МК-ВОСКРЕСЕНЬЕ Минувшие выходные в Питере выдались на редкость пасмурными. Дождь и порывистый колючий ветер попеременно обращали горожан в паническое бегство. Петербуржцы укрывались от непогоды в уютных кафе и без особой суеты, со знанием дела, предавались распитию горячительных напитков... ...Хмурый таксист остановил машину на Стародеревенской улице, поспешно отсчитал сдачу и резко дал по газам. На прощание старенькая "Волга" обдала меня волной удушливого дыма. Я стоял посреди новостроек и безуспешно силился вспомнить адрес человека, ради встречи с которым всю ночь трясся на третьей полке общего вагона и битый день таскался по городу, пытаясь дозвониться до него из каждого встречающегося на пути телефона-автомата. И вот — потерял бумажку с адресом... Решение проблемы пришло в голову неожиданно и оказалось весьма удачным. Я огляделся по сторонам и у ближайшего прохожего спросил: — Скажите, где здесь живет Толя Дукалис? Прохожий улыбнулся и подробно объяснил мне дорогу... Квартиру, в которой живет актер Сергей Селин, более известный как милиционер Дукалис из ставшего культовым сериала "Улицы разбитых фонарей", нельзя отнести к разряду престижных. Правда, расположена она в новом районе Санкт-Петербурга, отдаленно напоминающем наше московское Крылатское. Разве что зеленых насаждений поменьше... В коридоре у Сергея разместился спортивный инвентарь: боксерская груша, турник и гимнастические кольца. А в одной из комнат, прямо у окна, стоит огромный тренажер, на котором можно развить любые группы мышц. Тренажер этот иначе чем "дыбой" и не назовешь. Сергей пригласил меня на кухню и сварил кофе, привезенный недавно из Франции. Поставил чашки с дымящимся напитком на стол, пододвинул поближе пепельницу и покосился на мой диктофон: — Вы уже записываете? Тогда поехали: меня зовут Сергей Селин, он же капитан Анатолий Дукалис. Стоп! Ошибочка вышла: я еще не капитан, а только старший лейтенант. Это меня в "Убойной силе" до капитана повысили. Совсем я в этом кино запутался! — Вот и я тоже! Когда вам звонил, очень боялся ненароком пригласить к телефону Дукалиса... — По этому поводу в свое время очень хорошо Миша Трухин высказался. Мы с ним в 1999 году призы получали: я — как лучший актер кино и телевидения, а Миша — как открытие года. Миша вышел на сцену и сказал: "Когда по улице идет Георгий Штиль, то говорят, что идет Георгий Штиль. А про нас говорят: вот идут менты..." А Дукалисом меня обычно на улице зовут. Идешь, а прохожие весело кричат: "Здорово, Толян!". Заметьте, что не Толя или Анатолий, а именно Толян. Я первое время как-то напрягался, когда с молодежью сталкивался: "Слышь, Толян! Дай автограф!" Спрашивал обычно: "С какой стати вы обращаетесь ко мне на "ты"? Я же старше вас!" А потом я все понял... Я же для них не Сергей Селин и не Толя Дукалис, а просто парень с их двора, как группа "Любэ" поет. — По-моему, это очень неприятная ситуация для актера, когда помнят только по одной-единственной роли... Вот вы, например, не боитесь на всю жизнь остаться Дукалисом? — Если честно, то есть такое опасение. И у меня, и у остальных ребят. Популярность, безусловно, дело хорошее, но не хотелось бы на всю жизнь остаться в народном сознании "ментами". Но я уже в тысячный раз повторяю: мы играем не ментов, а самих себя. Если бы мы стали изображать на экране штампованный образ российского милиционера, то вряд ли сериал пользовался бы таким успехом. — Странно... По-моему, актер должен играть, а не быть самим собой. — Конечно, актер должен играть. Видимо, я выразился не совсем правильно. Скажем так: мы с моим героем постоянно находимся рядом, но близко к себе я его не подпускаю. Можно даже сказать, что мы регулярно видимся друг с другом, потому что у моего героя есть реальный прототип. Нельзя прожить чужую жизнь. Я думаю, что если бы мы показывали реальные милицейские будни, то