Отдел внутривенных дел

“Оборотнем в погонах” 35-летний майор милиции Владимир Вачев стать не успел. Его схватили за руку почти за год до того, как громкая кампания по отлову “нечистой силы” набрала обороты. Да и для трансляции показательного задержания Вачева по всем телеканалам должность его была мелковата — всего-то участковый уполномоченный.

Зато какой колоритный! Героин фасовал на продажу прямо не отходя от кассы — то бишь от рабочего стола в опорном пункте милиции.

И на своем незаметном посту рядовой герой наркотрафика сотворил достаточно, чтобы героиновая зараза еще сильнее поразила Москву. Его сгубила жадность...

Недавно Хорошевский суд Москвы вынес Вачеву и его подельнику приговор: по 14 лет колонии строгого режима каждому.

Свои люди, сочтемся

С южным гостем, узбеком из Ангрена (город недалеко от Ташкента) Шерзодом Мирюсуповым, Вачев был знаком давно. Сошлись еще во время службы в Западной группе войск в Германии, когда выяснилось, что оба — земляки: болгарин Вачев тоже родом из Ташкентской области, из Чирчика. После увольнения из армии (его даже наградили медалью “За отличие в воинской службе”) Вачев устроился в милицию.

Дорос, правда, Владимир только до поста участкового в ОВД “Кунцево”, но и на этой скромной должности крутился как мог. Не брезговал доходной мелочевкой: шерстил южан, обитающих в столице без регистрации. Заработал себе на “однушку”, оформив ее на подставное лицо. Позднее в его биографии всплыли еще два криминальных эпизода с жильем: якобы Вачев незаконно присвоил себе квартиры, которые раньше принадлежали умершим одиноким людям. Сейчас в этом разбирается Управление по борьбе с экономическими преступлениями ГУВД Москвы.

А Мирюсупов двинул по хозяйственной части. К 30 годам стал у себя на родине большим человеком — завскладом одного из подразделений ташкентского горкомията (то есть мэрии). Одновременно он повышал свой культурный багаж — учился на 3-м курсе историко-филологического факультета Ташкентского пединститута. Большому человеку без высшего образования никуда...

А что за большой человек без доходного дела? Мирюсупов зачастил в Москву, к Вачеву.

Друзья решили плести собственную сеть для оптового сбыта героина в Москве и в Подмосковье. Вклад Мирюсупова — регулярные поставки наркоты из Ташкента и личный контроль качества (героин он пробовал сам). Вклад участкового: милицейское прикрытие и транспорт — “семерка” его любовницы Марины Яблочкиной (фамилия изменена), которой он пользовался по доверенности.

Участковый вообще ценил комфорт. Был зарегистрирован на другом конце Москвы, но сам перебрался в квартиру Яблочкиной, на улицу Артамонова — поближе к месту службы. К даме он привозил и гостя. Был осторожен: всякий раз сам приезжал в “Шереметьево-1” встречать Мирюсупова с ночного рейса Ташкент—Москва, причем обязательно в форме. Подстраховывал.

Но Мирюсупов лично наркотики не возил. Посылки с героином ехали в Москву на среднеазиатских поездах, с проводниками, по твердым расценкам: 1 тысяча баксов за перевоз 1 кг отравы. В столице героин прятали в самом надежном месте, какое Вачев знал. В опорном пункте милиции ОВД “Кунцево”.



Агент по кличке Рома

Летом 2002 года оперативники тогдашнего УБНОН ГУВД Москвы (Управления по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, сейчас эта структура упразднена) стали замечать: на рынок вышли новые оптовые торговцы. Велики ли у них объемы, точно не было известно. Но узнали: около 1 кг героина ушло в Подмосковье.

