Живет такой БОЧ

Шестилетний мальчик с цифрами вместо имени до сих пор не может получить документы

17.02.2009 в 17:52, просмотров: 21367

Накануне 2009 года сотрудники Главного управления ЗАГСа Москвы обнародовали самые необычные имена детей, которые были зарегистрированы в 2008 году. Так, в високосный год в столице появились два мальчика по имени Север, один Дельфин, Ветер и Ангел. Девочек нарекли Луной и Галавикторией. Годами раньше родились Салат Латук, Авиадиспетчер, Просто Герой, Ярослав-Лютобор, Заря-Заряница, Воля, Луна, Виагра, Россия, Прохлада и Приватизация…


Все эти малыши получили свидетельства о рождении.


Все, кроме одного…


Вот уже больше шести лет родители мальчика по имени БОЧ рВФ 260602 (Биологический Объект Человека рода Ворониных-Фроловых, родившийся 26 июня 2002 года) не могут зарегистрировать собственного сына. До сих пор ребенок живет без свидетельства о рождении и медицинского полиса.


Репортеры “МК” навестили БОЧа и выяснили, каково это быть Биологическим Объектом Человека.

Биологический Объект Человека. Пол — мужской. Возраст — шесть лет. Место проживания — Москва.
Приметы: волосы — русые, глаза — голубые, рост — 120 см, телосложение — худощавое, характер — нордический.

Биологический Объект Человека обладает крепким здоровьем, послушным нравом, стандартным мышлением.
Вот и вся краткая характеристика мальчика, которого родители при рождении окрестили именем БОЧ рВФ 260602.

Этой истории без малого семь лет. Столько же времени длится судебная тяжба родителей Биологического Объекта Человека с представителями загса, которые наотрез отказываются регистрировать ребенка под странным именем. И конца-края этим разбирательствам, похоже, не видно.

Вот предыстория нашумевшего скандала. В 2002 году в обыкновенном столичном роддоме на свет появился мальчик, о котором спустя полгода заговорил весь мир. Причина тому — странное имя, которым родители нарекли младенца.

Аббревиатура — БОЧ рВФ 260602 (Биологический Объект Человека рода Ворониных-Фроловых, родившийся 26 июня 2002 года) — вызвала недоумение у сотрудников загса. Все попытки чиновников убедить родителей присвоить малышу более благозвучное имя ни к чему не привели. В итоге мальчик так и остался без свидетельства о рождении. А его родители, в свою очередь, лишились положенных льгот за рождение сына.

Вот уже седьмой год Биологический Объект Человека живет без свидетельства о рождении, без прописки, без медицинского полиса. Человека как будто нет.

Зато слава о нем живет далеко за пределами России.

“Мы дошли до Страсбургского суда!”

Отец Биологического Объекта Человека, временно безработный Вячеслав Воронин, ненавидит свое имя. Поэтому заранее просит называть его либо по фамилии, либо вообще никак. А в ближайшем будущем мужчина всерьез намерен взять себе новое имя — БОЧ рВП 250856 (Биологический Объект Человека рода Ворониных-Пархоменко, родившийся 25 августа 1956 года).

— Я ненавижу свое имя, потому что оно означает “раб”! Да меня никто Вячеславом никогда не звал, даже сын меня Яей кличет, — начал разговор Воронин. — Я хочу взять себе имя — БОЧ Рвп 250856 — в паспорте у меня подпись именно такая. Кстати, сейчас большинство моих друзей намерены сменить свое дурацкое имя на аббревиатуру БОЧ.

Согласитесь, нормальный человек в здравом уме не назовет собственного ребенка Василием, который означает “змей, искупавшийся в собственной сперме”. Или Петр — “камень”, Павел — “палец”, Галина — “курица”, Адам — “красный”. Ну и так далее…

Мои суждения по поводу благозвучности того или иного имени Воронин отказывается слушать.

— Благозвучное?! Какое благо может быть от такого крестьянского имени? — взрывается собеседник. — Даже малолетние друзья моего сына уже сейчас сердятся на своих родителей: “Почему нас БОЧами не назвали?”. БОЧ — это не имя, это звание! Я хочу, чтобы сына признали человеком. Вот у собаки в паспорте написано, что она собака, а в наших паспортах нет графы, обозначающей статус. Вот в чем проблема!