наше кино получилось бы довольно страшным. Была бы не криминальная история, снятая с определенной долей юмора, а самая настоящая "чернуха". — Как-то незаметно, чтобы вы серьезно относились к своей работе... — Так мы с самого начала и относились к "Ментам" как к некоему пустячку. Видите ли, если я работаю над серьезной ролью в серьезной картине и у серьезного режиссера, то вечером не могу уснуть, потому что по-прежнему нахожусь на съемочной площадке. А после "Ментов" мы приходим домой и ощущаем только усталость. Когда нас позвали в сериал, то мы не строили особых иллюзий. Работали по принципу "Что получится, то и получится". И я до сих пор не совсем понимаю феномен нашего успеха. Константин Эрнст, видимо, был прав, когда сказал, что за последние несколько лет наметилась явная нехватка отечественных героев. Короче, нужен был кто-то, кто смог бы этот вакуум собой заполнить. И несмотря на скромный бюджет, по-моему, нам это удалось. Знаете, зрители иногда даже уверены, что не кино смотрят, а телевизионный репортаж. Может быть, в этом тоже причина нашего успеха: люди, как известно, всегда любили подсматривать в замочную скважину... — Между тем у нас сейчас настоящий сериальный бум на телевидении: "Агент национальной безопасности", "Бандитский Петербург", "Маросейка, 12"... Тяжело удерживать пальму первенства? — Мне кажется, что даже если сериалы будут снимать на кинопленку и с участием самых известных российских актеров, то мы по-любому останемся самыми первыми, поскольку именно с нашего сериала все и началось. Хороший вопрос: что мы делаем для того, чтобы быть первыми? Ничего не делаем! У меня есть куда более серьезные роли, но совсем в других картинах. Я за них отвечаю, что называется, потом и кровью. Вообще тут присутствует один довольно дурацкий момент. Вот вы спросили: как же мы играем самих себя, что в корне противоречит актерской профессии? Дело в том, что мы пробовали играть, но у нас ничего не получилось. Даже больше скажу: мы актерский текст практически не учим! Приезжаем на площадку, пробегаем глазами по сценарию — и тут же входим в кадр. Да никто и не просит, чтобы текст знали дословно. Главная задача — передать общий смысл той или иной сцены. Правильно ли мы делаем? Не могу ответить. В конце концов мы же не в театре играем, где одно неверное слово или неправильная интонация способны развалить всю сцену... — Сергей, давайте откровенно: вы не устали от своего образа? — Устал! Мне надоело быть ментом! Мне надоело быть Толей Дукалисом! — Наверное, хотите более глубоких и серьезных ролей? — То есть готов ли я сыграть Гамлета? Нет, не хочу. Помните, как писал Жванецкий? "Мне никогда не быть высоким, красивым и стройным. Меня никогда не полюбит Мишель Мерсье, и в молодые годы я не буду жить в Париже..." Гамлет — не мой персонаж. Откровенно говоря, мне бы очень хотелось сняться у Шукшина — в любом его фильме, в любой роли. Жаль, что это уже никогда не произойдет... Посмотрите, я типичный шукшинский герой — крепкий мужик. "И тихо капает из рукомойника в таз, и шелестят листвой березки...". Представляете, вот человек выходит на улицу, закуривает "беломорину", и ему хорошо... — А у Никиты Михалкова вы бы не хотели сниматься? — Михалков меня не возьмет: ему Олег Меньшиков нравится. — Вы в детстве случайно не хотели стать милиционером? — Никогда! Я уже в школе знал, что хочу быть актером. У меня и сестра, и брат — цирковые. Видимо, это и сыграло свою роль. — Где вы учились? — С образованием у меня отдельная история! (Смеется.) Я же ровно три года пытался учиться в Москве. Куда только не поступал! И в ГИТИС, и в Школу-студию МХАТ, во ВГИК, Щуку, Щепку... В самом начале я пытался поступить к Олегу Ефремову. — Почему вас не взяли? — В одно время со мной поступали такие актеры, как Никита Высоцкий, Михаил Ефремов. Так что я просто по определени
Архив 1117