Третью улицу строителей давно пора снести

Архитекторы придумали, как сделать районы Москвы непохожими друг на друга

13.03.2014 в 18:22, просмотров: 5354

Советское типовое проектирование зданий довело Москву до того, что она целиком превратилась в «третью улицу Строителей», уверены архитекторы. Градостроители всех рангов уверены, что столицу пора избавлять от навевающих тоску панельно–бетонных «клонов». Спасение же, как ни парадоксально, они видят… снова в типовом проектировании. Только сегодня смысл этого понятия изменился до неузнаваемости. О том, как столичные проектировщики собираются менять облик города, корреспонденту «МК» рассказала главный архитектор ГУП МНИИТЭП Дина Дридзе.

Третью улицу строителей давно пора снести
Модульный детский садик выглядит, как яркий игрушечный конструктор. Фото: МНИИТЭП

— Дина, в привычном понимании понятие «типовое проектирование» не навевает мыслей об архитектурном творчестве. Сразу рисуется образ серой бетонной коробки.

— Это неправильный образ. Сегодня типовой проект — это то, что можно строить в любом месте и неограниченное количество раз. Но это не клонирование. Каждый раз здание может выглядеть по-новому. Например, год назад архитекторы разработали конструкцию модульного детского сада. Он сконструирован по принципу конструктора «Лего». То есть стандартный набор блоков (игровые комнаты, пищеблок, спальни) можно в пространстве поставить как угодно, соединив их секциями, в которых размещаются лифты и лестницы. А чтобы каждый садик выглядел уникально, сделано множество фасадных решений.

— Кто решает, какой вариант фасада выбрать в каждом конкретном случае?

— Во-первых, городские власти. Ну, или заказчик, если это инвестиционный проект. Но это не главное. Фасад — это только часть проблемы. Конечно, ребенку будет куда веселее идти каждое утро не в серую бетонную коробку, а в огромные яркие кубики. Но здесь очень важно не допустить ошибку. Можно «прилепить» очень красивую картинку, которая совершенно не имеет никакого отношения к данному микрорайону или кварталу. Вообще проблему жилых районов надо решать в комплексе. Это огромная градостроительная задача. Любой район города — это живой организм. Причем все они разные, живущие по своим законам.

— Получается, что в современной Москве каждый район можно спроектировать по своему вкусу?

— Нет. Градостроительных норм никто не отменял. К примеру, для социальных объектов — детских садов, школ — существуют жесткие СНиПы и СанПиНы. Плюс ко всему Москва — город очень сложный и по ландшафту, и по уже существующей застройке. Все это надо учитывать. Мы не можем просто взять и нарисовать красивый эскиз.

— Приведите пример.

— Мы разработали проект образовательного центра с религиозным уклоном. Для нее даже был выбран участок в Москве, но строительство пришлось отложить: там сейчас идет прокладка линии метро. Проект получился очень интересным. Так как на выбранном участке рядом течет река, мы решили сделать здание в форме лодки. Но самое главное, что проектировать школу пришлось с учетом требований иудаизма. Там все очень строго: девочки должны учиться отдельно от мальчиков. Они даже пересекаться на переменах не должны. Поэтому мы сделали не только изолированные блоки с классами и рекреационными зонами, но и отдельные входы в разных частях здания. Кроме того, в самой школе будет место для молитв. Туда тоже мальчики и девочки будут заходить по отдельности. А когда мы проектировали пищеблок и столовую, пришлось консультироваться с экспертами по правилам приготовления кошерной пищи.

Или еще пример — детский садик для детей-колясочников. На проект нас вдохновил мультфильм «Умка». Главная особенность проекта — теплая входная группа. Это ведь огромная проблема, до решения которой, кроме нас, никто не дошел! Детки в инвалидных колясках, возвращаясь с гуляния, вынуждены возвращаться в здание по холодному пандусу. А проектировщики «заключили» пандус в закрытую теплую входную группу, выполненную в виде льдин из всеми любимого мультика. В результате получилось дополнительное помещение, где ребенка можно поднять из коляски, переодеть.

— Можно ли приспособить жилье для нужд инвалидов? Ведь для человека в инвалидном кресле порой даже передвижение по собственной квартире — это настоящий экстрим с риском для жизни.

— Совместно с Институтом градостроительства мы разработали архитектурные решения по переустройству квартир на первых этажах для инвалидов–колясочников. Причем проекты эти разработаны для уже существующих многоэтажек самых популярных серий П44 и П44Т. Основная задача — обеспечить безбарьерный доступ колясочника в здание. Для этого на входах в квартиру будут устанавливаться пандусы, а в прихожей — наклонные подъемники. Кроме того, можно трансформировать и внутреннее пространство квартир, чтобы комнаты стали просторнее. Также решениями предлагается пристройка к квартирам на первых этажах лоджий или балконов. Также есть вариант, в котором нежилое помещение на этаже преобразуется в медпункт. Одна из отличительных особенностей квартир для инвалидов — это увеличенные санузлы, спроектированные с учетом зон маневра кресла-коляски около санитарных приборов. В них предусмотрена установка специального оборудования (опорные поручни, подъемники, штанги, поворотные или откидные сиденья). 3- и 4-комнатные квартиры мы предложили оснастить дополнительным гостевым санузлом. Кухня такой квартиры должна быть оборудована мойкой и плитой консольного типа, а также жарочным шкафом.