За плечами Воронина три гражданских суда в России.

Поддержки он искал и в Страсбурге.

— Два года назад мы дошли до Страсбургского суда, — продолжает Воронин. — Но там отказались рассматривать наше дело. Причину отказа не указали, понимая, что любой комментарий с их стороны — это обвинение нашему правосудию. Мне понятно, что представители Страсбургского суда в любом случае вынесли бы решение в нашу пользу, что привело бы к международному скандалу. Ведь на Западе подобные имена являются нормой. Например, я знаю, что в Европе живет девочка — А22, также существуют целые семьи, представители которых носят имена с кодовым значением. В России же мне пояснили, что цифры имеют право “носить” только патриархи и цари!

По словам собеседника, российские суды попросту не желают разбираться в возникшей проблеме. Большинство юристов только крутит пальцем у виска: “Зачем такие вообще рожают?”.

— Мне все равно, какое решение вынесет наш самый гуманный суд в мире. Так или иначе все будет по-моему. Три судебных заседания, на которых я присутствовал, походили на пародии. Судья кричал, что я разбиваю культуру. Уговаривал меня убрать цифры и изменить аббревиатуру, которая впоследствии не может служить отчеством для моего внука. Но ведь юридически у нас нет запретов на цифровой код! Пока я еще терплю, но, поверьте, всему приходит конец. Я ведь не такой добрый человек, как может показаться с первого взгляда. Это я пока разговариваю с ними спокойно. Но иногда во время судебного заседания я гляжу на судью, на представителей загса и думаю: вот сейчас я встану и разобью им голову. Это я решаю, жить им или нет! Решаю до тех пор, пока мне не надоест слушать их ерунду.

— Вы на полном серьезе говорите?

— Повторяю еще раз: я — недобрый человек! Помню, когда я вернулся из армии, то был шокирован, что моей матери — инвалиду второй группы — не провели телефон. Я отправился в отделение МТС и сказал только одно: “Покажите мне ответственного за этот вопрос!”. Они поняли, что я не шучу. В тот момент я был готов вырезать всех за свою мать. Мне на свою жизнь наплевать! Меня всегда считали отморозком. В армии я мог бросить вызов всей части. Мне не раз говорили: “Тебя посадят, убьют”. А мне наплевать…

И от своего решения я не отступлю, пойду до конца, чего бы мне это ни стоило!

“Не возьмут ребенка в школу? А мне по фигу!”

Пока уверенный в своей правоте Воронин носится по судам, Биологический Объект Человека живет своей беззаботной жизнью. В детский сад мальчик не ходит, потому как не берут, книги не читает — учить БОЧа некому… А в сентябре ребенок должен пойти в школу. Возьмут ли?..

— Пойдем, поговорим, — предлагаю БОЧу.

— А фотографировать будете? — заглядывает мне в глаза Биологический Объект Человека. — Я ведь звезда, меня часто снимают на камеру и по телевизору уже много раз показывали. Да вы лучше мои игрушки посмотрите или мультики, а вот как я на тренажерах вишу...

— БОЧ, не приставай, мы еще не закончили, — обрывает сына Воронин.

Я спрашиваю отца семейства, каким он видит будущее собственного ребенка. Но этот вопрос, кажется, беспокоит Воронина меньше всего.

— Не возьмут БОЧа в школу? А мне по фигу! — гнет свою линию мужчина. — Вот в детсад его не приняли, потому что не было свидетельства о рождении. Я тогда махнул рукой и вспомнил свое детство, когда меня пытались пристроить в сад, и как я сбежал оттуда — сделал подкоп под забором. И школу я ненавидел. Меня заставляли учиться, а мне было все равно. Потому и пошел работать на завод в 15 лет. Да и потом, что дает эта школа? Там только блокируют мозг человека! Буш правильно сказал, люди, которые не умеют читать и писать до 15 лет, — золотой фонд нации. Из таких вырастают Калашниковы! Они являются носителями цивилизации. Ну а если серьезно, пускай только попробуют отказать БОЧу в школьном образовании! Я докажу, что свидетельство о рождении не является документом, удостоверяющим личность, — ведь там нет даже фотографии. Свидетельство выдают на основании справки из роддома. Справка у меня есть. Она у меня всегда при себе. Туда же я вклеил карточку БОЧа. Вот, например, в секцию карате я определил сына по этой справке…

А еще Воронину все равно, что Биологический Объект Человека не может выехать из страны: “Да, не может, ну и что!”. В случае болезни ребенку не окажут медицинскую помощь: “Плати бабки, и будет медпомощь”. Мальчик никогда не получит паспорт: “Уверен, когда ему исполнится 14 лет, — проблема разрешится”.

