Военно-полевой бюджет

Расходы на оборону сильно сократят?

10.10.2016 в 18:42, просмотров: 5034

На парламентских слушаниях по бюджетной, налоговой и таможенно-тарифной политике министр финансов РФ Антон Силуанов предупредил, что после того, как дефицит казны с нынешних 4% будет сокращен до 1% ВВП, за профицит правительство биться, как это было ранее, не будет. Но еще важнее то, что Силуанов вслух депутатам не сказал: военные траты в течение ближайших трех лет Минфин предлагает урезать на целые 1,1% ВВП.

Военно-полевой бюджет
фото: Геннадий Черкасов

Антон Силуанов на слушаниях в Госдуме был предельно осторожен. В основном он озвучивал то, что и так записано в проектах основных направлений бюджетной и налоговой политики. Тему финансирования ОПК он вообще затронул по касательной, заявив только, что задание президента об оснащении Российской армии современной техникой и вооружением до 70% к 2020 году будет выполнено полностью и в срок.

Никто и не сомневается. Другое дело — за чей счет, учитывая тот факт, что кризис пока никуда не уходил, восстановительный рост ВВП (и то на незначительные величины) начнется в лучшем случае в будущем году и, соответственно, дефицит бюджета в этом году, по данным Силуанова, достиг 4% ВВП. Бюджет-2016, кстати, составлен исходя из 3%. То есть речь идет о недостаче еще почти 1 трлн рублей.

Резать по живому социальные расходы Силуанову никто не даст. И так депутаты Госдумы каждый раз ему, когда он появляется на Охотном Ряду, напоминают, что господдержка здравоохранения и образования — это не непроизводственные затраты, а перспективные вложения в так называемый «человеческий капитал».

Видимо, поэтому Минфин предлагает существенно уменьшить расходы на ОПК. В проекте «Основных направлений бюджетной политики на 2017–2019 годы» записано, что за эти три года оборонные затраты уменьшаются с 3,9% ВВП (уровень 2016 года) до 2,8% в 2019-м.

Но эти цифры Силуанов, выступая на последних парламентских слушаниях, цитировать не стал. По-видимому, столь резкое урезание военного бюджета окончательно не согласовано на самом верху. Напомним, что первое обсуждение проекта бюджета-2017–2019 должно пройти на заседании правительства только 13 октября.

Не стоит забывать, что предшественник Силуанова Алексей Кудрин потерял свой пост в 2011 году прежде всего из-за разногласий с силовиками по поводу их усиленного финансирования.

Но, судя по всему, лед тронулся. Отдать чуть ли не весь федеральный бюджет людям в погонах давно уже невозможно. Доходы тают на глазах из-за падения цен на нефть. Конечно, налоговики творят буквально чудеса. По словам главы ФНИ Михаила Мишустина, за первые 10 месяцев этого года налоговые поступления увеличились по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 1%. А если учесть только ненефтегазовые доходы (надо же слезать с нефтяной иглы) — то процентов на 4–5. Но все равно в этом году совместить «дебет с кредитом» невозможно, если не отыскать минимум 3 трлн рублей. В будущем ситуация особенно не исправится в лучшую сторону. Так что кому-то придется туже затянуть пояса. Будут ли это военные, дискуссии в правительстве и Госдуме покажут.

И вот здесь появляется новая проблема. Дефицит бюджета, конечно, огромен. В «тучные» годы мы привыкли жить с профицитом, отсылая «лишние» нефтяные деньги в стабилизационные фонды, размещаемые, как правило, в ценных американских бумагах.

Многие эксперты тогда критиковали автора этой идеи Алексея Кудрина за то, что заработанные честным путем деньги искусственно выводятся из нашей экономики. Дальнейшие кризисы показали, что эта заначка пригодилась. Но сейчас вся мировая экономика меняется. Чтобы пристегнуть свой вагон к большому инновационному поезду, придется менять нынешнюю сырьевую модель.

А значит, больше тратить бюджетных денег на приоритетные госпроекты. С одной стороны, за счет возвращения бюджетного правила (все доходы, превышающие $40 за баррель, — в Резервный фонд) можно что-то накопить. Но важнее другое. Будущие расходы бюджета придется планировать не исходя из арифметического возможного, а на основе необходимого для развития. Поэтому Силуанов и заявил о том, что после того, как дефицит бюджета будет сокращен до 1% ВВП (это запланировано на 2019 год), он так и будет оставлен в этом размере. Надо не «сжигать» сверхдоходы, а направлять их на рост ВВП.

В общем, нужен бюджетный компромисс. Но будет ли он реально достигнут, пока не ясно.