Мы привыкли видеть их фамилии в титрах и представлять себе супергероев со стальными мышцами и неустрашимым огнем в очах. Отчасти так оно и есть. Но даже у супергероев, как бы отчаянно они ни горели живьем и ни падали с небоскребов, вызывая всеобщее восхищение, есть право на личную жизнь, полную больших и маленьких секретов. Вот это право мы сейчас и нарушим, беспардонно обнародовав тайну: где же, в конце концов, пролегает путь к сердцу матерого каскадера.
Пристрастия
На очередную дружескую вечеринку “только для своих” один из каскадеров пришел с незнакомой девушкой.
— Знакомьтесь, это моя невеста!
Незнакомка нерешительно топталась в сторонке, с опаской поглядывала на избранное общество, чувствуя себя “не к месту” и “не вовремя”. Внешность полностью соответствовала кинематографическому образу молодой сельской учительницы: длинная юбка, очки, волосы стянуты в пучок.
— Господи, где ты с ней познакомился?
— В метро.
— Как это банально...
— Ну почему же? Она каталась на междувагонном сцеплении.
Светлана Соколова: Большинство бойфрендов моих подружек-каскадеров тоже связаны с каким-то экстремалом. Объяснить это могу лишь особенностями нашей психики: мы ведь постоянно испытываем потребность в адреналине. А когда люди отклонены вместе в одну сторону, с этим проще бороться... Ну и потом, представьте себе семью, где она что ни день носится на мотоцикле, укрощает диких коней, падает с крыши высотного дома, а он тем временем сидит перед телеком и тихо паяет какие-нибудь схемки. Пускай он даже очень положительный и умный человек, но она будет ежедневно чувствовать, что сильнее его. И ощущение превосходства, увы, убьет всякие нежные чувства.
Михаил Соколов: Конечно, профессия накладывает определенный отпечаток на отношения мужчины и женщины. Как сказал один мой знакомый: если сходить с ума, то уж лучше в компании. Я не могу представить себя рядом с женщиной, которая будет безропотно приносить мне тапочки, варить борщи, преданно заглядывать в глаза. Изо дня в день одно и то же. Постепенно такой домашний уют становится настоящей удавкой на шее. Девушка может быть наглой, самоуверенной, манерной, устраивать сцены ревности, но если за этим не стоит сильный характер, если не чувствуется готовность на безумные поступки, то с ней скучно... Мы с моей будущей женой Светланой впервые познакомились на дне рождения у друзей. Она подошла к окну (дело происходило на 16-м этаже), окинула Москву взглядом из-под полуопущенных век. Я уже с тоской приготовился выслушать, как она скажет мне что-нибудь про красоту пейзажа. А она тихим, вселяющим спокойствие голосом произнесла: “А хорошо бы отсюда спрыгнуть...”. И тут я понял: это моя женщина! Такое желание могло возникнуть только у двух людей на земле: у меня и у нее.
Семейный базар
Ссора разгорелась из-за пустяка: чуть ли не “кому мыть посуду”. Тогда жена, не задумываясь, зачем она это делает, вдруг распахнула окно и вскарабкалась на подоконник. Шаткий карниз, на который она раньше не отваживалась ставить даже цветы, гулко прогнулся.
Муж молча шагнул вперед, стащил жену с подоконника и отвесил ей оплеуху.
Светлана Соколова: Семейные ссоры? Обычное дело — так же, как и у всех. Мы с мужем начинаем ругаться ближе к вечеру — шепотом, потому что дети уже спят. Что-то не поделили, не сошлись во взглядах — например, на педагогику или по работе поспорили, кто умелей, — и покатилось. Если он не захочет уступить, я демонстративно беру ключи от машины и уезжаю в ночь. Вдавив педаль газа, гоняю по Москве. Скажу честно, такие гонки здорово успокаивают. Еще, не дай бог, возникнет какая-нибудь рискованная ситуация, где чудом не вляпаешься в аварию... Когда вот так рискуешь жизнью, становится понятно, что для тебя главнее, переоцениваешь случившееся, и семейная ссора, которая была для тебя концом света, становится лишь досадной неприятностью, с которой можно справиться. А он всю ночь не спит, ждет: вернусь я или нет. Я возвращаюсь. И обычно мы миримся без слов.
Андрей Пронин: Прежде всего меня бесит в Ире ее ревность! И ладно бы к женщине! Это я еще пойму. Я и сам ревную ее к каждому, кто подойдет к ней ближе, чем на 50 сантиметров. Мне так долго пришлось ждать, когда она ответит мне взаимностью, что теперь поневоле начинаешь ценить то, что приобрел. Но она ревнует меня к работе! Пришла ко мне в студию, рассмотрела электрический звонок при входе, и весь вечер я не мог от нее отделаться: “Я видела, какой у вас там хороший звонок! А теперь посмотри на наш! Висит на двух проводках, а ты и пальцем не шевельнешь, чтобы его отремонтировать!” Если завелась, ее уже не остановишь. “Че ты сел?! Че пялишься?! Разулыбался!”. А стоит мне взять в руки отвертку, она тут как тут. Все знает: и как шуруп ввинтить, и что куда припаять, не девушка, а страна советов. И еще она постоянно сравнивает меня со своим первым мужем. По-моему, это национальная женская черта.
Любовный треугольник
Ира тихо мурлычет под нос колыбельную про кота с санками, укачивает годовалую дочь и одновременно прислушивается к разговору на кухне. Там, в свете красного абажура, сидят двое мужчин, которых разделяет 25 лет, но объединяет одно — извечная тема мужских конфликтов — женщина. Сурово сдвинув брови, они со сдержанной яростью глядят друг на друга и, с трудом подбирая слова, цедят сквозь зубы:
— Я люблю ее.
— Что из этого? Я тоже люблю ее.
— Что будем делать?
— Она сама должна выбрать.
Андрей Пронин: Мне тяжело вспоминать об этих переговорах. У нас с первым Ириным мужем чисто мужское воззрение: женщина — это добыча. За нее надо бороться. Она должна понять, кто сильнее, кто больше ее достоин. Особо тут рассказывать не о чем. Скажу коротко: Ира выбрала меня.
Ирина Пронина: С первым мужем мы постоянно соперничали. Он все время хотел показать, что сильнее меня. Но с другой стороны, именно он своим неверием в мои силы поверг меня на многие свершения. Я ушла от него вместе с ребенком, разом потеряв и мужа, и работу. Напоследок он сказал мне, что никем, кроме секретарши, мне не устроиться. Он надеялся, что финансовые проблемы заставят меня вернуться. Но я смогла! И вот уже три года я работаю директором собственной студии каскадеров. Я помню свой триумф. Выйдя из тени “великого мастера”, я научилась быть сама по себе. В наличии полный набор достоинств: девушка на тачке, с деньгами, хорошо выглядит, профессионально состоялась. И снова влюблена.
Андрей в то время работал на студии у моего бывшего мужа. Он был начинающим исполнителем трюков. Три года длился наш односторонне-платонический роман. Это было очень трогательно. Он приносил мне шоколадки, привозил и оставлял возле двери букеты цветов. Андрей оказался довольно тонким психологом. Когда мы начали вместе жить, я относилась к нему достаточно спокойно. Но он влюблял меня в себя. На первых порах мое слово в семье было законом. Как я скажу, так и будет. Но потом настал переломный момент, когда он ударил кулаком по столу и сказал, что он здесь глава семьи. Честно говоря, от этого заявления я долгое время пребывала в шоке. До этого только я имела право приказывать: “К ноге!”. Недавно мы с н