Кстати, мама Биологического Объекта Человека, Марина Фролова, — творческий работник, сотрудник Пушкинского музея, не перечит мужу в этом вопросе.

— Как реагирует супруга на ситуацию? Нормально. Попробуй возрази мне! Да, я — неправильный человек и признаю это! Вот однажды во время тяжелой физической работы я свалился с лестницы и сломал руку. Но в больницу я не пошел. Самостоятельно выправил сустав и продолжил работать.

Пока мы беседовали, Биологический Объект Человека изрядно проголодался.

— Папа, приготовь мне пельмени, больше есть нечего, — на протяжении часа ныл ребенок.

Вообще-то БОЧ ничем не отличается от своих сверстников. Собирает обыкновенные конструкторы, смотрит современные мультфильмы, хулиганит. Однако Воронин уверен в исключительности чада и берется убедить меня в этом.

— БОЧ получил явные преимущества по сравнению с другими детьми. И только из-за имени! Дети ему завидуют, он это уже сейчас понимает. Я уверен, что все бабы в школе будут его только из-за имени! Это то, что его отличает от серой массы! Мы заложили в него цифровой код. Он стал носителем цивилизации. Да и потом, БОЧ — необычный ребенок, — неожиданно переходит на шепот Воронин. — Вот у нас нет медицинской страховки, да нам и не надо! За 6,5 года БОЧ ни разу не заболел! Когда ему не было года, он несколько раз падал головой вниз с высокого стола. И хоть бы что! В младенчестве он спал не в обычной тупой люльке, а в пружинистой казацкой зыбке, которую я ему смастерил. Там он сам себя раскачивал. Теперь его не тошнит в машине. Я воспитывал его как ниндзя. А еще люди, которые сегодня выступают против БОЧа, обречены. Этот факт кажется фантастикой. Но те, кто принял цифровой код, получили преимущества — от людей ушли все неприятности. У моих друзей и знакомых началась другая, счастливая жизнь. А кто не принял? Они мучаются. Я знаю, что у одного сотрудника загса, с которым мы судимся, разрушилась семья. Работник суда спился, кто-то разорился… Всех, кто против нас, преследуют неудачи!

— Представляю степень вашего разочарования, если БОЧ, достигнув совершеннолетия, поменяет свое имя на самое простое, крестьянское…

— Да мне по фигу. Я ему дал начальную базу. Сейчас я с ним часто беседую на эту тему, объясняю — я завтра умру, а тебе с этим жить! БОЧ — это стресс. Это поступок, который запомнится на всю жизнь. Те люди, которые выступают против нас, уже проиграли! Ведь сегодня мой сын работает, как политический лидер. Кругом только и разговоров: “Ты за БОЧа или против?” Его поддерживают десятки тысяч человек. Возможно, БОЧу рано или поздно придется эмигрировать из страны. И когда он уедет отсюда или мне надоест таскаться по судам, а уровень моего разочарования достигнет предела, в России начнутся такие процессы, которые вам и не снились!

Напоследок я поинтересовалась у Воронина, не задумывается ли он о втором ребенке. Мужчина пожал плечами: “Черт его знает! Ведь чтобы отстоять его имя, мне опять придется судиться. Потому что он бы тоже носил аббревиатуру БОЧ рВФ, даже если бы я родил дочь…”

АНЕКДОТ ДНЯ

“Родители нарекли сына Емелей. Приходят они в детский сад и спрашивают у воспитателя, не дразнят ли его дети. Воспитатель отвечает: “А кто дразнить-то будет — Фома, Лука или Фрол?”