Следственный комитет при Прокуратуре РФ завершил расследование уголовного дела о вымогательстве, возбужденное в 2008 году против майоров МВД РФ Дмитрия Целякова и Александра Носенко. Как известно, два майора, работавших в Департаменте по борьбе с организованной преступностью и терроризмом (ДБОПиТ) МВД, были арестованы ФСБ РФ на основании заявления вице-президента Инкредбанка и гендиректора хоккейного клуба “Спартак” (Москва) Петра Чувилина. В сентябре 2008 года указом президента Дмитрия Медведева ДБОПиТ МВД РФ был ликвидирован. Мы побеседовали с человеком, который считается одним из ключевых фигурантов дела Целякова — Носенко — финансистом Евгением Двоскиным.
— Евгений Владимирович! В последнее время в интернете появилось немало публикаций, где вас называют чуть ли не инициатором дела Целякова — Носенко. А само дело связывают с межведомственной борьбой силовых структур…
— Заявление о противоправной деятельности майоров Целякова и Носенко было от вице-президента Инкредбанка Петра Чувилина. Согласно заявлению, о содержании которого мне рассказал сам Чувилин, майоры упраздненного ныне ДБОПиТа вымогали у банкира полтора миллиона долларов — за решение каких-то проблем Инкредбанка в ЦБ. Причем никакие проблемы, судя по всему, они решать не могли и не собирались, а посему речь шла о банальном вымогательстве с элементами мошенничества. Подробности этого расследования мне неизвестны. Но я вполне готов поверить Чувилину. Потому что еще раньше — в начале 2006 года — милиционеры пытались облегчить мой карман. Когда я отказался платить, на меня стали оказывать давление с помощью сотрудников Следственного комитета при МВД. Следователем Геннадием Шантиным при участии Целякова и Носенко был организован обыск в моем доме, в ходе которого мне подбросили патроны. Грубо угрожали моей немолодой теще и няне-кормилице моего малолетнего ребенка.
— При чем здесь межведомственная борьба силовых структур?
— Это похоже на обычных “оборотней в погонах”, использующих свое положение в органах внутренних дел и многолетнюю безнаказанность для собственного обогащения.
— В показаниях Петра Чувилина, которые он дал по делу Целякова — Носенко, ваша фамилия всплывает не раз и не два. Оба майора неоднократно говорили Чувилину, что главный враг для них — Двоскин, и они его посадят мытьем или катаньем…
— Хорошо, что вы об этом знаете. Я об этом слышал. Хотя материалов дела, разумеется, не видел. В Следственный комитет при Прокуратуре меня вызывали как свидетеля.
— Некоторые правоохранители, которые провели у вас обыск, больше не работают в МВД. В СМИ были публикации о том, что они пали жертвой собственной борьбы с коррупцией…
— Думаю, ликвидация ДБОПиТа и увольнение таких одиозных следователей, как, например, Павел Зайцев, говорят сами за себя.
О том, как люди, подобные Геннадию Шантину и Павлу Зайцеву, боролись с коррупцией, мне ничего не известно. Но у меня есть основания подозревать, что это связано с коррумпированностью в правоохранительных органах. Схема проста и стара как мир — выбирается очередной бизнесмен, который виноват уж в том, что некоторым сотрудникам МВД хочется слишком хорошо кушать. Выдвигаются финансовые требования. Дальше, если бизнесмен не поддается на провокацию, на него оказывают давление. Например, возбуждают на ровном месте уголовное дело. В этом плане связка оперативных сотрудников ДБОПиТ и следователей работала слаженно и предельно цинично. Я в большой политике не разбираюсь. У руководства страны и МВД, видимо, свой взгляд на то, с чем, за что и как боролись эти люди. Однако было бы очень наивно полагать, что предприниматель Двоскин мог как-то повлиять на столь серьезные перестановки в органах внутренних дел.
— Но вы как-то реагировали на давление со стороны сотрудников МВД…
— Конечно. Я написал заявление в ФСБ. Что же мне оставалось делать? В результате был арестован некий Александр Шаркевич, он же Соловьев, который, насколько я могу понимать, имел отношение к группе Целякова — Носенко.
— Но именно в последнее время появилось немало публикаций, где вас откровенно демонизируют. Утверждается, что вас разыскивает ФБР, что против вас возбуждены уголовные дела в России, что у вас десятки псевдонимов, а российское гражданство вы получили незаконно. Что скажете по этому поводу?
