Рассказывая журналистам о погибших подростках, директор интерната все время говорит «наши дети». Это не просто оборот речи — ребятишкам, от которых родители отказались еще в роддоме, персонал детского дома действительно старался заменить семью.
— Они ведь нас чаще всего и называли не по имени-отчеству, а именно мамами, — вспоминает директор интерната Тамара Баранова. — Накануне трагедии Дима Узбеков подошел к нашему главному бухгалтеру и попросил: «Мама, купи мне, пожалуйста, плеер!». Она пообещала сделать мальчику подарок в понедельник. А в субботу ребятишек не стало.
О каждом из погибших воспитанников педагоги рассказывают со слезами на глазах. Таких ребят здесь называют «сохранными» — они умели читать и писать, занимались флористикой, даже вышивали.
— Джессика Регуш, например, была очень артистичной девочкой. Она участвовала во всех спектаклях. Мы ее называли «нашей Раневской». Девочка немного даже была похожа на великую актрису в молодости, — говорит Тамара Федоровна.
Казалось бы мелочи: помогал другим воспитанникам завязать шнурки, мог наизусть прочитать отрывок из длинного стихотворения. Но только работающие с «особыми» детьми понимают, насколько важны подобные моменты для социализации ребенка с нарушениями психического развития.
— В следующем году этих детей мы должны были переводить во взрослые интернаты, — объясняет заместитель руководителя Департамента социальной защиты населения Наталья Бухтоярова. — Но наиболее «сохранным» воспитанникам, тем, кто может себя самостоятельно обеспечивать, мы планировали выделить отдельное жилье. Скорее всего, в этот список попали бы и погибшие подростки.
Больше всего, вспоминают педагоги, ребята любили рисовать. Уроки Ольги Ширшовой они ждали с особым трепетом.
— В интернате Ольга Николаевна проработала девять лет. Детей у них с мужем не было, поэтому всю свою нерастраченную любовь они до последней капли отдавали воспитанникам, — говорит директор. — А еще Ольга Николаевна была настоящим ангелом-хранителем для своей мамы и пожилой бабушки.
Так случилось, что сообщить страшную весть о смерти педагога родным Ольги Ширшовой пришлось именно сотрудникам интерната.
— Невозможно представить, что испытала ее мама, услышав, что дочь погибла. Женщина нам рассказала, что в ту субботу у нее как раз был день рождения и она очень ждала поздравлений, — говорит Тамара Федоровна. — Скорее всего, Ольга Николаевна хотела поздравить маму после награждения ребят. Но не успела.
Ольгу Ширшову и ее пятерых воспитанников похоронят в один день, но на разных кладбищах: ребят погребут на Востряковском, учительницу же с мужем придадут земле в подмосковном Зарайске.
Это было решение родных Ольги Николаевны. Все процедура будет оплачена из средств правительства Москвы. Также уже определен размер компенсаций, которые выплатят родным педагогов Ольги и Дмитрия Ширшовых. Их семьи получат по 250 тысяч рублей, — подытожила заместитель руководителя Департамента социальной защиты населения Наталья Бухтоярова.
