Дитя южнороссийского солнца и простора, он высок и добродушен. Неожиданны и парадоксальны его писательские интересы. Давно известные факты русской и мировой истории по какой-то догадке он рассматривает в ином ракурсе, и фантастически преображаются обветшалые сюжеты. Его полюбили в Италии, где он жил, изучал язык, написал и опубликовал новые вещи, за что был удостоен престижной премии Гринзане Кавур.
— Скажите, лауреат, на что вы тратите свои премиальные?
— Обычно стараюсь потратить на свою семью, на детей и на жену. Знаете почему? Моя жена совершает большой подвиг, живя с писателем. (Смеется.)
— Прижилась в России шутка — писательская жена должна ублажать любимого, даже содержать его.
— Вполне объяснимая ситуация. Писатель не имеет регулярных доходов, а к тому же он существо достаточно капризное, даже в частной жизни. И я неожиданной премией или случившимся большим гонораром стараюсь возместить тот ущерб, который постоянно наношу семье своей профессией.
— Владислав, когда звоню вам, мне отвечает ваш сын. У вас он один?
— У меня два сына — Максим и Матвей. Старшему — 23. Я очень рано завел Максима. Мне было двадцать. А через три года появился Матвей. Оба учатся на факультете журналистики. Старший — на заочном, младший — на вечернем. Уже зарабатывают.
— Где вас покорила Ирина настолько сильно, что вы сразу повели ее в загс?
— Познакомились мы с ней в Новочеркасске, в том городе, который стал главным персонажем моих повестей. 79-й год. Ирина приехала на каникулы к своей подружке. И так судьбе было угодно, что ее подружка, по счастью, была моей одноклассницей. На встречу с одноклассницей я явился в обществе моей тогдашней подружки: я же не знал, что увижу свою будущую жену! Увидел Ирину и влюбился с первого взгляда. Что-то со мной произошло, и я через 15 минут куда-то свою спутницу отослал. Запомнились нам навсегда эти каникулы на Дону. Мы их провели вместе с Ириной.
— В шалаше, что ли?
— Нет, мы там сняли домик. В 19 лет чувствовал себя независимым от родителей. Выглядел тогда значительно старше своих лет. Ирина — москвичка, я часто приезжал к ней из своего Новочеркасска. Жить в Москве мне вовсе не хотелось. Когда дело у нас дошло до свадьбы, уговаривал ее переехать к нам. Учился я тогда в Ростовском университете, жил у бабушки. В Ростове у меня родни очень много — большая южная семья. В ту пору Ирина училась в Институте легкой промышленности на модельера обуви и стала прекрасным модельером.
— Ваши ботинки ее сочинения?
— Нет. Она мне советует, какие покупать. Но, между прочим, Ира работала в Италии, делала коллекцию для знаменитой фирмы “Трусарди”. Это не я, а она первой начала ездить в Италию, потому что в Москве работала на совместной русско-итальянской фирме. Покидала нас с сыновьями то на месяц, то на два. Очень я ее ревновал к Италии! Прошла она хорошую итальянскую школу моделирования. В 2002 году мы жили с ней целый год на севере Италии, где Ирина выполняла ответственный заказ.
— Для каких-то русских знаменитостей она делала обувь?
— Для некоторых популярных певиц, не стану их называть. В конце 80-х делала сапоги для Аллы Пугачевой — белые, концертные. Искусство! Сейчас она сочиняет модельную обувь на итальянских колодках самых новейших линий.
— Где Ирина училась итальянскому?
—Сначала овладела профессиональной лексикой, потом усвоила бытовой язык. Я-то учил язык более вальяжно. В 97-м году у меня там вышла книга, и я готовился к ее презентации. Учился по неаполитанским песням. У меня дома масса дисков великих итальянцев. Они мне помогли войти в стихию классического языка. Итальянцы говорят очень быстро. Но, обнаружив, что ты не понимаешь, начнут учить тебя, прибегая к выразительным жестам.
Они во многом похожи на нас. В них в такой же пропорции сочетаются порядок с беспорядком, все открыто для публики. Итальянцы — общинный народ. Не зря у них административные единицы называются коммунами. Мы поселились в трехэтажном доме и через три дня перезнакомились со всеми.
— Вы и сыновей брали с собой?
— Мы ездили вдвоем, а ребят оставили одних. Они были немножечко инфантильны, слишком привязаны к родителям. Папа всегда дома, готовит обеды, ужины. Мама стирает, гладит. Мы оставили им определенную сумму и сказали: потратите деньги в начале месяца, останетесь ни с чем. В Италию не звоните. Ребята обрадовались своей независимости. Разделили деньги пополам, ведь у каждого свои интересы. Первое время им было трудно — еще не научились экономно вести хозяйство. Но справились! Когда мы вернулись домой через год, нас встретили совсем другие ребята — два вполне самостоятельных парня.
У обоих наших сыновей появились в наше отсутствие девушки. Не какие-то случайные-переменные. Они и сейчас с ними вместе. У старшего фактически уже своя семья — гражданский брак. Ребята обрели вкус к самостоятельности, к ответственности за свою судьбу.
— Владислав, надеюсь, ваши самостоятельные дети вполне адекватно воспринимают ваши сочинения. Они ведь не так просты для осознания. Итальянская критика называет ваш метод мистическим реализмом. А в жизни вас посещала притягательная и пугающая мистика?
— Со мной происходили совершенно фантастические вещи. Я писал повесть “Тайны жалнёрского искусства”. Главного героя, мошенника, доктора Станислава Казина, мне очень хотелось сделать бильярдным шулером, превращающимся в шулера научного. Но я никак не мог понять, в чем может состоять шулерство в бильярде. Хотя на бильярде худо-бедно играю, но терминов специальных не знал, тонкостей игры не понимал. По пьесе Сухово-Кобылина “Свадьба Кречинского” знал о существовании бильярдного шулерства. Бросился искать специальные книги. Объездил магазины, рынки — ничего! Отчаялся. Случайно заглянул в магазин на Кузнецком Мосту. Увидел книжку “Поэма о бильярде”. В голове пронеслось: “Написал же какой-то козел стихи про бильярд”. Открываю и вижу: там есть все то, что я так долго искал: в подробностях изложено бильярдное шулерство, тонкости игры дореволюционных мастеров и все виды и стили игры. Эта книжка — мистическая реализация всего, что я так желал узнать.
— Ну, а в жизни писателя Отрошенко случались события из ряда вон?
— Я очень внимателен к своим сновидениям. Ни одной ночи не провожу без сновидений и почти всегда помню даже не один, а несколько сюжетов, приснившихся за ночь. На собственном опыте изучил, какие ночные видения могут что-то предсказать. Однажды мне приснились горящие автомобили. Я силился разгадать этот опасный сигнал, понимал буквально: вот поедем на дачу, загорится автомобиль... А случилось все у дома. Шофер, который привез нас на дачу, решил помочь нам сжечь гору хвороста, плеснул в огонь бензин прямо из канистры. Огромный взрыв качнулся в мою сторону... Я получил 27% ожога кожи. Четверо суток был в реанимации, в Склифе. Обгорели лицо, р