— У майоров Целякова и Носенко остаются влиятельные друзья как в системе МВД, так и за ее пределами. И они очень хотят представить историю с бывшими сотрудниками ДБОПиТа как следствие их частного конфликта с бизнесменом Двоскиным. Видимо, отсюда вся эта PR -кампания против меня.
Никаких псевдонимов у меня нет. За всю жизнь я носил две фамилии — Слускер и Двоскин. Российское гражданство получил абсолютно законно, когда жил в Ростове-на-Дону. Другое дело, вымогатели, поняв, что платить я не буду, попытались затеять дело о лишении меня гражданства. Были изъяты все документы, подтверждающие мои права на российский паспорт, из ростовского отделения Федеральной миграционной службы. Затем эти документы просто-напросто пропали — или их уничтожили, или вывезли из здания Следственного комитета и спрятали в каком-то укромном месте.
— А что насчет ваших связей с ФБР?
— Этих связей нет — ни в хорошем, ни в плохом смыслах. Я езжу по всей Европе, неужели вы думаете, это было бы возможно, если б меня разыскивало ФБР? В прошлом году Следственный комитет при МВД России, где еще трудились Шантин и Зайцев, пытался организовать мое задержание в Монако. Свалив все якобы на ФБР. Однако суд в Монако признал, что никаких оснований для задержания нет.
— Еще писали о том, что вы якобы избили председателя правления банка “Интелфинанс” Михаила Завертяева.
— После того как сотрудникам МВД не удалось арестовать меня с помощью подброшенных патронов, они решили пристегнуть меня к делу обанкротившегося банка “Интелфинанс”, о котором мне вообще ничего не известно, я никогда не видел пресловутого Завертяева. Но и этот номер у вымогателей не прошел. Вот перед вами — официальный документ из милиции о том, что к делу Завертяева я отношению не имею вовсе, никакого процессуального статуса в этом деле у меня нет. Больше того: есть информация о том, что Михаила Завертяева фактически силовым путем отстранил от должности его бывший партнер Игорь Ситников, связанный как раз с Целяковым и Носенко. Завертяев попал в больницу, а “Интелфинанс” был разграблен! Думаю, была попытка коррумпированных милиционеров, что называется, “перевести стрелки” на ненавистного им Двоскина, осмелившегося противостоять милицейскому произволу. Насколько мне известно, депутаты Госдумы еще в прошлом году обращались в Следственный комитет по поводу банкротства “Интелфинанса” и отмывания денег через этот банк. Задавали вопросы о возможной роли Целякова и Носенко в этой истории. Но никакого внятного ответа так и не получили.
А PR-кампания против меня тем временем продолжается. Собственно, не столько против меня, сколько против объективного расследования дела Целякова — Носенко, в котором могут фигурировать десятки имен различных милицейских вымогателей и коррупционеров. У меня есть подозрения, что следствие пытается заставить Завертяева меня оговорить. Если это случится, буду писать заявление о клевете и подавать на Завертяева в суд. Хотя лично к этому человеку, которого, еще раз повторю, я никогда не видел, у меня претензий нет. Думаю, он — игрушка в чужих руках.
Как я предполагаю, ко всей этой PR-кампании может иметь отношение Кирилл Кабанов, который представляется как председатель Национального антикоррупционного комитета.
— Национальный антикоррупционный комитет — организация вроде бы солидная. В ее состав входят несколько десятков весьма известных людей…
— Это рядовая общественная организация, которую ее основатель и глава Кабанов часто выдает чуть ли не за официальную государственную структуру. Кирилл Кабанов нередко бравирует тем, что якобы напрямую связан с руководством МВД и Федеральной службы охраны. Люди доверчивые и неопытные ему все еще верят.
— Вы намерены судиться с теми, кто называл вас едва ли ни крупнейшим теневым финансистом современной России?
— Часть исков уже направлена в суды, часть находится в стадии подготовки. До недавнего времени я старался не обращать внимание на черный PR . Однако сейчас я понимаю, что главная цель кампании против меня — способствовать тому, что “оборотни в погонах” ушли от ответственности. А коррупционная сеть бывшего ДБОПиТа так и не была раскрыта. А это переводит проблему в совершенно иную плоскость. Я считаю, что если заинтересованным лицам удастся “отмазать” милиционеров-вымогателей, то коррупция в органах внутренних дел станет просто безудержной. И от этого пострадает все общество, вся страна. Разве у нас и без того мало коррупции?
