то у нас все наоборот», — бодро заявляет Сукачев, выпуская клубы табачного дыма. Курить в помещении он может себе позволить на правах большого босса. Можно даже сказать — босса в квадрате, потому что сейчас Гарик не только худрук «Неприкасаемых», но и начальник кинокомпании, которую он придумал для самого себя. Вообще кино — давняя страсть Гарика Сукачева. Он начал сниматься как актер в небольших ролях в конце восьмидесятых, а в 1997 году снял свой первый фильм как режиссер. С тех пор киноэнтузиазм рок-звезды ничуть не ослаб.

«Я с упорством дятла последние лет десять пытаюсь найти финансирование на большой кинопроект. И все это время меня футболят, — говорит музыкант и режиссер. — И лет пять назад я устал биться в закрытые двери, кланяться в ножки идиотам, что-то доказывать и решил, что если с большим фильмом не получается, то уж короткометражки я могу и сам себе позволить. Их тоже можно представлять на разных кинофестивалях, которых сейчас довольно много».

Под короткометражками Гарик, вероятно, имеет в виду клипы, которые превращает в небольшие фильмы, явно превосходящие по хронометражу музыкальные треки. Удобство такой работы заключается в том, что режиссер, автор саундтрека и продюсер — один и тот же человек, поэтому вероятность творческих разногласий близка к нулю. В данный момент готовы уже три небольших фильма для песен с нового EP «Помнишь». Собственно «Помнишь», «Разговор На Остановке Трамвая» и «Пой, Ветер».

Если песни объединяют неторопливый темп и лирическое настроение, то фильмы к ним получились разными. «Разговор На Остановке Трамвая» по настроению фронтовая песня и посвящена она чеченской войне. По сюжету солдат, вернувшийся с фронта, едет на трамвае, пытаясь вернуться в мирную жизнь, но в финале есть жутковатое напоминание о войне в виде записи радиоперехвата, сделанного во время штурма Грозного в новогоднюю ночь с 1994-го на 1995-й.

«Помнишь» — наполненный символами фильм о путнике, который пробирается сквозь зимний лес, постоянно теряя и обретая что-то в ходе нелегкого перехода. Наконец, «Пой Ветер» — грустный, но светлый мини-фильм о вдовце, вспоминающем дни, когда жена была рядом.

Единственная на EP песня, не получившая киноверсию, называется «Тишина», и в данном случае главная интрига как раз музыкальная. Наверное, впервые за свою звукозаписывающую практику Гарик использовал драм-машину, что немного удивляет, но удивление здесь скорее приятное, потому как трек звучит очень легко, может быть, даже разряжено, и это совсем не типично для записей Сукачева.

«Мне нужен был этот ритм, и я его получил при помощи лупа, который звучит от начала до конца песни, — поясняет Гарик. — Но речь не идет об экспериментах с электронной музыкой. Просто я понимал, что если это сыграет обычный барабан, то такой окраски звука не будет. Барабаны там тоже есть, просто они играют другой рисунок. Конечно, всех нас когда-то тянуло в электронику. Было бы счастье поработать с Дельфином, например, он великий мастер, и если бы я делал электронику, то, конечно, позвал бы на помощь профессионала и даже не спорил бы с ним. Но я сам продюсер всех моих записей и знаю, как делать свою музыку. Нам с ребятами нужны для этого совсем простые вещи. Мы встречаемся, разговариваем, зажигаем свечки, берем много бухла и начинаем играть свободный нескончаемый джем. И потом из этого начинает что-то получаться. Так происходит с рождения «Неприкасаемых».

Чего на «Помнишь» нет, так это лихого гитарного боевика, которого уже давно ждут от Сукачева и Ко, но в последнее время музыкантов явно не интересуют рокерские выходки. «Должно быть чувство в духе «давайте опять пошалим». Но мы все уже немолодые ребята и особенно о шалостях не задумываемся. Но в любом случае концерты у нас довольно яростные — и в них есть все», — поясняет Гарик Сукачев.

В «Помнишь» всего пять треков, и такой хронометраж не совсем типичный для записей Гарика. Прежде подобный мини-альбом выходил лишь один раз, это случилось в 1996 году, когда появилась пластинка «Неприкасаемые. Часть II». Впрочем, тогда короткий хронометраж стал результатом стечения обстоятельств.

«Вышло так, что база, на которой мы репетировали, принадлежала каким-то бандитам, — вспоминает Гарик. — У них работал узбекский повар, который постоянно делал офигенный плов, а еще вокруг были настоящие горы анаши. И мне, к сожалению, не удалось заставить ребят сделать полный альбом. Толик Крупнов, например, там всегда пропадал и потом очень хвалил плов. В итоге выпустили мини-альбом, но он хорошо пошел».

