Рассказывают, что когда-то, давным-давно, когда еще и людей-то на Земле не было, здесь бушевал океан. Черт его знает какой — названия ему дать было некому. Потом вода стала отступать, медленно обнажая дно. И вот, миллионы лет спустя, место океана заняла суша. О прежнем напоминала лишь неровная поверхность земли и меловые горы, которых здесь, в Воронежской области, близ небольшого городка Павловска, довольно много. Места эти знамениты тем, что на небольшом расстоянии друг от друга тут расположены уникальные сооружения: монастыри, вырытые прямо в горах. Пещерные монастыри. Такого больше нигде, кроме России, нет! Корреспонденту “МК” выдалась уникальная возможность побывать в этих пещерах и узнать их историю. В рассказах местного населения о Белогорьевском монастыре было все: и мистика, и гонения, и детектив, и вмешательство сиятельных особ XIX века.
На улице +32. Палящее солнце жестоко бьет по макушке. К тому же мне приходится ползти не по самой удобной тропинке в гору. Из-за жары хочется все с себя снять и тщательно отжать. М-да, дорога к монастырю не из легких. И вот наконец передо мной небольшое отверстие прямо в горе. А под горой медленно и спокойно течет Дон. Вид отсюда потрясающий: река в окружении меловых гор. Девственно красиво. Но не эти красоты привели меня сюда. Включаю фонарик и вхожу в гору, в пещеру. Именно здесь еще в VIII веке начали строительство... нет, рытье самого настоящего храма.
Долгая дорога к храму началась еще накануне. Поезд Москва—Лиски напоминал мне эдакого кобеля, который не пропустит ни одного столба. Дороги-то всего 600 км, а ехали чуть больше 15 часов. На каждой мало-мальски заметной станции застревали. Хорошо если минуты на две, а то ведь и все 15 могли простоять, а то и полчаса. В общем, с утра я был не в лучшем настроении. А ведь Лиски — это не конечный пункт. Предстояло еще часа полтора на машине до Белогорья добираться.
Трасса Москва—Ростов-на-Дону узкая. По одной полосе в каждом направлении. А впереди постоянно трясется какой-нибудь самосвальчик доисторического выпуска. Больше 40 км/ч он ехать просто не умеет, а обогнать его нереально. Вот и едешь за ним, вспоминая матерные выражения и придумывая новые. Наконец поворот на Белогорье. А там машин уже мало и можно ехать совершенно спокойно. Правда, впереди подстерегают новые приключения. Дорога к монастырю — не подарок. То яма, то канава, то ухаб. Машина периодически что-то цепляет днищем, и ее становится искренне жаль. Пытка эта продолжается минут 20. А дальше уже топать пешком. В гору...
И вот я стою возле входа в пещеру. Что-то таинственное в этом белом меловом проеме, за которым абсолютная темнота. Без фонарика сюда лучше не соваться, в два счета ноги-руки переломаешь. Вместе с проводником, одним из местных жителей, наконец заходим внутрь.
— Тут еще пару лет назад все было в полном запустении. Стены выглядели совершенно черными. В советские времена вандалы старались любыми силами стереть с лица земли монастырь. Они его и взрывали, и стены специально коптили, а иконы так вообще расстреливали, — рассказывает мне Николай, житель с хутора Кирпичи. — Стены пещер пестрели надписями а-ля “Киса и Ося здесь были”. Некоторые идиоты не жалели ни времени, ни собственных сил и оставляли особые надписи — выдолбленные в стене. Мел-то мягкий, и в нем без особых усилий можно выдолбить какое-нибудь словцо.
У настоящих паломников вид этих надписей вызывал тоску, а на глазах появлялись слезы.
Сейчас, слава Богу, монастырь начали восстанавливать. Чистят стены, привозят новые иконы, проводят службы.
— А известно, почему вообще начали строить монастырь в пещере? Это же какой титанический труд! Вырыть около двух километров тоннелей, кельи и прочие атрибуты монастыря... — вместе с моими словами изо рта вырывается пар: тут очень холодно, в отличие от улицы, где температура больше +30. Кстати, в этом холоде тоже виновато еще советское время: когда монастырь активно разрушали, то испортили всю систему вентиляции. Так что теперь даже летом тут очень холодно.
