— Здесь настолько высокий уровень бандитизма, что сообщения о ранениях, кражах, убийствах, нападениях приходят отсюда каждый день, — рассказывает главный редактор сетевого издания “Морской бюллетень — Совфрахт” Михаил Войтенко. — Нигерийские пираты действуют не так, как сомалийские. Нигерия — очень бедная страна, и у местных “морских цыган” нет ни катеров, ни оружия для того, чтобы нападать на крупные суда. Они делают это на авось. Получится — хорошо, нет — не беда. Кроме того, в данном случае речь идет о боевиках, и все происходит по одному сценарию: заложников увозят на базу, ведутся переговоры, но не с владельцами судна — им груз не нужен, а потом заложников отпускают. Происходит все довольно быстро, ведь в отличие от сомалийцев у нигерийских пиратов нет возможности долго держать пленников. Но чего именно они хотят и что означают их акции, никто не знает, это надо выяснить у специалистов по Нигерии.
Напомним, 5 июля судно находилось в 18 милях от побережья Нигерии. Боевики поднялись на танкер, забрали с собой в качестве заложников шестерых человек и с ними ретировались.
Оставшийся на судне экипаж увел танкер на 100 миль от побережья, где, видимо, и дрейфует.
О криминальности нигерийских вод среди моряков ходят легенды. Один из них, побывавший в нигерийском порту Лагос, описал, какие меры безопасности предпринимал экипаж российского судна, прежде чем войти в порт:
“Неделя до подхода — мастер собрал экипаж на внеплановый митинг: обсудили вопросы личных ценных вещей. Пришли к выводу, что каждый сдаст все самое ценное мастеру в сейф под роспись.
За три дня до подхода — провели полный инвентор провизионки, все, что подходило под окончание срока годности, скормили экипажу. Продукты, которые не требуют особых условий хранения, раздали по каютам на хранение. Составили план-график ночных дежурств. Проверили все шхеры и прочие лазы. Наварили болты на все выходы-входы из машины. Каждые 6 часов докладывали в компанию о проведенных работах с фото и комментами. Уровень безопасности — 2.
За день до подхода — обход по каютам, осмотр и устранение всяких “грехов”. Телефоны, лэптопы и прочую технику кто хотел — сдал под замок. Изготовили приспособления, которыми крепили входы в малярку и прочие отсеки на баке намертво. На клюза изготовили и установили специальные задвижки. Все маслосодержащие жидкости спрятали. Вся краска занесена в судовую роль, все инструменты описаны и занесены туда же. В раздевалках все робы и шузы убрали от греха подальше.
День прихода. Легли в дрейф в 60 милях от Лагоса, усиленные вахты на палубе — матрос, ОС и моторист, в машине один механик, машина в 5-минутной готовности, вход в машину из надстройки закрывался на всю вахту под ключ и задвижку. На мосту ночью — вахтенный возле радаров, кадет и дэк-трейни на крыльях. По указанию мастера в случае атаки применять сигнальные ракеты — на мосту собрали полную коробку с двух шлюпок и запасные. Все спасательные круги по судну собрали и занесли в надстройку. Вход в надстройку только через дверь на мосту. Камбуз закрыт на замок, всю посуду и колюще-режущие приборы стюард и мессер сносили в сухую после каждого ужина.
После первой части выгрузки спустя три недели нас, 5 человек, поменяли, и мы уехали домой. От отеля до аэропорта со мной в машине помимо агента и водилы сидели два охранника для безопасности. И в аэропорту от меня не отходили ни на шаг… Слава Богу, улетели!”