Спустя годы все соратники Гарика стали людьми вполне респектабельными, да и баз таких как-то поубавилось. Но появились другие проблемы. Наверное, любой выходящий сейчас альбом рок-артиста сопровождается вопросом в духе «разве такое кому-то сейчас нужно?» Если же речь идет про артиста, дискография которого исчисляется десятками релизов, то миновать сомнений на предмет способности предложить что-нибудь новенькое может настоящий рок-н-ролльный супермен. И Гарик в этом образе чувствует себя вполне уверенно.

«Сейчас мне плевать на все это, — решительно заявляет Сукачев. — Конечно, мы думали о самоутверждении, когда были молодыми. Когда говорили: «Мы здесь главные, мы создали то, чего не было до нас, и пошли все!» И вот у тебя рванула пластинка, ты записываешь еще одну, чтобы добиться еще большего успеха, а потом еще одну. Но со временем просто перестаешь об этом думать. В молодости мы хотим нравиться девочкам. А сейчас я понимаю, что нравлюсь женщинам, и мне совершенно незачем это доказывать».

Еще одной новинкой от Сукачева стала вторая часть совместного с Александром Ф. Скляром проекта «Боцман и Бродяга», вышедшая в ноябре. Впервые Гарик и Скляр объединились для работы над кавер-версиями не совсем типичных для рок-артистов песен еще в середине девяностых. В то время настроение рок-н-ролльного братства весьма располагало к подобной совместной работе. Однако то, что этот альбом, впоследствии сильно повлиявший на карьеры Сукачева и Скляра, вышел, скорее случайность, чем естественный ход событий.

«Саня тогда фигачил хардкор, я играл рок-музыку, но еще мы с ним любили цыганскую песню, Утесова, Алешу Димитриевича, — рассказывает Гарик. — Мы часто оставались небольшой компанией после концертов, открывали вино, брали гитару и баян, играли эти песни, а потом в отличном настроении разъезжались по домам. И вот продюсер Юсуп Бахшиев, который тогда занимался еще и клубами, как-то оказался на таком мероприятии. Он и вдохновил нас на то, чтобы это записать. А мы рокеры, и все в рамках имиджа. Я не то чтобы был против, но просто сомневался на предмет — на фиг кому это нужно. Но мы записались, это бабахнуло и повлияло и на Саню, и на меня. У Скляра потом вышел альбом с песнями Вертинского, у меня «Песни С Окраины», «Фронтовой Альбом», в общем довольно много акустических пластинок. Со вторым «Боцманом» тоже похожая история. Саня выступал в Казани, и к нему подошли ребята из одного большого местного банка. Оказалось, что они большие фаны первого «Боцмана» и очень хотели бы послушать продолжение. Саня им честно сказал, что предлагает мне это уже лет двадцать, но я посылаю его куда подальше. И вот они приехали в Москву меня уговаривать. У меня было между съемок полтора месяца, мы с Саней отобрали одиннадцать песен, и так у «Боцмана и Бродяги» сложилось продолжение».

По версии многих критиков, рок-артисты — исчезающий вид в музыкальной вселенной. За несколько десятилетий рок-музыка превратилась из бунтарского экспериментального жанра практически в классику. Наверное, главная проблема здесь в том, что многие рок-звезды уже стали монументами, которые, может быть, и прекрасны сами по себе, но с ними вряд ли еще что-то произойдет. А вот новые оборотни с гитарами никак не дойдут до стадии, когда от их музыки станет весело и страшно.

«В последней волне рок-музыки здесь оказались ребята, которые начинали вспыхивать в девяностых и годов до десятых сформулировали все, что накопилось в последней четверти двадцатого века, — говорит Гарик. — Земфира, «Сплин», «Мумий Тролль», «Би-2», «Ленинград», конечно. Ничего более яркого, на мой взгляд, пока не родилось. Какие-то группы появлялись, и, наверное, они войдут в историю, но общепоколенческого движения уже не возникло. The Hatters — это, конечно, весело, но не более того. И ожиданий от них, по крайней мере у меня, нет, все-таки группа существует больше пяти лет — и волшебства пока не произошло. Его просто нет с точки зрения новаторства.

Но рок-музыку как явление забыть невозможно. Потому что никакой смартфон не заменит девочке мальчика, который возьмет в руки гитару и споет ей песню о любви. Вот так начинается любая битломания, и она рано или поздно начнется снова. Стилистически это, наверное, будет по-другому. Но все опоры лежат в прошлом — и моды на олдскул нам не миновать. И я надеюсь, что это будет еще на наших глазах».

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28677 от 1 декабря 2021

Заголовок в газете: Кино про Гарика

Что еще почитать

В регионах

Новости

Самое читаемое

Реклама

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру