— Андрей Львович, введя ответные санкции на «молочку», мы, кажется, захлопнули перед собой дверь. Известно, как заполняется вакуум и дефицит продуктов — через потайные тропы на границах и фальсификат в подвалах и гаражах. Если раньше была возможность цивильно контролировать импортные поставки, проверять качество, то теперь в Россию хлынет не пойми какой суррогат...
— Такое опасение, конечно, есть. Но сказать, что мы опустили «железный занавес», нельзя. Белоруссия закупает сыры и сливочное масло в Финляндии, Прибалтике, фасует и поставляет в Россию. Кроме того, в Западной Европе, например Польше, Минск берет сырое молоко, которое частично перерабатывает в сухое, а частично в сыры, — и тоже на наш рынок. Под запрет не попали и молочные продукты из Сербии и Швейцарии. Нельзя исключать, что эти страны также используются как транзит из Евросоюза. Словом, каждая страна любыми путями старается зацепиться за бездонный российский рынок.
— И эти старания даром не пропадают, некоторым странам ЕС разрешено поставлять в Россию безлактозное молоко. Под этой лавочкой к нам снова «поедут» и сыры, и йогурты, и творог?
— Первоначально в ограничении импортных поставок из Европы никаких преференций безлактозным и низколактозным продуктам не предусматривалось. Это окно прорубили из-за опасения, что наша отечественная промышленность не владеет технологиями производства этих продуктов, которые жизненно необходимы некоторым людям. Все мы умеем делать! Любой российский молокозавод может работать по таким технологиям! Это должны знать и в профильном министерстве, и в торговых сетях.
А лазейка для безлактозного молока может привести к тому, что из Европы к нам потекут прежние объемы импорта. По этому поводу «Союзмолоко» уже неоднократно выступало с обращением в органы власти. Если давать «зеленый свет» безлактозным продуктам, то только тем производителям, чья продукция зарегистрирована Роспотребнадзором как лечебная или профилактическая, для того чтобы обеспечить тех, кто страдает лактозной непереносимостью. Иначе все вернется на круги своя, наше сельское хозяйство так и останется без господдержки.
— Заметьте, не я это сказал. Все-таки в нашем обществе укоренилось мнение, что отечественным аграриям сколько денег ни дай — эффекта не будет. Об этом открыто говорят и некоторые политики!
— Ни я, ни селяне с этим не согласны! Наша молочная отрасль платит в казну около 200 млрд рублей налогов в год. Все это прозрачная, белая бухгалтерия, ее не спрячешь за «серыми схемами». И фермы, и пастбища — все на виду. Нынешняя господдержка составляет около 30 млрд рублей в год. Нам, чтобы пойти в рост, необходимо в 2 раза больше.
Но мы не просто потратим эти деньги! Дополнительное финансирование — это новые рабочие места на селе, налоги, да еще и продукты собственного производства. Без всяких там издержек. Это вложения в нашу экономику, которые в виде налогов возвращаются обратно.
МЕЖДУ ТЕМ
С введением ответных санкций самая критическая ситуация сложилась с поставками сыров и творога. Объемы импорта сократились в 4,3 раза — с 28 тысяч тонн до 6,5 тыс. тонн. Эти 6,5 тыс. тонн успели завезти Нидерланды, Литва, Польша, Финляндия, которые попали в «черный список».
Объемы поставок стремительно наращивают наши новые партнеры: Аргентина, Уругвай, Новая Зеландия. Так, Новая Зеландия в кратчайшие сроки увеличила завоз сливочного масла с 33 тонн до 1305 тонн.
Молочное животноводство в мире без серьезных капвложений не развивается. Это доказывает опыт и Белоруссии, и других стран. Необходимо определиться: хотим ли мы зависеть от импорта или нет? По своим земельным ресурсам мы должны производить молока в 4 раза больше. С учетом нынешней ситуации это самый удобный момент для того, чтобы совершить рывок и избавиться от импортозависимости.
— А сколько молока и молокопродуктов до введения ответных санкций мы закупали?
— За 2013 г. около 10 млн тонн в пересчете на молоко, примерно 40% от всего потребления. Половину объемов обеспечивала Белоруссия. Потом шли Финляндия, Эстония, Польша, Латвия, Литва, Бельгия.
Тенденция к падению отрасли началась после развала СССР. В РСФСР молока производили в 2 раза больше, чем сегодня. Деградация отрасли продолжалась долго: в мире молочное животноводство дотируют, а у нас был «рынок». Белоруссия должна для нас стать примером. Лукашенко трепетно относится к аграрному сектору, так как он был директором совхоза, Белоруссия вкладывает серьезные дотации в отрасль, в разы больше, чем Россия.
В 2006 г. федеральное правительство объявило несколько нацпроектов, в том числе и по селу. Процесс падения приостановился, появился небольшой, но стабильный рост.
В 2012 г. пошли очередные сбои по субсидированию, господдержке, как результат — очередное падение. В 2013 г. мы скатились на уровень даже ниже, чем когда начинали нацпроекты, за год потеряли то, что увеличили за 7 лет! По официальным данным, около 1,2 млн тонн. Всего производим около 17 млн тонн.
МЕЖДУ ТЕМ
Объемы цельномолочной продукции за 8 меся