Владимир Ресин: “У нас не люди для власти, а власть для людей”

Ресин: — Слухи о том, что строители отказываются от застройки по горзаказу, несколько преувеличены. Хотя отдельные, единичные случаи все-таки есть. Инфляция в строительной отрасли оказалась значительно выше, чем ожидалась, — 18% против заложенных в плане 9%. В связи с этим в ближайшее время расценки по горзаказу будут пересмотрены. Строители об этом знают и продолжают участвовать в конкурсах. Так что программа городского жилищного строительства в этом году будет выполнена.

— При строительстве жилья для военных в Щербинке возникли проблемы. Не обернутся ли они тем, что сроки сдачи объектов будут сдвинуты?

Ресин: — Ситуация, которая сложилась в Щербинке в наших взаимоотношениях с областью, тяжело отразилась и продолжает отражаться на динамике выполнения программы строительства жилья для военных. Но Москва свои обязательства выполнит. Сроки сдвинуты не будут. Правда, цена для города будет очень дорогой. Для того чтобы уложиться в установленные сроки и наверстать потерянное время, дома для военных строятся в трехсменном режиме. Чтобы себя обезопасить, мы вынуждены были помимо намеченного строительства в Щербинке вести строительство еще 140 тыс. кв. метров жилья в других районах (в Кожухове, Северном Виноградове, Южном Бутове).

— Сегодня много говорят о недопустимости точечной застройки, однако на улице Коминтерна, владение 28, начинается строительство нового дома. Жильцы лишаются гаражей и детской площадки. Пытаются протестовать. А им говорят, что дом ведомственный, отдан ФСО, остановить стройку нельзя.

Ресин: — Новое строительство в городе не начнется, пока разрешение на него не даст специальная межведомственная комиссия. Ее председатель — главный архитектор города Александр Кузьмин.

Александр Кузьмин: — Мы как раз вчера, за день до нашего пресс-матча, рассматривали этот адрес. Проект планировки по объекту на улице Коминтерна пока не утвержден.  Комиссия приняла решение: вначале утвердить проект планировки, затем провести общественные слушания. Только после этого по итогам общественных слушаний будет вынесено окончательное решение и могут начаться работы по этому дому. Решение комиссии передано руководству города. Если строительные работы уже начались, надо обратить на это внимание управы и префектуры.

— Не кажется ли вам, что Москва выглядит как оккупированный город? Огромные рекламные плакаты давят и вредят внешнему облику города. Такого нет ни в одной столице Европы.

Кузьмин: — Вы знаете, в Москве есть три крупные проблемы, которые, как три джинна, в свое время “вылезли из бутылки”, а теперь их очень трудно загнать обратно. Это — остекление лоджий, пресловутые “ракушки” и наружная реклама. Если говорить про рекламу, был такой момент, когда этот вопрос был несколько упущен — не было законодательной базы, которая могла это сдержать. Сейчас мы приняли уже несколько постановлений правительства и постепенно начинаем убирать лишнюю рекламу. Пересмотрены нормативы по центру, там запрещено размещение новой крупной рекламы, сократили количество перетяжек и т.д. Если 20 лет назад посмотреть на тот же Париж, то там была та же самая проблема. Французы исправили положение с рекламой, исправим и мы.

Метельский: — Есть федеральный и московский законы о рекламе. Вместе с Комитетом по архитектуре мы выработаем требования к московской рекламе. Это уже делается. Мы упорядочим этот вопрос. В большинстве случаев сегодня реклама располагается в историческом центре города и в отдельных случаях загораживает памятники истории и культуры. На сегодняшний день решение принято и подобного рода рекламные места освобождаются. Мы направили в Госдуму документ о внесении поправок в Закон о рекламе. Там говорится, что на памятниках архитектуры и истории запрещено создавать рекламные места, на их фасадах нельзя даже крепить перетяжки или лайт-боксы. Но здесь нужно понимать еще один очень важный момент: рекламное место — это частная собственность. Нельзя взять и просто так лишить собственника того, чем он владеет. Похожей была ситуация с игровыми заведениями. Но мы уже решили этот вопрос. Кто бы что ни говорил, в Москве существенно сокращено количество игровых заведений. Точно так же мы придем к тому, что сократим количество рекламных мест в городе и решим, сколько их необходимо.

— Промышленные предприятия Москвы выводят из центра Москвы, чтобы освободить землю для элитного строительства. Выходит, столичное производство ликвидируется в угоду богатым?

Ресин: — Это абсурд. Во-первых, у нас есть комплексная программа, на основании которой предприятия не просто ликвидируются, а выводятся за пределы центра в специально отведенные для этого промзоны, сохраняя прежнюю нагрузку. И промышленность наша растет. В этом году на 18%. Во-вторых, на месте предприятия строится только то, что предусмотрено утвержденным проектом планировки. Все рассчитано: социальное и коммерческое жилье, озеленение, общегородские объекты и т.д. Приведу конкретный пример. Мы выводим “Красный Октябрь”, сохранив производство и даже увеличивая производительность предприятия. Те здания фабрики, которые являются памятниками, будут бережно сохранены. Кроме того, там будут построены апартаменты и общественные здания, посажены деревья. Все это гармонично впишется в облик центра Москвы.

— Когда закончат реконструкцию Ленинградского шоссе?

Кузьмин: — В 2009 году. Уже в октябре этого года будет закончено строительство основного тоннеля на Соколе, движение по нему будет открыто в начале ноября. Задача огромная: реконструировать трассу от Манежной площади до МКАДа. Сейчас мы обратились к президенту с просьбой продолжить трассу уже на территории Московской области: сделать дорогу от МКАДа до “Шереметьево”. Иначе на выезде из Москвы на трассе получится “бутылочное горлышко”. И никакого результата от того, что мы делаем, не будет.

