Генерал культурных карьеров

Фамилия Вилков не всем все объясняет. Хотя стоит рядом с такими, как… Айвазовский, Коровин, Репин, Филонов, Врубель — ой какими великими

Почему? А потому, что заслуженный деятель искусств РФ, членкор Российской академии художеств Анатолий Иванович Вилков, рискну предположить, является главным хранителем и спасателем наших художественных ценностей. Своего рода Шойгу в сфере культуры.

Судите сами. По его инициативе создана система учета, регистрации и поиска ценностей, похищенных и незаконно вывезенных из России — мы теперь можем идентифицировать произведения искусства, пропавшие из частных и госсобраний (если они появляются на антикварных рынках). Государство стало способно защищать законные права собственников похищенных культурных ценностей. За последние двенадцать лет России возвращено свыше 6 тысяч произведений искусства и архивных материалов (на сумму не менее 30 миллионов долларов), обнаруженных в 26 странах мира… Не без Вилкова, мягко сказано, личного участия. Накануне своего 60-летия  Анатолий Иванович дал нам небольшое интервью.

— Вы такой былинный богатырь, вступившийся за Русь-матушку? 

— Нет, все проще. Когда я работал в Комитете народного контроля СССР, то понял, что правовая база по защите культурных ценностей слаба. Выясняю в ходе проверки: перед поездкой Горбачева в США в 86-м году Минкульту дали команду — сопроводить визит главы “некоей выставочкой”. Из государственного музейного фонда, на всякий случай. 30 предметов (шкатулки лаковой миниатюры, и старые, и новые) подобрали, упаковали и — без комиссаров, без сопровождения — отправили в посольство СССР. Выставка экспонировалась в дни визита, а обратно… не вернулась. Ценности были попросту разбазарены — кому-то отданы в качестве подарка, кем-то просто взяты на сувениры. Вы же понимаете — это не единичный случай. Едет первое лицо в Польшу — опять Минкульт подбирает презент… Часы из фондов Эрмитажа.

И мы решили — надо создать нормы, которые не позволили бы растаскивать культурное наследие: и в случаях с подарками для госначальников, и в случаях контрабанды, бурно процветавшей в то время. Павел Хорошилов, назначенный в 94-м руководителем новой структуры — Федеральной службы РФ по сохранению культурных ценностей — первым позвал к себе меня. Не имея юридического адреса, сидя дома, мы прописывали Положение о службе, основы ее деятельности.

— Опирались на международный опыт?

— Мы отстаем лет на 20 от важнейших международных конвенций... Еще в 70-м была принята Конвенция ЮНЕСКО о мерах по запрещению и предупреждению незаконного ввоза, вывоза и передачи собственности на культурные ценности. СССР, правда, ее ратифицировал, но и только.

 Реальные шаги по имплементации — внедрению международных норм в наше законодательство — сделаны именно нами, после принятия Закона РФ “О вывозе и ввозе культурных ценностей”.
Мы создали правовую базу, обеспечивающую свободное перемещение через границу произведений современных художников. Раньше за их вывоз нужно было платить на таможне 100 процентов стоимости произведения. Второе: в Таможенный кодекс РФ была внесена поправка, освобождающая от уплаты налогов и платежей культурные ценности, ввозимые физическими лицами для личного пользования — а это до 30 процентов стоимости. Активизировались и приток в Россию предметов искусства, ранее остававшихся за рубежом, и антикварный рынок, и коллекционирование.

— Какой случай по возвращению ценностей культуры вам запомнился?

— Их было много. Но даже одного — возвращения Георгиевского знамени лейб-гвардии Гренадерского полка достаточно, чтобы показать, насколько непроста эта проблема. Итак, среди библиотечного фонда, переданного из США в Россию собранием общества “Родина” (спасибо Никите Михалкову), я наткнулся на заметку в журнале “Часовой” (№383 за 1958 год). Ее суть: офицер лейб-гвардии Гренадерского полка капитан Крупин и поручики Корганов и Данилов передали вывезенное ими из Советской России знамя своего полка на хранение командиру Первого гвардейского Гренадерского полка… английской армии, полковнику Бутлеру. Что важно — передано с условием, что оно будет возвращено России, если советская власть падет и правительство, которое придет на смену большевикам, восстановит старый полк и его традиции.

История спасения знамени волнительна — обвязав вокруг тела, капитан Додонов привез знамя в Петербург, откуда капитан де Шатобрен доставил его в Киев. Когда в феврале 1918-го Киев захватили большевики, Шатобрен зарыл знамя в саду. В поисках знамени большевики обыскали дом Шатобрена, а его арестовали. Но офицеру удалось бежать — знамя передали Добровольческой армии, а после крушения Белого движения вывезли во Францию, затем — в Англию.

Тогда я и обратился к нынешнему командиру Гренадерского полка Королевской гвардии полковнику Маддену с просьбой о возвращении знамени лейб-гренадеров. Тем более что все условия, по которым знамя может вернуться, выполнены. Письмо ушло 7 февраля 2002 года, и мы получили ответ: офицеры полка после консультаций с потомками русских офицеров приняли решение вернуть знамя в Россию. Только потомок поручика Данилова, умершего в 1966 году, Михаил Данилов, с малолетства числившийся в полку, принимал решение о возвращении знамени — остальные уже ушли из жизни. Старейший офицер Гренадерского полка поручик Александр Кондратович скончался на 103-м году жизни в старческом доме под Парижем 29 декабря 1999 года. Незадолго до смерти знамя было привезено к Александру Николаевичу для прощания. Увидев его, старый воин встал во фронт и со слезами на глазах как сумел напел старый лейб-гренадерский марш.

P.S.  В почетной грамоте, подписанной лично Владимиром Путиным, написано: Вилкову, за большой вклад в становление и развитие госсистемы контроля и надзора в сфере сохранения культурно-исторического наследия. А его святейшество Патриарх Алексий II вручил Анатолию Ивановичу орден преподобного Андрея Рублева — за деятельность  по возвращению Церкви похищенных икон и предметов церковного искусства.