— Отдельная проблема города — это жилая застройка. От традиционных районов мы потихоньку переходим к строительству кварталов. Есть ли какие-либо наработки в этой области?

— Разработана принципиально новая концепция квартальной застройки. Основной идеей стало создание максимально комфортной среды для жителей, полностью лишенной всякой агрессии. Вот лично вы как передвигаетесь по своему району?

— Преимущественно короткими перебежками, если честно…

— Вот и большинство горожан ходят точно так же. Цель одна: выбежал из автобуса и как можно быстрее дошел до дома, чтобы закрыться от окружающей среды и ничего вокруг себя не видеть. Дома вокруг только усиливают тот стресс, который и так нас каждый день сопровождает. Я очень хорошо помню одну историю из детства. Я приехала в гости к подруге в незнакомый район. Вышла из автобуса, дошла до дома. Естественно, подруга мне заранее описала, как выглядит дом, в какой подъезд заходить и на какой этаж подниматься. Я зашла в дом, поднялась на этаж, позвонила в дверной звонок. Была в полной уверенности, что пришла точно по адресу. И каково же было мое удивление, когда дверь открыла совершенно незнакомая мне женщина! Оказалось, что я ошиблась адресом. Мне нужен был совершенно такой же дом, с теми же подъездами и номерами квартир. Только для этого нужно было пройти через внушительных размеров пустырь и завернуть за гаражи без освещения.

— Прямо ситуация из фильма «Ирония судьбы, или С легким паром!». Третья улица Строителей, дом 25, квартира 12…

— О том и речь. Москва за Третьим транспортным кольцом почти вся одинаковая, безликих и неуютных районов очень много.

— Как же проектировщики смогут решить эту проблему?

— Вариативностью. Районы и кварталы должны стать разными. Причем у каждого района должно быть свое уникальное лицо. Приходишь в свой дворик и понимаешь: это мое. Человек должен идентифицировать себя с тем местом, где он живет. Только тогда ему будет уютно и комфортно. Поэтому мы разработали огромное количество совершенно разных архитектурных решений. Разные фактуры, отделочные материалы, цвета. Есть настоящее буйство красок, а есть и более спокойные варианты.

— Чем принципиально кварталы отличаются от нынешних спальных районов?

— Во-первых, каждый дом имеет свой уникальный фасад. Причем это не просто дом, облицованный разноцветной плиткой. Достаточно просто взглянуть на эскиз, чтобы понять: они совершенно разные. К тому же это малоэтажное строительство. Доказано, что в малоэтажной застройке человеку живется гораздо комфортнее, чем в небоскребе. Но и это не главное. Основной упор нужно делать на организацию дружественного пространства во дворе.

— Что значит дружественное пространство?

— Это пространство, которое полностью соответствует потребностям человека. Во-первых, безопасное. Любому человеку важно, чтобы его ребенок, играя во дворе, не мог выбежать на проезжую часть. Поэтому дворики должны быть полностью закрыты от машин. По периметру стоят дома, а двор оказывается внутри. В результате строения защищают тех, кто гуляет во дворе, и от машин, и от ветра. Кроме того, мы очень долго анализировали, как люди передвигаются внутри дворового пространства и чем они там занимаются. Например, вездесущие стражи спальных районов и верные помощники участковых — бабульки на лавочках. Они же привыкли все про всех знать, всех видеть. Поэтому в наших дворах лавочки расположены таким образом, чтобы от грозного взгляда бабушки не ушел ни один подозрительный прохожий. Также очень важно, чтобы маленькие дети не пересекались во дворе с бесшабашными подростками. Поэтому игровые площадки и спортивные объекты должны стоять не вплотную друг к другу, а на приличном расстоянии. В перспективе такие кварталы можно встраивать в любой другой район, где есть свободное пространство. Но апробировать проект, скорее всего, будут в ТиНАО. А уж потом, со временем, распространят и на другие части города. Как говорится, Москва не сразу строилась…

— Вернемся к самим домам. Что кроме красивого фасада еще нужно для того, чтобы современному москвичу хотелось в таком доме жить полноценной жизнью?

— Удобное общее пространство. Эксплуатируемые крыши, террасы, уютные балконы. Огромную роль здесь играет фактура. Можно сделать настил из дерева или из материала, по виду напоминающего траву. Никакого серого бетона. Поставьте столики — и вот получилось летнее кафе. А можно шезлонги поставить и загорать или просто читать книги. Так уже весь мир живет.

— А почему же мы так сильно отстали?

— Когда застраивались спальные районы, город ставил перед собой совершенно другие задачи. Тогда надо было в кратчайшие сроки обеспечить людей жильем. Главным критерием была быстрота строительства. 40–50 лет назад никому и в голову не пришло бы задаваться вопросом, какой дворик кому придется по нраву. Переселили из барака — уже счастье. А сейчас время совсем другое.