Общая сумма ущерба, как следует из обвинения, внушительная — более 14 миллионов рублей. Однако, вникнув в детали, большинство присутствующих в зале даже усмехнулись. Обычно военкомы славятся тем, что при них процветают многонулевые взятки за откосы от армии. А тут…
В мае 2004 года Глущенко был командиром воинской части, дислоцированной в Наро-Фоминске, одно из подразделений которой принимало участие в контртеррористических операциях на Северном Кавказе. Согласно обвинению, он дал распоряжение своему подчиненному изготовить ему удостоверение ветерана боевых действий на том основании, что якобы побывал на Северном Кавказе с 17 по 20 сентября 2001 года. Позже с этим удостоверением Глущенко обратился в Пенсионный фонд, где ему начислили надбавки “за боевые”. За три года он получил к жалованию дополнительно 57 324 рубля. В сентябре 2006 года по этому же удостоверению ему была предоставлена льгота на оплату жилья в сумме 16 466 рублей. А в 2007 году он дал указание главбуху части, которой командовал, начислить компенсацию за неиспользованные им путевки в размере 23 424 рублей.
Подавляющая же часть предъявленной Глущенко суммы — стоимость трехкомнатной квартиры в Москве, на улице Академика Анохина. Если верить следствию, то ее бывший военком “сделал” для единственного сына. Когда писал заявление на улучшение жилищных условий командованию войсками МВО, не указал, что на жену записано две квартиры — однокомнатная и двухкомнатная. Полученную в соцнаем квартиру Глущенко приватизировал в пользу отпрыска.
Высокий, статный, в строгом костюме, Глущенко сидел в суде вовсе не за решеткой, а прямо в зале, поскольку находится под подпиской. Своей вины не признал ни по одному пункту, но никому из журналистов не сказал ни слова в свою защиту. И даже адвокатам запретил что-либо комментировать, хотя было видно, что сказать им очень хочется.