— Почему на Третьем транспортном кольце нет разгонных полос? Будут ли они на Четвертом транспортном кольце? Такие полосы есть во всем мире.

Кузьмин: — На Третьем кольце их просто невозможно было сделать. Кольцо со всех сторон зажато постройками, железными дорогами или чем-то еще. Поэтому любую крайнюю полосу можно считать разгонной.

На Четвертом кольце другая ситуация. Там более свободно. Поэтому в наиболее напряженных участках мы будем стараться делать автономные съезды и разносить их между собой, чтобы не концентрировать повороты в одной точке. Это очень дорогое мероприятие, т.к. практически все Четвертое кольцо состоит из искусственных сооружений — тоннелей и эстакад. Участков, где трасса проходит по земле, мало. Там предусматриваются развязки более свободной планировки.

— В Москве есть Садовое, Третье и Четвертое кольца. Будет ли строиться пятое?

Кузьмин: — Четвертое кольцо — последнее, которое можно сделать на территории существующей Москвы, хотя в Генплане 1935 года было еще и пятое. Но сегодня его просто негде построить — не дает возможности существующая застройка. Впрочем, есть еще одно очень важное для Москвы кольцо — это реконструкция т.н. подмосковной бетонки. Ее можно считать следующим кольцом. Программа развития “бетонки” заложена в Генплане Московской области.

— Владимир Иосифович, вы сами признаете, что машин в Москве становится все больше и больше. Что будет дальше? Удастся ли вам справиться с проблемой пробок в городе?

Ресин: — Мы считаем, что эту проблему нужно решать не только строительством дорог и транспортных развязок, но и естественным ограничением количества машин, въезжающих в город. Это будет делаться путем создания парковок и перехватывающих стоянок, целым рядом других мероприятий. Думаю, к 2015 году, когда будет полностью готово Четвертое кольцо, а мощность столичного метро увеличится, многие москвичи сочтут удобным для себя пересесть с легковых машин на пассажирский транспорт. Тогда и дорожная ситуация в Москве нормализуется.

— Почему было принято решение о внеплановом ремонте Крестовского путепровода?

Леонид Моносов: — Крестовский путепровод не ремонтировался около 50 лет. Недавняя проверка показала, что он пришел в крайне плачевное состояние. Поэтому принято решение о скорейшей реконструкции аварийного путепровода.

До реконструкции на путепроводе было 9 полос движения. После реконструкции будет 10 полос. В настоящее время и в течение всего периода проведения работ там будет работать 6 полос движения — по 3 в каждом направлении.

— Мы все хотим, чтобы Москва стала привлекательнее для туристов. Что для этого делается?

Ресин: — Мы много делаем для развития туризма в Москве. Уже сейчас в город приезжает около 4 млн. туристов из дальнего зарубежья. У нас разработана целая программа, которая направлена на развитие туризма. Мы сделали пешеходный мост от храма Христа Спасителя через Москва-реку к Якиманке. Делаем туристическую тропу от Якиманки до “Сити”, прогулка по которой позволяет увидеть практически всю старую Москву. Согласен: нам надо более бережно сохранять памятники старины и где это возможно — малоэтажную застройку. Не трогать ее, не лезть в нее с высотными зданиями — мы это делаем. Не случайно наше высотное строительство — все 60 территорий — находятся за пределами старой Москвы.

— Дайте ясное и четкое определение: кого сейчас называют обманутыми дольщиками — тех, чьи дома не были построены по вине инвесторов, или тех, кто связался с мошенниками? Сколько еще времени этим людям мучиться без квартир?

Ресин: — И те и другие — обманутые дольщики. Но одними занимаются городские власти, а другими — правоохранительные и судебные органы. К сожалению, там, где вопросы требуют проведения следствия и последующего суда, сами законы не позволяют быстро разрубать эти узлы. Там, где вопросы касаются только организации и ведения строительства, проблема обманутых соинвесторов в Москве будет решена до 2009 года. В целом же она будет решена для обеих категорий вкладчиков.

— Что будет с офисами в Москве: их строительство ограничат или увеличат в рамках реализации программы “Строительство деловых центров для малого бизнеса”.

Ресин: — Центр Москвы сильно перегружен офисами и, как следствие этого, — автомобилями. Поэтому принято решение о прекращении офисного строительства в исторической части города. Теперь строительство деловых центров будет вестись главным образом в районе и за пределами Третьего транспортного кольца. Самым крупным из них станет ММДЦ “Сити”.

— Что все-таки называется объектом точечной застройки?

Метельский: — На сегодняшний день нет точного определения, что такое точечная застройка. Это житейский термин, который сейчас стали использовать и государственные органы власти. Это застройка в каком-то конкретном месте нашего города. И, на мой взгляд, сегодня надо давать не определение “точечной застройки”, а определять критерии, при которых возможно или невозможно строить то или иное здание или сооружение.

Данный критерий будет определен в новом градостроительном кодексе, который в самом скором времени будет рассмотрен и принят Мосгордумой.

— Последнее время некоторые политики заявляют о том, что малоэтажное строительство является единственным способом сделать жилье доступным. Ваше мнение по этому вопросу?

Ресин: — Вы так мягко сказали — “некоторые политики”. В данном случае такие заявления делает депутат Александр Лебедев. Он построил несколько домов, которые, как бы это помягче сказать, я бы своим близким не посоветовал покупать или в них жить. И построил он их не в Москве, а в Московской области. В Москве много прекрасных малоэтажных домов — в Бутове, Куркине. Их также будут строить в реконструируемых московских деревнях. Но не надо обманываться: по себестоимости эти дома дороже высотных индустриальных домов.

Третий раунд: в игру вступают читатели