— Почему рыть начали? — Николай внимательно смотрит на меня. — Тому есть несколько объяснений, а какой из них правда, никто сейчас уже и не знает.
Пещерокопательница Мария
Согласно первой версии, около двух тысяч лет назад один из учеников Христа Андрей Первозванный пришел на Дон и решил основать самые первые христианские общины. Тогда совсем молодая религия не нашла понимания у местных язычников, а потому первые христиане вынуждены были устраивать места для богомолий в самых забытых и заброшенных местах.
Сама природа и подсказала им один из вариантов: правый берег Дона изобилует отвесными скалами из мела, в котором нетрудно продолбить пещеру.
Местные жители уверены, что именно Андрей Первозванный и подсказал способ укрытия и сам помогал первым христианам. К сожалению, эта версия не выдерживает никакой критики! Поскольку именно из церковных преданий известно, что Андрей Первозванный никогда не был на Дону, а был на Днепре.
Вторая версия практически идентична первой. Единственное отличие — отсутствие в ней такого персонажа, как ученик Христа. Просто первые христиане, которые подвергались страшным гонениям, пришли именно сюда, на Дон, и было им видение, указующий перст, что именно здесь надо строить новую обитель.
И все же история Белогорьевского пещерного монастыря начинается намного позже.
— То, что было тут около двух тысяч лет назад, — лишь начало. Скорее всего, действительно кто-то начал рыть пещеры в горах, чтобы укрыться или от разбойников, или от властей. А вот строительство самого храма, а затем и монастыря началось много позже. И затеяла это великое дело одна женщина, жительница Белогорья, — гордо говорит Николай.
Она родилась, чтобы быть монахиней, но, как это часто бывает, родители совершенно не понимали и не принимали ее желаний. Напротив, они выдали Марию замуж и наказали жить счастливо. Что там было на самом деле, сейчас, конечно, неизвестно. Но, уверяют местные жители, случилось в семье Марии некое горе. Злые люди навели на ее семью страшную порчу. И она, и муж ее совершенно потеряли рассудок и несколько лет бродили по окрестным лесам, пугая людей.
Все когда-нибудь кончается. И вот однажды встретилась Марии в лесу какая-то старушка, которая привела ее к роднику, умыла, накормила, прочитала над ней молитвы и строго-настрого наказала вернуться домой и вина в рот не брать, а вести тихую и спокойную жизнь. Чудо или не чудо случилось, но действительно и Мария, и муж ее вернулись домой и прожили тихо и спокойно почти 10 лет. А потом муж оставил этот мир, и Мария вроде бы снова чуть не сошла с ума.
— Кто там разберет, что на самом деле было в те далекие времена. Только ходят у нас разговоры, что спасло Марию небесное видение, — рассказала мне жительница хуторка Кирпичи. — Якобы предстал перед ней ангел, весь в белых одеждах, и повелел ей идти на гору и начать копать там пещеру, в которой она поселится и посвятит свою жизнь Богу.
Так ли это на самом деле — неведомо. Только в 1796 году Мария всех своих детей пристроила родственникам, а сама, вооружившись киркою железной, отправилась на гору, которую ей подсказал ангел, и принялась там копать пещеру.
Весть о пещерокопательнице Марии разнеслась по округе мгновенно. К ней потянулись люди. Кто приходил помогать, кто приносил еду, кто свечи и иконки. А вот официальной церкви начинание женщины не понравилось. Местные белогорьевские священники донесли на Марию в Воронеж, а оттуда последовал наказ: пещеры закрыть и разрушить, кресты и иконы вынести, а самой Марии строго запретить копать дальше.
Она долго просила позволить ей продолжать начатое дело. Упоминала о видениях ангела, о повелении свыше, но ничего не помогало. В самом начале 1807 года вход в пещеры действительно был завален камнями, а Марию забрали в полицию.
— Все-таки, наверное, действительно Мария получила какое-то знамение сверху. И не только знамение, но и помощь. Иначе как объяснить то, что произошло дальше, — рассказывают местные жители.