Цепочку “оптовый поставщик — наркоман” отслеживают, как правило, от нижнего звена. Так в поле зрения оперов попал азербайджанец, рядовой сбытчик Рафик. Как говорится на языке официальных справок, “в результате комплекса оперативно-розыскных мероприятий” удалось выяснить, с кем Рафик контактирует и у кого берет наркотик на продажу — у Мирюсупова.

— Сперва-то нам показалось, что узбек не оптовик, а перекупщик, — вспоминает один из участников операции. — Потому что цена, которую он требовал, — 12 долларов за грамм — была выше, чем обычно у оптовиков.

В октябре 2002 года УБНОН взял гостя столицы в разработку. За это время Мирюсупов прилетал в Москву не меньше трех раз. В вокзальном отстойнике встречал ташкентские поезда, забирал у проводников сумки. Но задерживать его было опасно. Мигом отперся бы от всего: тара не моя, что в ней, не знаю, — и концы в воду.

Спланировали “случайное” знакомство Рафика с милиционером. Сотруднику дали оперативный псевдоним Рома, разработали целую операцию по его внедрению. Рому для встреч даже гримировали. На нос нацепляли очки в золотой оправе, на пальцы — золотые перстни-печатки, на голову — шапку помассивней. Все по науке: чтоб яркие детали отвлекли внимание от не очень характерной внешности.

Рома предложил Рафику сделку: не поможет ли тот достать по-настоящему крупную партию, не меньше килограмма-двух, по оптовой цене? Мол, возьму дешевле, продам дороже, навар пополам... Оперативник специально назвал объем, которого у самого Рафика заведомо не водилось. Требовалось вынудить мелкого жучка напрямую свести Рому с крупными поставщиками.

Рафик с неделю поломался, но жадность свое взяла: согласился.



“Я милиционер нормальный”

Вскоре состоялась первая встреча. Приехали и Вачев, и Мирюсупов. Жучила Рафик лез из кожи, чтобы сделка состоялась, дал Роме самые лестные рекомендации: мол, работает с ним по наркоте чуть ли не всю жизнь, парень — золото! Но встреча чуть не закончилась полным провалом. Рому аж в жар бросило: он узнал в человеке, рулившем “семеркой”, офицера милиции.

Дело в том, что некоторое время назад опер сам снимал жилье в Кунцеве, как раз на территории, закрепленной за Вачевым. Участковый приходил к нему в квартиру, проверил документы и даже заглянул в служебное удостоверение!

К счастью, у участкового оказалась короткая память. Он вспомнил Рому только на суде. И закричал из клетки:

— Да я ж тебя запомнил, гад! Ты на моем участке жил! Я знал, что ты из милиции!

А тогда мирно обсуждали цену, условия сделки. Назначили место следующего свидания — у метро “Новогиреево”. Вачев передал Роме запаянный в полиэтилен шарик, который вытащил из-под водительского сиденья: мол, глянь, у нас весь “герыч” такой. Похвалился, что любую партию легко может доставить в любое место. Заверил:

— Я хоть и милиционер, но нормальный...

А Мирюсупов объяснил, что ищет рынок сбыта:

— Привезти могу сколько угодно. Пять кило хочешь? Достану! Знаешь, кто я у себя на родине?

Он гордо тряс перед носом Ромы солидными “корочками”, а прощаясь, оставил номер контактного телефона.

Кто таков был “нормальный милиционер”, выяснилось в первый же день — расставшись с Ромой, дружки на “семерке” полетели прямиком в опорный пункт. Майора взяло в разработку Главное управление собственной безопасности МВД. Установить личность южанина было сложнее. По Москве он передвигался только на машине Вачева, а майор, судя по всему, с основами оперативно-розыскной деятельности был знаком.

Но однажды из аэропорта участковый отвез гостя не домой к Яблочкиной, а в гостиницу “Можайская”, за МКАД. Опера тут же кинулись в “Можайскую” и под видом рядовой проверки установили личность наркоторговца.

Долго следили за Вачевым. Опорный пункт расположен в подвале, куда трудно было Ð