До чего дошло кураторское искусство?.. До провокации в духе Энди Уорхола. В афинском музее византийского и христианского искусства поп-арт выставляется с древними иконами.
- Я обратил внимание на славянские корни Энди Уорхола (настоящее имя – Анджей Вархола. – А.Р.) и поразился связи между его портретами и византийскими иконами, - комментирует куратор проекта Пол Мурхауз. - Этот диалог я и хотел показать, чтобы зрители начали по-другому их (портреты) воспринимать.
Выставка наглядно демонстрирует как идеализация, преклонение, гламурное сияние уорхоловских портретов буквально продолжает иконописную традицию. Экспозиция устроена таким образом, что сначала зритель проходит через залы византийских и поствизантийских икон – богородицы, вседержителей и святых чудотворцев, - а потом попадает в царство поп-арта, которое начинается с редчайшего автопортрета Энди Уорхола 1957 года. Голова покрыта золотом, а сверху тушью выведен профиль. Эта работа нигде не выставлялась с начала 60-х годов. Из малоизвестных работ – портреты принца Чарльза и Дианы. 3 – 4 локальных цвета и строгая фронтальность – типичные «иконописные» приемы в портретах Мао Дзедуна и Лайзы Миннелли.
- Это медийные растиражированные образы, - говорит Мурхауз, - созданные для всеобщего преклонения. Это настоящие светские «иконы», сделанные одним из крупнейших художников конца 20 века.
В то же время куратор не переоценивает религиозность Уорхоловских работ, выставляя их как самостоятельное явление. Но подобная параллель обоснованна и честна по отношению к модели, особенно если вспомнить отечественный прецедент с изображением Сталина на православной иконе.
- Выставка путешествовать не будет, - говорит куратор, - но я был бы рад устроить ее среди старинных русских икон.
Но пока встреча Ветхозаветной троицы и «Ливерпульской четверки» от Уорхола не запланирована. В Афинах же параллельно стартовала другая выставка, которая в Москве уже побывала. В галерее Potnia Tiron «ожили» видеопортреты от короля поп-арта.
Художник снимал одной из первых портативных видеокамер со скоростью 24 кадра в секунду, но завещал крутить пленку медленнее — всего 16 кадров в секунду. Его немое черно-белое кино без сюжета и почти без действия в привычном понимании (действием у Уорхола может быть часовое поедание яблок), таким образом, предельно замедляется, время почти останавливается. Лица актеров, писателей, фотомоделей и обыкновенных людей будто бы рассматривают себя в зеркало. Кинопортрет Сальвадора Дали, с которым Уорхол был хорошо знаком, напоминает усатую летучую мышь, повисшую вверх ногами. Формальный эксперимент превратился в настоящий видеоарт своего времени. И здесь уже задействован другой механизм – десакрализация звезд, превращение «икон» в простых людей.
