Соседи гадалки неоднократно обращались в полицию и даже собирались писать петицию, чтоб убийцу не карали по всей строгости. Даже родня убитой не выдвигала претензий в адрес преступника. Так что же случилось на самом деле? Обычное убийство или отчаянная попытка спасти семью? Реально ли сейчас ответить на вопрос, что было бы дальше с этой семьей, если бы не произошло жестокое убийство мошенницы? Кстати, единственный положительный момент этой истории — несмотря на страшное преступление, родня воссоединилась. Юлия и Андрей пытаются удержать воедино то, что связывало их до рокового события. Семья поделилась с «НП» вещами, волнующими их сейчас, и раскрыла некоторые подробности жизни в период, когда их семью чуть сначала не расколола мошенница, а затем — преступление.
ГАДАНИЕ НАСМЕРТЬ
Про убийство 61-летней гадалки из подмосковного Орехово-Зуева в июне 2013 года не писал разве что совсем ленивый. Почти сразу в СМИ всплыло, что убийцей является 31-летний предприниматель из Мытищ. Гадалка практически разрушила его семью, и мужчина решился на страшный поступок, ведь в какой-то момент все зашло так далеко, что Андрей и его жена Юлия стали жить отдельно. Но обо всем по порядку.
В марте 2013 года Андрей Вальдбауэр и 37-летняя Юлия Бондаренко обратились к ясновидящей. Они испытывали сложности в бизнесе. Чета на тот момент занималась предпринимательством: Юлия была главой фирмы, оказывающей услуги по грузоперевозкам, а Андрей трудился там водителем. Весной у пары резко упали доходы. По совету приятелей они обратились к пенсионерке Марине Морозовой, которая выдавала себя за гадалку. Казалось бы, после первого визита к ясновидящей дела улучшились. По крайней мере так Юлия поясняла знакомым. А через некоторое время Морозова сказала, что видит на супругах порчу. Андрей и Юлия доверились Марине, а та стала назначать встречи для проведения ритуалов по ее снятию.
За «магические сеансы» она требовала ювелирные украшения, бытовую технику. В частности, супруги отдали целительнице пылесос за 99 тысяч рублей. Туда же ушел дорогой набор посуды и прочие недешевые вещи. Эксперты уверяют, что по такой схеме гадалку-мошенницу было практически невозможно привлечь по статье УК РФ «Мошенничество».
А в мае Морозова решила вбить между супругами клин. Она сказала Юлии, что Андрей хочет завладеть бизнесом и довести ее до самоубийства. На этой почве у пары стали возникать конфликты.
Андрей объяснял жене, что Морозова всего лишь мошенница, но Юлия не верила мужу. Целительница тем временем не успокаивалась — она по 5–6 раз в неделю звонила Андрею и Юлии и угрожала заговорами и другими неприятностями. Юлии она и вовсе рассказала, что «увидела» интимную связь между Андреем и старшей дочерью предпринимательницы (Андрей приходился этой самой дочери отчимом).
В итоге женщина, словно находясь в трансе, послала супруга куда подальше. В начале июня она выгнала его из дома, Андрею пришлось поселиться... на автомойке. Это и привело к кровавой развязке. Нервы молодого человека сдали — 8 июня он поехал к Морозовой домой в Орехово-Зуево, чтобы серьезно поговорить.
Разумеется, разговор почти сразу перешел на повышенный тон и перерос в ссору. Андрей не сдержался, схватил кухонный нож и нанес гадалке множественные ножевые ранения. Морозова скончалась на месте, а убийца скрылся. Интересно, что вся эта ситуация развивалась на глазах у парализованной престарелой матери Морозовой, она и сообщила правоохранителям, кто убийца. Его вскоре задержали. По ходатайству следствия его посадили в СИЗО.
УБИЛ ГАДАЛКУ? ПОРА СТАВИТЬ ПАМЯТНИК
Казалось бы, Андрей совершил зверское убийство — зарезал ножом 51-летнюю женщину. Эксперты не сразу даже сосчитали количество ножевых ранений. А соседи гадалки... просили Юлию поблагодарить его. Они, без преувеличений, говорили женщине — «передай мужу спасибо».
Послушав их, Юлия поняла, что все они не на шутку боялись Морозову. Та им неоднократно предлагала погадать. И некоторые из них, видимо, попались в ловушку. Кстати, самой Юлии гадалку посоветовали знакомые, которые к ней тоже обращались. Но эти самые знакомые «раскусили» мошенницу после второго визита к ней. К сожалению, Юлия на тот момент с ними не общалась и не знала этого.
Знакомым несчастной гадалка говорила практически то же, что и Бондаренко, — что порчу наведет, что «человек под машину попадет». Но те не обратили внимания и просто перестали с ней выходить на контакт. В итоге гадалка оставила их в покое. Подобная история приключилась и с одной молодой девушкой, жительницей того же дома, что и Морозова.
Все пошло по аналогичной схеме — запугивание порчей, заговорами и прочим, работа над психологией человека и поиск его слабых мест. Мать девушки вовремя заметила это, отвезла ее на дачу, фактически заперла там, даже отобрала телефон. Через месяц жертву «отпустило», пелена спала с глаз. Девушка опомнилась, «отрезвела» и больше не общалась с гадалкой.
Морозова, скорее всего, не решалась «играть по-крупному» там, где она живет. А вот с предпринимателями из Мытищ ситуация для нее выглядела куда привлекательнее — семья с собственным бизнесом и находится не под боком. То есть был соблазн поживиться деньгами людей, которые не знают ее репутации.
Жильцы дома рассказывали, что Морозова всех уверяла, что ей в наследство от бабушки досталась магическая книга по гаданию. Но почти никто из местных ей не верил, как не верил и в ее сверхспособности. Все знали, что ей нужны были деньги — она ухаживала за пожилыми родителями и жила на их пенсию (кстати, ее стремления оказались далеко не так благородны, позже мы вернемся к этому моменту).
В целом она была резкой и конфликтной особой, с ней старались не связываться. И когда произошло убийство — некоторые из соседей Морозовой даже ходили в местную полицию и спрашивали, могут ли они написать какую-либо петицию, чтобы Андрея не карали по всей строгости закона. Они даже пытались сделать коллективное обращение к начальнику местной полиции, но им объяснили, что не следует пытаться давить на следствие и к тому же их петиция-обращение не отменит существующие законы. Тем не менее их намерения и отношение к этому преступлению говорят о многом.
Андрей решил поделиться с «НП» воспоминаниями об этом времени:
— Пока я находился в изоляторе, правоохранители даже шутили на этот счет — говорили, что такими темпами мне скоро поставят памятник. Памятник за избавление от гадалки. В СИЗО я в общей сложности провел 8 месяцев, но пару из них я был «в разъездах». Так, сначала меня отправили в «Кошкин дом» (бывший женский корпус Бутырской тюрьмы, в настоящее время туда помещаются заключенные с подозрениями на психические отклонения для лечения или дальнейшего перенаправления в профильные лечебные учреждения. — Л.М.). Там я провел 28 дней. Меня должны были направить в Институт имени Сербского, но что-то не срасталось. По некоторым слухам, профессор, который должен был проводить мое обследование, был занят. И когда он освободился — еще месяц я провел в Сербского. Но жаловаться особо и не на что. Отношение было нормальное. К тому же меня больше беспокоила на тот момент семья.
Следственные органы, кстати, версию Андрея косвенно подтвердили:
— Психолого-психиатрической экспертизе было уделено много времени, и она была выполнена с максимальной тщательностью, — пояснила «НП» старший помощник руководителя ГСУ СКР по области Ольга Врадий. — От результатов этой экспертизы напрямую зависел исход дела, и по ходатайству следователя процедура была проведена именно в Институте имени Сербского специалистами высшего уровня.
Практически сразу после случившегося Юлия опомнилась и решила навестить Андрея, который находился в изоляторе. Детей она решила держать подальше от отца. Как она сама заявляет, в тот момент она просто думала, что супругу нужно помочь любой ценой, а потом уже решать, как им быть дальше, и ни о чем другом она в тот момент не думала. Позже, когда супруги уже могли обо всем свободно поговорить в спокойной обстановке, они пришли к выводу, что виноваты в этом оба. Юлия не отрицала, что на ней лежит не меньшая вина, чем на Андрее. А детей в СИЗО женщина не брала — считала, что они не должны видеть отца в таком месте.
— После визита в изолятор я еще долго не могла избавиться от запаха — мне казалось, что я пропахла изолятором, — вспоминает Юлия. — Хотелось аж отмыться от этого запаха. Там была гнетущая, тяжелая и неприятная атмосфера. И первое время после возвращения мужа казалось, что он совсем другой. К счастью, это оказалось не так — дети очень быстро вернули его. Того Андрея, которого мы знали до этого происшествия.
В итоге по приговору Орехово-Зуевского городского суда Андрей получил два года ограничения свободы. Из этого срока было вычтено время, что он провел в изоляторе. В основу решения суда легла та самая психолого-психиатрическая экспертиза, которая показала, что он находился в момент убийства в состоянии кумулятивного аффекта и пребывал в «длительной психотравмирующей ситуации, связанной с оскорблениями со стороны потерпевшей». Кроме того, он страдал от «усугубляющихся негативных изменений в семейной жизни». Но почему же его после пережитого стресса решили тут же закрыть в изолятор?
— Мы не знали, насколько он опасен для общества, для родных, для окружения, — пояснил «НП» старший следователь СО ГСУ СК РФ по Орехово-Зуеву Дмитрий Немтинов. — Пребывание в СИЗО не дало усугубить ситуацию, не позволило рисковать чужими жизнями. Дало семье и самому задержанному время на обдумывание ситуации. Решение было правильным, ведь в итоге семья воссоединилась, насколько я знаю.
СПАСЕНИЕ СЕМЬИ ЦЕНОЙ ЧУЖОЙ ЖИЗНИ?
Итак, в настоящий момент семья воссоединилась — супруги чувствуют, что оба провинились, и надеются, что смогут пережить случившееся и забыть как страшный сон. Интересно, что пара решила не обращаться к семейному психологу. Это немного странно, но Юлия считает, что они уже натерпелись общения с человеком, который умеет разбираться в настроениях людей, в их тревогах и эмоциях. И второго такого им не нужно. Юлия считает, что Морозова обладала некими интересными качествами.
— Как только Морозовой не стало, будто бы развеялся туман, все стало предельно ясным, я даже не знала, что и думать, попав в такую ловушку. Может, это гипноз? Но кроме этого Морозова чувствовала человека, медленно искала его слабости, прощупывала уязвимые места. В какой-то момент она дошла до моих детей, а у любой матери дети — это самое дорогое. Она наврала мне, что Андрей спит с моей старшей дочерью, которой он приходится отчимом. Так как до этого она уже долго «работала» надо мной, я почему-то поверила ей. Пребывала словно в трансе. Может, Морозова была психологом, который в своих способностях ищет только личную выгоду? Ее даже родственники очень боялись. После ее смерти они вернули нам пылесос, но остальные презенты — нет. Скорее всего, Морозова ими как-то распорядилась по своему желанию, но мы не стали уточнять. Она оставила после себя два или три накопительных счета, дом в Орехово-Зуеве, 4 квартиры. Из родственников у нее есть мать и сестра, детей нет. Это имущество достанется им. А бизнес, из-за которого я и обратилась к гадалке, — это просто бизнес. И он не будет налаживаться или вообще хорошо идти, если ничего не делать ради него. Возможно, в тот период просто был «не сезон». Сейчас все хорошо, возможно, лучше, чем до старта истории.
Но, несмотря на такую кровавую развязку, эта история близка к счастливому завершению. Юлия и Андрей осознали, что только от них зависит то, что с ними будет происходить. И, прибегая к услугам гадалок-знахарок-целительниц, люди лишь тратят свое время, которое могли уделить своим отношениям.
— Сейчас мне хочется кричать во весь голос: «Люди, работайте над своими отношениями!» — подытожила Юлия. — Не стесняйтесь и не бойтесь говорить друг с другом. Никакие гадалки за вас отношения и семью не построят, за вас самих их никто не сохранит.
